Фантастика 1991
Шрифт:
– Доброе утро, господин Кросьби. Как вам работается в эту благодатную пору?
– А на небе сверкает вечерний Марс!
Приветствие Бентона, как и весь он, несло печать странности и неожиданности. Он слишком печется о том, чтобы все подчеркивало нестандартность личности, и потому его острые высказывания часто чередуются с шаблонными и попросту неумными репликами.
– Вашей логике трудно возражать, господин Кросьби.
– И не советую.
По натуре Кросьби был чутким и отзывчивым человеком. Тем более
– С вами легче общаться на теннисном корте, чем состязаться в пикировке,-продолжал Бентон.
– Мы можем осуществить это через полчаса. Я закругляюсь.
– Сколько слухов о большеголовых!
– воскликнул Бентон.- Уже растрезвонили по всей базе.
У Дина возник четкий план. Для сближения с Бентоном рассказать ему все, но не сразу, а предварительно заинтересовав его, чтобы получить более высокую плату.
– Одно дело обывательские толки, а другое…
– Моя лаборатория тоже имеет дело с генетикой, и я, как и ФлорРиель, работаю под началом Молокана.
– Беседу о мергах мы продолжим в более подходящей обстановке.
Дин и Берт Бентон успели о многом поговорить, сыграли три сета и теперь сидели на тенистой лесной скамейке и продолжали обмениваться мыслями.
– Наука - двигатель прогресса,- говорит Берт.- Она преображает силуэты городов и облик планеты, она изменяет человека, делает его умнее, образованнее.
– Наука подавила религию. Рационализм заглушил добрые чувства, родственные, дружеские, супружеские связи.
Случай шел навстречу Дину. Поэтому сегодня он, пожалуй, впервые за все время пребывания на базе чувствовал себя так бодро и почти забыл об изнуряющем воздействии тропической жары.
– Богоискательство давно изжило себя.
– Наука, способствуя падению нравственности, делает наши руки все грязнее, все неразборчивее. Вот в чем суть.
– А по-моему, наоборот, наука требует от человека большей ответственности.
К ним подошла Лили.
– Вот где вы прячетесь,-набросилась она на Дина, но, поймав взгляд Берта, замешкалась.-Извините, господин Бентон. Я…
– Чего тебе?
– резко спросил тот.
– Кросьби приглашал меня в кино и, видимо, забыл.
– В другой раз,-отрезал Бентон.
– Извините еще раз,- виновато произнесла Лили и, оглядываясь, пошла прочь.
– Я позвоню вам, Лили,-крикнул вдогонку ей растерявшийся Дин.
Потом обратился к собеседнику: - Почему вы с красивой девушкой, как с прислугой…
– А она и есть прислуга… То есть была!
Дина осенила догадка.
– Была прозелиткой?
– Он поднял брови.
– Извини. Я, кажется, сболтнул лишнее.
Дин промолчал, но ему захотелось как-то вытянуть из Берта новые, нужные ему сведения. И, как бы продолжая прерванный спор, он сказал:
– Ученые, высокообразованные
Выпад достиг своей цели:
– Вы не можете обвинять, не зная сути,-оправдательным тоном заговорил Бентон.
– Какой сути? Всей базе известны несчастные прозелиты, сфера “Икс”…
– Это издержки… Моя идея призвана служить благородным целям, - воскликнул Бентон.- Если хотите знать, она возвращает жалким прозелитам творческий потенциал, помогает им снова стать людьми.
Вероника жива! И даже, судя по всему, вышла из сферы “Икс”, то есть стала нормальным человеком. Это главное, что понял Кросьби из беседы с Бентоном. Сердце его билось учащенно. По жилам быстрее бежала кровь. Мозг работал лихорадочно… Может быть, его Вероника где-то здесь, рядом, и не ведает о том, что Дин тоже на базе. Он приехал сюда ради нее. И обязательно найдет ее! Еще немного терпения, и они встретятся!
В следственный отдел Гаецкого вошел Флор-Риель.
– Я хотел бы узнать результат экспертизы фотоснимков.
– Эксперты не могут утверждать ничего определенного,-ответил Гаецкий.
– Значит, оригинальность снимков не исключается?
– Не исключается и фотомонтаж!
– Можно посмотреть фото?
– Пожалуйста,-Гаецкий положил перед ученым стопку фотографий.
Флор-Риель взял снимки.
– Все-таки на монтаж это не похоже.
– Вас влечет не столько пламя новых открытий, сколько жажда сенсаций. Она заставляет вас искренне верить в несуществующее. Этим нередко пользуются ловкие фокусники, мастера фальсификации и лжесенсаций.
– Вы что же, сомневаетесь в том, что я создал этих мергов?
– Нет, что вы! Об этом я слышал из уст полковника Озерса.
– Для вас это единственный здесь авторитет?
– Мне известно, что против “Ормадо” не может устоять ни одно живое существо…
– Но это не доказьюает гибели большеголовых. Даже обыкновенные крысы выжили,-напомнил Флор-Риель.
– Следствию нужны убедительные факты существования ваших созданий.
– Почему же вы в таком случае категорически против послания мергам на экране дисплея?
– Это несерьезно, господин профессор, чтобы какие-то твари вступали в диалог с человеком! Вы даже сами не могли предположить наличия у них таких способностей.
– Но сейчас появились новые данные.
Следователь задумался: - Кросьби изворотливо пытается скрыть свою причастность к убийству майора Херувимо, а вы верите в это сфабрикованное им послание?
Теперь задумался профессор.
– Я допускаю его, господин капитан, и настаиваю на проведении эксперимента! Тщательно исследовать способности полученных в лаборатории межродовых гибридов - в интересах науки!