Фантик

Палла Иоланта

В этом я им завидовала. Мне на приятие новых одноклассников не давали таких поблажек. Хотя в данный момент я не отказалась бы от руки помощи. Особенно от маминой, но ей было не до меня. Она погрузилась с головой в работу и взяла репетиторство, поэтому возвращалась поздно вечером, и нам не всегда удавалось поговорить. Время было лишь во время обеденного перерыва в столовой лицея, но там не то, что разговаривать, есть было невозможно.

Я долго вертелась в постели рядом с Богдашей и Тёмой, прокручивая в мыслях случившееся. По коже то и дело бежали неприятные

мурашки. Что бы они сделали, если бы не Бойцов? Дальше бы издевались надо мной? Ведь никто больше и слова против не сказал...

От обиды по коже стекла пара слезинок, которые я тут же вытерла сжатыми в кулаки пальцами. Нельзя сейчас раскисать. Я и так многое спускаю с рук привилегированным деткам. Проще не замечать, потому что одна против них я точно не выстою. Тем более, лицей - их территория с начальных классов.

Возвращаться туда не хотелось. Я бы лучше перешла на домашнее обучение, и очень жаль, что мама этого не допустит. Так и погрузилась в беспокойный сон, от которого меня отвлекла активная тряска за плечо. Я еле разлепила веки и смотрела в темноту. Мама склонилась надо мной и кивала на дверь. Борясь со сном, поднялась и пошла следом за ней.

– Что-то случилось, мам?

Я все еще жмурилась от яркого света в кухне, а родительница качала головой.

– Он тебе ничего не сделал?!

Полушепот-полукрик заставил проснуться моментально. Я выровняла спину и сжала верх пижамы пальцами. Кажется, ладони со скоростью света стали влажными.

– Кто?

– Бойцов ваш!
– Мама подошла ближе и схватила мое лицо ладонями, чтобы смотрела ей в глаза, от этого мое сердце в груди подпрыгнуло, а может всему виной ее дрожь, которая передавалась через теплые пальцы.
– Что произошло в раздевалке?! Инна Владимировна мне ужасов наговорила. Арина, что это мальчик сделал с тобой?!

– Он...
– Я захлопала ресницами и растерялась от маминого напора.
– Мам, он меня не трогал.

– Что? Как?!

Мама продолжала высматривать в моих глазах что-то, но я продолжала стоять в напряжении, никаким движением не реагируя на это.

– Почему покрываешь его?
– Родительница опустила руки и прищурилась, словно я сейчас сморозила чушь.
– Он избил одноклассника.

– Нет, мама... Все не так было...

Она отвернулась от меня и подняла руку вверх. Жест понятен. Не хочет меня слушать.

– Кирилл меня защи...

– Прекрати! Арина!

Резко прошипела мама, поворачиваясь ко мне и упираясь ладонями в спинку стула.

– У этого парня такой послужной список, что твоя защита - грош цена. Не знаю, чем он тебя запугал, но не смей, - она подошла ближе, - слышишь? Не смей с ним общаться!

– Нет, мама... Вы все не так поняли.

Чуть ли не застонала я, пока сердце кровью обливалось. Мама ведь меня даже выслушать не захотела!

– Арина, - она убрала мою руку со своей, в которую я вцепилась мертвой хваткой, - не водись с этим мальчишкой. Там в голове ни одной хорошей мысли. Я видела его личное дело, и уж поверь матери, проблем от него будет больше, чем твой юный мозг может переварить.

Она

не стала меня слушать. Я несколько раз попыталась донести до нее правду, но мама уперлась и не хотела ничего слушать, обвинив Кирилла во всех грехах. Я же вернулась в постель совершенно разбитой. Моя совесть кричала, что так нельзя, и я должна что-то сделать. На ум не приходило ничего стоящего, кроме того, что нужно пойти к директрисе и попробовать объяснить ей, как все было. Терять мне все равно нечего. Большего унижения, чем в раздевалке для мальчишек, вряд ли возможно испытать.

Как же я ошибалась...

Утром мамуля со мной не удосужилась заговорить и ушла раньше обычного. Я не понимала такого отношения, но списывала на навалившиеся проблемы с отцом. Мама всегда была резковатой, если доказывала свою позицию, но если до было мягко, то сейчас после она сама на себя не походила. Меня это пугало. И еще больше переживаний добавляло отсутствие отца в нашей жизни.

В лицей я вошла с гулко колотящимся сердцем и вместо того, чтобы идти на урок, направилась к кабинету директора. Я там ни разу не была, благодаря стараниям матери, и сейчас жутко переживала, поправляя свою длинную юбку. Вокруг пролетали ученики, а я так и стояла в коридоре, пока не прозвенел звонок. Лишь после этого немного осмелела и постучала.

Инна Владимировна сидела за столом и что-то внимательно читала. Увидев меня, она отложила бумаги и нахмурилась.

– Бельская? Ты почему не на уроке? Что случилось?

Ее тон был отнюдь недружелюбным, но я все-таки переборола себя и переступила через порог в кабинет, тихо прикрыв за собой дверь.

– Здравствуйте, - запоздало произнесла я, сминая пальцами ткань юбки все сильнее и сильнее, пока лицо стремительно краснело, - Инна Владимировна, я хотела поговорить про Кирилла...

– Да?
– Женщина откинулась на спинку стула и сложила руки на груди.
– Что же ты мне хочешь рассказать, Арина? Мы все выяснили вчера. Не знаю, что ты можешь еще добавить, но предполагаю.

– Кирилл меня защитил.

– Очень интересно. И от кого же?

Вот это было сложнее всего. Если я скажу про козни Ларионовой, то она меня сожрет вместе со своими приспешницами. Даже нервно сглотнула прежде, чем шумно выдохнуть и вновь посмотреть директрисе в глаза.

– Девочки нелепо пошутили надо мной. Выставили посмешищем, а Кирилл... Он меня защитил...

– Подробнее, Бельская.
– Инна Владимировна прищурилась и придвинулась к столу, поправив выбившуюся прядь из прически.
– Может, твой рассказ окажется убедительнее, чем тот, что мне предоставили твои одноклассницы.

Я замерла с открытым ртом, совершенно не понимая, что говорить дальше. Еле заставила себя шевелить языком, потому что мне очень не хотелось, чтобы Бойцова наказали за помощь мне. Он этого точно не заслужил. Запинаясь и отводя глаза в сторону, повествовала о вчерашнем издевательстве, а директриса внимательно слушала меня. Когда я закончила, Инна Владимировна стучала ногтями по столу и не отрывала от меня взгляда.