Фантазмы
Шрифт:
— Просто прикажи унику, он сам закрепит его там, где тебе удобно. Лучше всего на груди или на спине.
Самым удобным местом Кириллу показалась спина, и он прилепил ноутбук таким образом, чтобы его ручка торчала над правым плечом. В случае необходимости снять его можно было в любой момент.
Вдруг тихо вскрикнула Лилия.
Кирилл метнулся назад, в дым разбивая телом ветки и шипы «саксаула», и увидел пересекавшую впадину процессию призраков. Таким было первое впечатление. Потом стало видно, что идет один человек, точнее,
Этот призрачный хвост спустился по одному склону впадины вниз, прошествовал мимо замершей Лилии, поднялся по другому склону и растаял в глухой чаще «саксаула».
Кирилл снял ладонь с рукояти стоппера, оглянулся на Утолина.
— По-моему, мы все видели одно и то же. Или ты будешь утверждать, что это галлюцинация?
— Не буду, — мрачно буркнул Утолин. — Это еще один джокер-фантом, мультиплетный. Но там, где он появляется, обычно происходят неприятные события. Надо успеть найти Лаврентия и смыться отсюда.
— Где ты намерен его искать? Кругом дикие колючие заросли…
— Это не заросли, а свернутые по трем измерениям семантические пространства игровых программ. Каждая такая хроноветочка или шип «саксаула» представляет собой процесс взаимопересечения инвариантов Гиперсети. Где-то среди них бродит сейчас и наш приятель.
Лилия скептически оглядела стену зарослей.
— Мы же сквозь них не продеремся… или заблудимся.
— Если Лавр не выключил комп, его можно запеленговать.
— Каким образом?
— Вот он может. — Утолин кивнул на задумчивого Кирилла. — Давай, полковник, включай свою экстрасенсорику.
Кирилл, прищурясь, посмотрел на него, и капитан добавил:
— Попробуй войти в боевой транс. Ты это умеешь.
— Без противника?
— Твой противник — ты сам. Сила, которую способен накопить человек для магического оперирования реальностью, ограничена его природными данными, выносливостью нервной системы и организма в целом. Но сила эта настолько гибка и точна, насколько желает оператор и насколько ему хватает умения манипулировать собственной волей. Попытайся, у тебя должно получиться. Хотя если бы я тебя включил, ты сделал бы это без труда.
Кирилл помедлил и начал готовить себя к высокоэнергетической отдаче, по сути — к схватке с самим собой.
Сначала пришло ощущение замедления времени.
Температура тела повысилась.
Кровь закипела и быстрее побежала по жилам.
Пришло еще одно необычное ощущение — чуть ли не полная потеря веса. Тело стало сухим, легким и звонким. Каждое движение изменяло параметры окружающей среды. Сила мышц увеличилась настолько, что он готов был дробить кулаками камни.
Потом пришло ясное и твердое спокойствие.
Кирилл увидел себя со стороны и сам стал пространством, воздухом, лесом, небом и землей, ощущая их связи,
Горизонт внезапно раздвинулся.
Черные заросли «саксаула» стали почти прозрачными, открывая барханный лик бесконечной пустыни. А небо превратилось в бездну, притягивающую взор, грозящую поглотить все живое под ним. Внезапно пришло озарение, что эта бездна представляет собой Метавселенную следующего уровня Гиперсети, управляемую операторами, чьи возможности приближаются к возможностям Творца Гиперсети.
Кириллу остро захотелось проникнуть в бездну чужого мира, посмотреть на его физическое воплощение хотя бы одним глазком, но он был человеком слова и мысленным усилием закрыл «форточку» любопытства. И почти тотчас же увидел-ощутил посреди пустыни одинокую фигурку человека в лучистом ореоле эмоций, бредущую с горящей свечой в руке.
Это был Лаврентий Киндинов. Свеча в его руке скорее всего представляла собой работающий ицахский компьютер. Таким его отобразила сфера восприятия Кирилла.
— Кажется, я его вижу…
— Веди!
Кирилл слепо двинулся вперед, не замечая ни шипов, ни перекрученных ветвей «саксаула». Создавалось впечатление, что они расступаются перед ним и смыкаются за его спиной, не пуская остальных. Поэтому Лилии и даже Утолину приходилось прилагать немало усилий, чтобы обходить особо густые сплетения черно-фиолетового «леса» и не отставать.
Шли долго, иногда выписывая петли и дуги: Лаврик явно не ориентировался в «лесу» и двигался куда глаза глядят. Однако поход все же закончился. Отряд преследователей вышел на край гладкой стеклянистой проплешины и увидел сидевшего в центре Лаврентия. Компьютерщику, вероятно, надоело бродить по колючим зарослям фрактально пересеченных пространств, и он решил с помощью ПН покинуть очередную буферную зону.
— Лавр! — окликнула его Лилия.
Киндинов вздрогнул, оглянулся. Его заросшее щетиной лицо отразило радостное недоверие.
— Вы?! Как вам удалось найти меня?
— По запаху, — пошутил Утолин. — Что ж ты нас бросил? Решил, что можешь обойтись без охраны?
Радость Лаврика померкла.
— Ничего я вас не бросил… так получилось… да и нет тут никого, одни колючки. От кого прятаться?
Утолин, за ним Кирилл и Лилия подошли к Лаврентию, на коленях которого играл разноцветными огнями «сросток кристаллов» ицахского компьютера.
— И куда же ты собирался попасть? — продолжал капитан доброжелательным тоном.
Лаврик смутился.
— Вообще-то я задал координаты верхних уровней… а оказался здесь.
— В буферной зоне между ицахской реальностью и следующим инвариантом Сети.
— Не понимаю, почему мне не удалось?.. Буду разбираться. И еще не понимаю, почему здесь сила тяжести равна земной? Да и воздух, как на Земле.
— Во-первых, практически во всех узлах реальности Гиперсети варьируются земные условия. Во-вторых…