Фантастика 1991
Шрифт:
– Вам до Москвы?
Она кивнула.
– Садитесь, у меня тепло, сразу согреетесь.
В кабине действительно было тепло, негромко играла музыка, и пахло кожей от новой обивки сиденья. Она молчала, тупо глядя перед собой на мокрую дорогу, и чувствовала, что шофер - молодой парень - все время с интересом посматривает на нее.
– У вас какое-то несчастье?
– наконец спросил он.
Она кивнула и полезла за платком.
– Странно, что у таких красивых женщин и бывают несчастья.
Она враждебно посмотрела на него. Но парень даже не улыбался.
– Я серьезно говорю. Правда, я не
– Да,- вздохнула она,- сейчас я особенно красива.
– Не Знаю, может, сейчас и особенно, только вот щека у вас в земле испачкана, вытрите.- Он повернул к ней зеркало.
Она взглянула в него, и у нее бешено забилось сердце; это было ее лицо, и все-таки это была не она. На нее из зеркала смотрела очень красивая, невероятно красивая женщина со слегка запачканной в земле левой щекой.
АЛЕКСЕЙ РАСКОПЫТ. ПАЛАЧ
У меня заканчивался рабочий день, когда в кабинет вошел завотделом верхней одежды Крестовский. Он остановился у двери, словно не решаясь шагнуть дальше, чтобы не осквернить меня, владыку, своим дыханием.
– Александр Васильевич,-подхалимский голоском произнес он,-в магазин явился корреспондент газеты! Разыскивает вас, что прикажете?
Я усмехнулся. Крестовский переигрывал, изображая себя мелким сатрапом, а меня по меньшей мере царем Дарием. Приятно, конечно, но я бы предпочел игру тоньше. Мастер в таких делах Никольченко, завотделом импортной радиоаппаратуры.
– Что корреспонденту понадобилось?
– поинтересовался я.
– Карманный диктофон? Джинсы “Хемьяк”?
– Говорит, что хочет взять у вас интервью.
– Что ж,- ответил я,- корреспонденту тоже жрать охота. За публикацию получит свои пару червонцев.
Крестовский угодливо улыбнулся. За рабочий день он имел сотню червонцев. Половину я отбирал себе, как и у других заведующих отделами, еще червонцев двадцать я снимал с него для подарков базовикам, людям из треста и так далее. И все же у Крестовского оставалось достаточно, чтобы зубами держаться за место и люто ненавидеть каждого, кто мог бы оказаться соперником.
– Так что с ним делать?
– Пришлите ко мне,-решил я -Хотя нет, я иду домой. Если захочет, прокачу до метро. За это время, если успеет, отвечу на вопросы. Не трусь, Крест! План перевыполняем регулярно, и покровители у нас сильные. Корреспондент, видимо, хочет установить контакт, ясно? Разве он первый? Помнишь, в прошлом году настоящий писатель отгрохал статью в республиканской газете на целый разворот. Какие мы, дескать, замечательные труженики. За такое приятное я кое-что подбросил ему из дефицита.
Когда я вышел в помещение магазина, Крест указал на невысокого мужчину с бледным лицом, который сиротливо стоял возле кассы. Изпод шляпы этого человека выбивались космы неопределенного цвета.
Судя по виду, он скудно питался, жил
– Здравствуйте,- сказал я, с любопытством оглядывая пришельца, - Это вы из газеты? Что привело к нам?
– Внимание к службе быта,-сказал он торопливо, и. я уловил подобострастие.-К тому же вы заинтересовали нас блестяще поставленной работой. Я послан, чтобы ознакомиться с вашей деятельностью.- Он замялся, добавляя: - И составить докладную записку.
Он не сказал “написать статью”. Составить докладную записку - звучит весомее. От него, дескать, зависит, как посмотрят вышестоящие товарищи. Правда, я знаком и с другими, более изощренными методами набить себе цену.
– Я очень занят,- сообщил я.- Но могу уделить вам время, пока доедем к моему дому.
– Хорошо,- согласился он все так же торопливо.
Когда мы вышли на улицу, я скосил глаза на работника прессы. Он был потрясен, когда увидел мою машину.
Я открыл дверцу, нажал кнопку - бесшумно открылась дверца справа.
Корреспондент опасливо опустился на сиденье рядом. Я заметил, как быстро он окинул взглядом супeркомфортабельный салон, вздрогнул, когда невидимый кондишен направил струю теплого воздуха ему на шею.
Я вырулил на шоссе, а корреспондент все еще не мог задать первого вопроса. Даже не вытащил блокнот или диктофон. Взгляд растерянно прыгал по панели, где были вмонтированы микрокомпьютеры, которые регулировали температуру в салоне, следили за двигателями, определяя наилучший режим работы, выбирая оптимальный путь. Я тронул одну из клавиш, и засветились окошки видеомагнитофона, телевизора, видеофона. Корреспондент не знал, смотреть ли приключения Майти Мауса на одном экране или вестерн на другом. А на третьем беззвучно бесновалась самая модная рок-группа, и рука корреспондента даже дернулась, чтобы усилить звук.
Я посмеивался. Чтобы в полной мере оценить свое положение, нужно время от времени взглянуть на него глазами постороннего.
– У вас великолепная машина,- наконец проговорил корреспондент с благоговением.- Я даже не знал, что такие существуют!
– Хорошая машина,- согласился я.
– В ней даже можно жить! Этот видеомаг, компьютерная система… Эти машины продаются, поступают в ваш магазин?
Я засмеялся:
– Будем считать, что интервью началось? Нет, автомобили к нам не поступают. Для этого есть специализированный магазин. Там я купил эту коляску. Разумеется, безо всякой подмазки и блата. Хотя мы хорошо знакомы с директором того магазина. Это естественно, мы работаем в одном торге. Кроме того, живем в одном доме: я на первом этаже, он - на втором.
– А как?…- начал было корреспондент, но не закончил фразу.
Мы въехали на тихую улицу Черноглазовскую. Я притормозил у добротного двухэтажного коттеджа, видневшегося среди деревьев. Едва машина приблизилась к решетчатым воротам, как они бесшумно отворились, мы заехали во двор. Вечнозеленая туя, несколько стволов реликтовой пицундской сосны, фруктовые деревья. Кусты роз и самшита аккуратно подрезаны. Мне нравятся астры и георгины - они подступали к самой дорожке с обеих сторон.
Я вырубил все двигатели, сказал, открывая дверцу: