Фантасмагория

Галаган Наталия

– Как долго?

– Чтобы нас отсюда выпустили, надо получить разрешение Корнишина. Я скоро вернусь.

После того, как его шаги затихли, я уселся на пол недалеко от двери и стал прислушиваться к звукам в коридоре. Не знаю, сколько прошло времени, пока я не начал считать удары сердца. После семисот тридцати четырех ударов послышались приближающиеся шаги, затем раздался негромкий стук.

– Это я, - сдавленным голосом сказал Матвеев.

Дверь отворилась, и внутрь вошел лейтенант. Он включил

мобильный в режиме фонаря и подсветил свое лицо, чтобы я окончательно убедился в его личности.

– Переоденься в эту одежду, - он бросил мне брюки и рубашку.
– В этом здесь ходят охранники, так что легче будет покинуть здание.

– Ты уверен, что нас отсюда выпустят?
– спросил я полицейского, пока расстегивал брюки.

– Да. Я получил задание от Корнишина. Ты о нем уже слышал.

Так как фонарь был направлен в мою сторону, я не мог видеть Матвеева, но почувствовал, что он сейчас пристально наблюдает за моей реакцией.

– Что будет с Ритой?
– спросил я.

– О ней не беспокойся, в обиду не дам.

– А с Александром?

– Ему я пока не могу помочь. Прежде чем заботиться о других, надо побеспокоиться о себе.

Против железной логики не попрешь.

– Почему ты не сдал меня Корнишину?

– Какая тебе разница?
– ответил Матвеев.
– Главное, я на твоей стороне.

– Почему?

– Не будь ребенком и не задавай глупых вопросов.

– Я на этом свете живу всего несколько месяцев - это что, касается возраста. А относительно вопросов... Должен же я понимать, можно ли тебе доверить свою жизнь.

– А у тебя есть выбор?
– рассмеялся лейтенант.
– Давай натягивай брюки и не трать времени на болтовню.

Как только я переоделся, мы вышли из коморки и направились к выходу, вернее, Матвеев повел меня больничными лабиринтами. Странно было, что за все это время мы не встретили ни души, за исключением гоняющихся за призраком охранников. Если это здание служило неким штабом организации Корнишина, а по его разговорам и тому, как они противостояли бойцам создателей, это должно было быть многочисленное формирование. Тогда сам собой всплывал вопрос: "Где все?!"

Раздумывать над этим вопросом времени не было. Матвеев подошел к своему авто и кивком приказал поторопиться. Уже сидя в автомобиле, я покосился на бардачок, где лежал мой мобильник с брелоком. Наверняка люди Пита здесь. Я осмотрелся и увидел несколько припаркованных недалеко авто. В одном из них сидели двое, и это обнадеживало.

– Ты же ничего не сделаешь Рите?
– спросил я у лейтенанта, когда мы покинули курортную часть Пущи-Водицы и подъехали к окраине Киева.

– И не собирался.

– Ты, может быть, и нет, но вот люди Корнишина... Выполнишь приказ и сдашь ее им?

– Кто тебе сказал, что я еду на встречу с Ритой?
–

улыбнулся Матвеев.

– А разве нет?

Сложно было понять, что творится в голове лейтенанта. Встал ли он на сторону Корнишина? Если он с Корнишиным, почему помогает мне? И действительно ли помогает, или это хитроумная уловка?

– Приехали, - сказал полицейский, когда мы остановились на окраине Киева.

Матвеев проверил свой пистолет и вышел из машины. Не дожидаясь приглашения, я последовал за ним. Лейтенант показал свое удостоверение консьержу старого жилого дома, именуемого в народе "сталинкой", и взбежал по лестнице на третий этаж. У двери квартиры он остановился, сделал несколько глубоких вдохов и вытащил пистолет из кобуры.

– Кто за этой дверью?
– успел я спросить до того, как он позвонил.

– Узнаешь, - ответил полицейский и слегка оттолкнул меня, чтобы я не попал в зону видимости дверного глазка.

Дверь никто не открывал. Матвеев еще раз нажал на звонок и долго не отпускал его. Затем приложил ухо к двери, отошел от нее на пару шагов и выстрелил в замочную скважину. С виду массивная бронированная дверь оказалась подделкой, и после нескольких всаженных в нее пуль войти внутрь не составило труда.

Не теряя ни минуты, полицейский с пистолетом наготове бросился в квартиру. Я не был вооружен, а потому предпочел подождать на лестничной клетке. Раздался грохот падающей мебели, какая-то суета, а затем знакомый голос взмолил о пощаде.

– Не убивай меня!
– это был голос создателя, похищенного в Одессе у входа в ночной клуб.

Понимая, что опасность миновала, я вошел в квартиру и затем в комнату, где на полу лежал парень, испуганно косясь на приставленный к его виску пистолет.

– Они тоже тебя умоляли, а ты их пощадил?
– зарычал Матвеев. Его лицо покраснело от напряжения

– Я никого не убивал!
– завизжал создатель.

– Не верю!
– заглушил его лейтенант.

– Но это правда! Клянусь!

Парень так сильно закрыл от страха глаза, что слезы не имея возможности пробиться наружу естественным путем, струйками потекли из носа. Матвеев презрительно скривился и отпустил создателя. Лейтенант приподнял опрокинутый стул, сел на него и стал задумчиво рассматривать жильца.

– Так ты говоришь, что никого не убивал?

Убедившись, что в данную минуту его не будут убивать, парень медленно поднялся на ноги и попятился подальше от нападающего, остановился только когда уперся в стену.

– Почему тогда Корнишин объявил на тебя охоту?
– зло, прищурившись, спросил Матвеев.

– Я отказался создавать тени. Для капитана они пушечное мясо, а для меня такие же люди, как мы, - вытирая рукой выделения из носа, ответил создатель.

– Как тебя зовут?