Fallout Истории Севера. Том 1
Шрифт:
Генрих понимал, что Бену серьёзно досталось, он испугался за него, но у него не оставалось времени даже на размышления о Бене и его участи. Женщина-рейдер, не стала добивать Бена, она уже знала, что тому конец, и тут же атаковала Генриха. Инстинктивно Генрих сблизился с ней, выхватил свой нож и метко вонзил его прямо рейдерше в правую руку, которой она держала свой рукодельный меч, из куска металла. Женщина вскрикнула, но тут же схватила Генриха за горло своей левой рукой, и начала душить. Задыхаясь Генрих всё же сумел достать нож из её руки, она несмотря на рану не выронила меча и тут же попыталась ударить Генриха опять. Но Генрих хоть и задыхался, раненным не был и начал
Весь мир померк и закружился, Генрих почувствовал лёгкость и тяжёлое соприкосновение с землёй. Всё его тело кричало болью, и когда он открыл глаза, то увидел что весь в крови. Его Пип-Бой был разбит, видимо он инстинктивно закрылся им. В его теле торчали острые осколки металла, наверное Генриху даже повезло, обрез был заряжен всяким хламом, если бы это была картечь, пусть даже столетней давности, он бы скорее всего был бы уже мёртв. Находясь в полусознательном состоянии, Генрих видел, как двух последних выходцев, что были на ногах, атаковал огромный рейдер с кастетами, но вместе они буквально изрезали его. Но пока они добивали здоровяка, на одного из них напал другой рейдер, мощным ударом он вогнал разведчику в голову биту с большими гвоздями. Гвозди вошли сквозь левую сторону лица куда-то в глубину головы. Испуская кровь из всех отверстий головы, разведчик упал на землю, издавая при этом хрюкающе-булькающие звуки. Последнего выходца, трое рейдеров опрокинули на землю, и долго били ногами, пока он весь не опух, и пока они не оторвали ему ударами часть лица.
На какое-то время Генрих выключился, и пришёл в себя от выстрела. Он едва ли мог двигаться, его полностью заполняла боль, да она была очень затуплена, но он ощущал её. Уцелевшие рейдеры пытались помочь своим раненным бойцам, тех, кому помогать было бесполезно, они просто добивали. Так же, закончив издеваться над раненными разведчиками, они добивали их и тщательно обыскивали. Генрих видел, как рейдеры подняли Френка, с порванными ногами, били его, заставляли ходить почти на костях, наслаждаясь его руганью и криками страдания, после чего проткнули несколько раз волновым копьём и бросили на землю. Генрих пребывал словно в бреду, поэтому не заметил, как кто-то подошёл к нему. Этот кто-то всей своей массой наступил ему на пах, заставив на несколько секунду забыть о всей старой боли, испытываю волну новой. Это была женщина, с полумаской на лице, с рыжими волосами, собранными в две большие косички как у маленькой девочки. Та часть лица, которую было видно, выражала презрение и ненависть. Крик боли вырвался из груди Генриха.
– Что, сукин ублюдок! Хотел поиметь нас?!
– кричала рейдерша, не отпуская свою ногу с паха Генриха, к ней подошли ещё несколько ребят, желающих насладиться шоу.
Генрих и не думал отвечать что-то, у него просто вырвались слова сами по себе, хоть говорил он их с трудом.
– Какой поиметь, я теперь и выссаться нормально не смогу...
– говорил он сквозь боль.
Как не странно, но его слова рассмешили рейдеров, что выиграло ему какое-то время. Рейдерша убрала ногу с паха Генриха, подождала пока он немного отдышится, и пнув каблуком в живот сказала:
– Вы легавые?! Откуда вы?! Кто такие?! Отвечай пидрила, а то я сейчас тебе твои яйца отрежу!!
– сказала она, достала свой тесак, и нагнулась к Генриху.
– Какие легавые... Я не понимаю о чём ты...
– но Генрих не успел закончить, как она вонзила свой нож ему в ногу, недалеко от того, места, про которое говорила до этого. Генрих
Генриху вновь удалось выдавить смех из рейдеров:
– Ты гандон! Я и не за такое глотки перерезала! Даю тебе последний шанс!!
– кричала она и трясла Генриха за его бронежилет.
– Хорошо! Хорошо!! Я всё скажу! Прекрати! Я не легавый! Чёрт побери, я даже не знаю, что означает это слово!
– Он даже ругается как пидар.
– смеялись над Генрихом рейдеры.
– Давайте отрежем ему член, оторвём нижнюю челюсть и засунем в рот член!
Почему-то Генрих даже не сомневался, что они так и сделают, поэтому решил очень быстро вспоминать навыки своего таланта.
– Я готов сотрудничать. Хорошо?! Я могу быть вам очень полезным! Я много знаю!
– говоря, Генриху приходилось превозмогать боль и ужасное волнение, подобного испытания у него ещё никогда не было.
– Я вижу, у вас здесь немного университетов... колледжей...школ в конце концов. У меня есть все подобные знания, а знания много стоят.
– Кто ты такой, говори яснее!
– сказала рейдерша и подставила свой нож к горлу Генриха, достаточно напористо, что бы показалась кровь.
– Меня зовут Генрих, я адвокат...
– Генрих?! Что за пидараское имя?!
– выкрикнул кто-то из рейдеров.
– Что такое адвокат, твою мать?! Ты что сука, законник?!
– Я из Убежища. Видите, это мой Пип-Бой. Мы все разведчики из Убежища, это такое место, где перед войной люди спрятались от бомб. Наши предки больше чем сто лет назад спустились в эти подземные дома, и теперь мы вышли наружу, что бы узнать, что произошло в мире. Мы не желали никому вреда, мы просто вышли на разведку. Я адвокат, это такой учёный юриспруденской науки...
– Что ты возишься с этим червяком?
– перебил Генриха тот рейдер, который разделал Уинслета, обращаясь к рейдерше.
– Хочешь с ним поебаться? Тебе что наших ёбарей мало?!
Рейдерша хотела что-то ответить, но она и так уже поставила свою надёжность под сомнение. Она подготовила свой нож, и Генрих даже почувствовал, как она вот-вот нанесёт удар, но её остановил чей-то голос. Это был явно какой-то лидер в их группе. Молодой парень в чёрной кожанке, обитой железом и с дикой причёской с волосами набекрень. Своим видом он излучал большую уверенность.
– Оставь его. Кракену нужны учёные люди. Отведём его к нему, пусть сам решает. Говорят, что в этих убежищах есть много учёных. Возможно, этот пидарский парень поможет нам и покажет, где можно найти таких как он. Так что, может нам даже повезло...
Они пощадили Генриха, но относились к нему хуже, чем к собаке. Генрих не помнил большую часть пути, он почти все время находился без сознания. Когда эффект веществ прошёл, раны погрузили Генриха в мир боли, вдобавок к этому с ним что-то происходило, словно он медленно умирал. Генрих догадывался, что это последствия той химии, которую он принимал. Однажды Генрих пришёл в себя как раз в тот момент, когда их отряд прибыл по-видимому к месту назначения. Это был большой лагерь, или даже город, окружённый стенами из листового металла. Посреди него возвышалась большая башня, это была нерабочая газовая вышка. На мгновение Генрих понял, что означал белый символ на броне рейдеров. Но впереди его ждало ещё много страданий, прежде чем он наконец-то вернулся в относительно здоровую форму. Ещё не раз Генрих, говоря в своей голове с Беном, подтверждал его слова. "Ты прав Бен, этот проклятый мир и есть ад..."