Fallin

Klarolinelover

— Если хочешь знать, да, — психолог опять села на стул, но все-таки слегка повернула голову в сторону лестницы, где на втором этаже все еще безмятежно спал ее парень.

— Этот такой же трусливый олух, как предыдущий, Камилла? Или нервы у него посильнее? — Клаус слегка подмигнул ей, но Кэми не засмеялась. Она все еще была в обиде на него за тот случай.

— Ты испугал его, — отчеканила она, наливая себе новую кружку любимого напитка.

— Я всего лишь проверял его на прочность, — отпарировал гибрид, — хочу, чтобы с близким другом моей семьи был человек,

способный постоять за нее.

— Ты показал свои черты вампира, — продолжала бурчать Кэми.

— Кто виноват, что он оказался таким слабохарактерным, — Клаус всегда умел держать удар. — И как он сможет защитить тебя, если за себя постоять не может?

— Не важно, — отмахнулась Кэми, — ты пришел поговорить о моем бывшем?

— Соскучился по нашим «маленьким беседам», — просто ответил он. — Не злись. Ты сама знаешь, он был тебя недостоин. Жалкий трусливый олух. Хорошо, что я избавил тебя от него.

— Ты решил провести одну из них, — она проигнорировала его колкости в сторону ее бывшего парня и посмотрела на часы за его спиной, — в девять утра?

Клаус сел на один из кухонных стульев и задумчиво уставился в окно. Кэми мгновенно почувствовала перемену в его настроении. Его лицо стало мрачнее тучи, а сам он был задумчивым и отрешенным. Взяв в руки один из стаканов на столе, он начал не спеша крутить его в руках, перебирая в своих длинных ухоженных пальцах. Девушка, словно под гипнозом, смотрела на его действия.

— Твой Чед хоть раз обижал тебя, Кэми? — вдруг спросил он.

Кэми потупилась и села на соседний с ним стул. Взяв стакан у него из рук, она посмотрела на гибрида.

— Мы встречаемся два месяца. Почему ты спрашиваешь?

Почему-то она была стойко уверена, что этот разговор коренным образом связан с одной знакомой им обоим блондинкой.

— И его зовут Майкл, не Чед, — попыталась пошутить она, но он проигнорировал ее. Видимо, Клаус был не в настроении для шуток.

— Знаешь, — начал он, совершенно не обращая внимания на ее реплику, — я редко когда страдаю угрызениями совести, Камилла. Для меня не свойственно это чувство. Я всегда делаю то, что хочу, когда я захочу и как я захочу. Если я считаю что-то, что я делаю, верным — никто не отговорит меня от этого, и уж тем более я никогда не жалею о содеянном, — он горько усмехнулся и вдруг устало потер глаза. — Почти никогда.

— Ты в порядке? — встрепенулась Кэми. Она редко когда видела его таким потерянным. Обычно Клаус был образцом уверенности в себе и в том, что он делает. — Что произошло?

— Я кое-что сделал, — тихо признался он. — Кое-что ужасное. И жалею об этом.

Кэми тихо слушала его неожиданное признание. Клаус же в свою очередь продолжал свою исповедь. Он любил Кэми. За все эти годы, хотя для него это был скорее мимолетный промежуток вечности, но, тем не менее, она стала тем, кому можно довериться, кто никогда не осудит, выслушает и поймет, а иногда и даст совет. Она была той, кому он безгранично доверял и ценил ее мнение. Именно поэтому он пришел к ней, так как знал, что этот разговор останется между ними и

он сможет говорить откровенно.

— Если бы я мог все исправить, отмотать время назад, я бы все сделал иначе, — в никуда сказал он, все думая о «той» ночи.

В голове снова и снова всплывало лицо Кэролайн в тот момент, когда он взял ее. Она доверилась ему, открылась, и он испортил все именно в тот момент, когда наконец получил все, что хотел, — ее. Его руки крепко сжали стакан.

— Но ты не можешь отмотать время назад, — тихо заметила Кэми и увидела, что Клаус опять горько усмехнулся и слегка кивнул, как бы соглашаясь с ее утверждением. — Именно поэтому наша жизнь такая сложная.

— Знаешь, Кэролайн — особенная девушка, — Клаус повернул голову к подруге и впервые с начала этого странного разговора посмотрел прямо на нее. — Таких, как она, я не встречал. С нашей первой встречи она не перестает меня удивлять, — казалось, он глубоко погрузился в воспоминания. — Она всегда поражала меня своей преданностью. Это качество, которого мне так не хватает в жизни. Когда мы встретились, я был чертовым ублюдком, который портил жизнь ей и ее друзьям только потому, что они стояли у меня на пути.

— Ты и сейчас чертов ублюдок, который продолжает портить жизнь тем, кто ему не нравится, — вставила Кэми, пытаясь разрядить обстановку.

— Да, точно. Но несмотря на то, что я делал, меня всегда поражало то, с каким упорством она помогала своим друзьям. Даже если знала, что это заведомо проигрышный вариант. Она полна самоотдачи и ничего не требует взамен. Ее доверие и хорошее отношение очень сложно заслужить, но если ты этого добился, то она уже никогда не откажется от тебя. Она будет стоять за тебя до конца.

Кэми улыбнулась. Почему-то именно такой она и представляла себе Кэролайн в обстановке, когда она с включенной человечностью, и после встречи несколько недель назад ее мнение только усилилось.

— Ну, видимо, ты сумел добиться этого, раз она здесь. — Кэми сделала глоток своего кофе и подтолкнула чашку к гибриду. Тот также сделал глоток.

— Я не понимаю почему. После того, что я сделал, — он повернул голову и посмотрел на блондинку, ища ответ, который сам не мог найти. — Ты меня знаешь, я умею причинять боль.

Кэми глубоко вздохнула. Она не знала, что он такого сделал, и, по правде говоря, она и не хотела знать. Видимо, речь идет о поступке, из-за которого Кэролайн уехала из Нового Орлеана и отсутствовала в жизни первородной семьи почти полгода. Но это касалось только Клауса и ее. Они сами должны были выяснить все. Только так у них все наладится окончательно.

— Ты и не должен понимать это, — коротко подытожила она. — Это дело Кэролайн. Она одна решает, кому довериться, а кому нет. Так же как и ты, — она указала на гибрида. — И единственное, что требуется от тебя — принять это и показать ей, что она не ошиблась в своем выборе. А я думаю, она не ошиблась. Я плохо ее знаю, но точно поняла за время нашего короткого общения, что она не глупая девушка и не станет разбазаривать свое доверие зря.