Фантазмы
Шрифт:
Лиля зябко вздрогнула, понизила голос:
— А вдруг он все еще здесь? Увидит нас и рассердится…
— Не рассердится, — улыбнулся Кирилл. — Во-первых, он должен все понимать без всяких объяснений. Во-вторых, его здесь нет.
— Почему ты так уверен?
— Потому что я бы его почувствовал. Здесь кто-то есть, но не он.
Лилия невольно оглянулась.
— Ты имеешь в виду Лаврика?
— Не только. — Кирилл сел напротив мерцающего дерева в позе лотоса, обратив к нему лицо. — Стань сзади и держись за меня. Пора включать эту… гм… машину.
Лиля
Кирилл сосредоточился и нырнул в поток с и л ы как в омут.
Глава 27
ТРАГИЗМ НЕРАЗГАДАННОЙ ЦЕЛИ
Какое-то время казалось, что он застрянет между холодными, твердыми, черными стенами ущелья, в котором очутился после «прыжка в омут». Стены дышали, то сближались, то раздвигались, и тогда удавалось сделать шаг-другой к сияющей впереди щели, которая олицетворяла выход из трансцендентного ущелья, созданного психикой Кирилла. Никакого ущелья, конечно, не существовало, таким казался энергоинформационный вход в «компьютер Творца», отключенный им невероятно давно да еще к тому же имеющий какую-то изощренную систему ограничения доступа. По сути, ущелье было тем путем, который избрало подсознание Кирилла для проникновения в «компьютер».
Световая щель приблизилась.
Кирилл сделал еще несколько шагов, обдирая бока и плечи об острые грани и углы стен ущелья, и наконец вышел из него внутрь пузыря с перламутровыми светящимися стенами. В центре пузыря колыхалось жемчужно-кисейное облачко, изредка принимая очертания туманной, едва заметной человеческой фигуры в белых одеждах. Впрочем, насчет фигуры Кирилл имел сомнения, понимая, что он просто хочет, чтобы видеопризрак «компьютера» был похож на человека. И еще он понимал, что «компьютер» этот включить ему не удастся. Не хватит ни знаний, ни понятий, ни энергии, ни воли.
Задатчик был выключен «надежно», и включить его мог, наверное, только сам Создатель, хотя кто-то внутри него все-таки обитал. Нечто вроде «духа», охраняющего покой колоссальной сложности устройства.
— Простите, что потревожил, — пробормотал Кирилл, кланяясь и прижимая руку к сердцу; при этом он осознавал, что сидит в данный момент на полу зала перед мерцающим «деревом компьютера». — Мы пришли, чтобы…
— Я знаю, — раздался со всех сторон глубокий, мягкий, бархатный, проникающий во все клеточки тела, бесконечно доброжелательный голос. — К сожалению, степень твоей реализации недостаточно высока, чтобы позволить тебе напрямую контактировать с тем, кого вы, люди, называете Создателем Мироздания. Это уровень святых, праведников и героев.
— Я понимаю… — Кирилл покраснел, но не отвел взгляда. — Пусть я не святой и не праведник, но имею право жить. Или этого мало?
— Не мало, — кивнул «призрак» в белых одеждах. — Ты потенциальный волевой оператор, способный достичь многого. На Земле таких называют героями. Но не забывай, что герои всегда платят высокую цену за свои победы. Ты готов заплатить?
Кирилл
— Какую цену я должен заплатить?
— Выбор на самом деле невелик. Вспомни русские сказки и былины: налево пойдешь…
— Коня потеряешь…
— Нечто в этом роде. Встретиться с Создателем Сущего можно, только жертвуя чем-то: счастьем, свободой, любовью, жизнью. Что предпочитаешь ты?
Кирилл почувствовал прикосновение пальчиков Лилии к затылку, но не оглянулся.
— Этот выбор обязателен?
— Это выбор пути. Святые и праведники тоже жертвуют.
— Чем?
— Свободой и правом на грех.
— Тогда я лучше выберу… жизнь.
— Жертва не принимается.
— Почему? — растерялся Кирилл.
— Твой путь не закончен. И ты не один. Погибнешь ты, погибнет и та, которая тебе доверилась и ради которой ты готов принести жертву.
— Тогда… пусть это будет свобода!
— Ты не готов и к этой жертве.
— Мне не нужна свобода, если женщина, которую я люблю, будет жить и будет свободной.
— Она будет несчастливой.
— Что же делать?
— Выход один: чтобы открыть Врата и пройти в Чертог Создателя, надо сжечь всего себя. Без остатка. Только тогда оживет это устройство, с защитником которого ты сейчас разговариваешь.
Кирилл помолчал, размышляя, что ему не нравится в тоне собеседника.
— Я… готов! Но это неправильно! Настоящему Творцу не нужны жертвы!
Мерцающая белая фигура в центре пузыря на миг приобрела четкие формы. На Кирилла глянули мудрые и грустные глаза юноши с седыми волосами. Он улыбнулся и тут же расплылся серебристым облачком.
— Ты прошел тест совести, — сказал тот же мягкий и глубокий голос. — Создателю Сущего действительно не нужны никакие жертвы. Путь открыт. Но будь осторожен, не ошибись в выборе.
С ударом гонга дерево перед сидящим человеком превратилось в колонну прозрачного лунного света, вырастающую из пола и упирающуюся в потолок зала.
Прозрачные громады неведомых установок исчезли. Стены зала стали белыми, чистыми, как только что выпавший снег. Пол и потолок превратились в толстые прозрачные хрустальные плиты, в которых отражались фигуры людей и световой столб. Тишина в зале стала еще глубже и торжественней, хотя весь он был заполнен пульсацией неведомых и невидимых глазу энергий.
Кирилл встал с колен. Лиля взяла его под руку, вздрагивая в нервном ознобе. Они ждали явления и дождались, но совсем не того, что рассчитывали увидеть.
В стене зала появилась проталина, из нее заструилось облачко разогретого воздуха, искажая очертания самой стены, которое приобрело очертания человеческой фигуры. Раздался тихий довольный смех.
— Здравствуйте, уважаемая Лилия Алексеевна. Привет, полковник. Вынужден признаться, что я не зря поставил на тебя, несмотря на все свои сомнения. Ты не только преодолел все барьеры Сети и прошел сюда физически, что не удавалось до сих пор никому, но и протащил меня на своих плечах. Очень неплохо для тени. Может быть, даже слишком хорошо.