Fallin

Klarolinelover

Кэролайн громко вздохнула. В конце концов, она не могла его винить. То, как она вела себя утром, выходило за всякие рамки. Причем она сорвалась без всякой на то причины. Он имел полное право злиться на нее.

***

Но он не пришел спать ни к часу ночи, ни к двум, ни к трем. В четыре утра Кэролайн решительно откинула одеяло и, надев на себя халат, двинулась к комнате, в которой он «творил».

Конечно, она знала, что он заметил, как она вошла. Ради бога, он был Клаусом, без его ведома в этой комнате и комар бы не пролетел. Но он по-прежнему стойко хранил молчание.

— Я знаю, что ты злишься, —

тихо проговорила Кэролайн, стоя в пороге. — И ты имеешь полное на это право. Я наговорила всякого бреда и сожалею об этом, и хочу, чтобы ты это знал.

Ответом ей было лишь молчание. Он молча продолжал рисовать. Звуки мазков больно давили на уши.

— Ты же не будешь игнорировать меня вечно? — громче сказала она.

— Клаус… — позвала она. Но он так ничего и не ответил.

— Я же сказала, что сожалею. Я не знаю, почему я это сказала, наверное, напряжение последних дней сказалось. И я уже извинилась перед Фреей, и она простила меня. Послушай, я…

— Что, твою мать, это было? — наконец, пугающе перебил он ее.

Кэролайн осеклась на полуслове и вдруг потупила взгляд. Что она должна была сказать ему? Что она просто резко психанула и наговорила его сестре всякого бреда, а потом психанула еще больше, пошла в бар, при этом заключила пари с точно такой же психованной малолетней вампиршей и чуть не убила там человека? И что не произошло это только потому, что Саймон, сжалившись над ней, позвонил Ребекке? Тогда он бы точно не разговаривал с ней следующие сто лет.

— Я не знаю, что это было, — честно призналась она. — Я как будто… не знаю… как будто резко все взорвалось и единственное, что имело значение, ударить кого-нибудь побольнее.

— Ну, тебе это удалось на славу, дорогая, — сквозь зубы сказал он.

— И мне очень жаль, — еще раз сказала вампирша.

— Если тебе так сильно жаль, то нужно было извиниться немного пораньше, — процедил он.

— Я не знала, что сказать, и еще я знала, что ты очень сильно злишься.

— Ты оскорбила мою сестру, Кэролайн. Ты можешь срываться на мне сколько хочешь, ты знаешь, я и слова не скажу, — он наконец повернулся к ней и лучше бы он не делал этого. Потому что она, наверное, никогда не вдела его таким злым и обиженным. Наверное, это в большей степени была обида, а не злость. — Я всегда воспринимал твои истерики по-философски. Я знаю, что я далеко не подарок, — продолжил он, вытирая с рук краску. — Со мной бывает сложно, и я могу вести себя как последний мудак, и да, я согласен, ты сильно перенервничала за последние несколько недель, но не смей впутывать в это мою сестру! — наконец прикрикнул он, и Кэролайн вздрогнула.

— Она тебе ничего не сделала! И не заслужила такого обращения, — он продолжал сверлить ее глазами. — Хочется покричать — покричи на меня! Я не сахарный, не рассыплюсь, но не срывай злость на моих близких!

— Я не хотела этого делать! — вдруг закричала она. — Я не знаю, как это получилось!

— Но ты сделала! — прокричал он в ответ.

— Но я так не думаю! И не думала! — пыталась достучаться до него Кэролайн.

— Знаешь, кого ты напомнила мне в тот момент? — вдруг сказал Клаус. Его голос был спокоен, но в нем сквозило разочарование. — Себя без эмоций! На меня как будто снова смотрела та холодная, бессердечная, ни о ком не думающая сучка, — закончил он.

Кэролайн отшатнулась,

как от пощечины. Это было ее самое больное место, и он ударил по нему. Специально или нет, но он зацепил эту постоянно ноющую мозоль. Не проходило и дня, чтобы она не вспоминала все, что сделала. Она не забыла ни одну из своих жертв. Она помнила каждый крик и каждую мольбу. Наверное, пройдет еще не одно десятилетие, пока они не станут хотя бы немного тише.

Она старалась жить дальше, говорила себе, что все это в прошлом и она больше никогда не станет такой, и сегодня поступила так же, как последние семь лет. Он был прав, хотя и обидел ее.

— Я сожалею о том, что наговорила, — еще раз повторила она, сглатывая и смотря ему прямо в глаза. — Я не знаю, что еще сказать. Если хочешь добить меня, то вперед. И хотя я знаю, что ты имеешь на это полное право, но знаешь, вряд ли я буду чувствовать себя еще более паршиво, чем сейчас.

С этими словами она развернулась и двинулась к двери. Уже на пороге Кэролайн остановилась и тихо попросила его:

— Не сиди здесь до самого утра. Потолок не обрушится, если ты придешь спать в постель.

Больше ничего не сказав, она оставила его одного. Кэролайн не знала, извинил он ее или нет, но где-то через час почувствовала, как матрас прогнулся под его весом. Он не обнял ее, как делал это всегда, но только одно его присутствие рядом давало ей ощущение спокойствия и уверенности.

Примечание от автора:

Привет, мои любимые крошки))) это я с новой главой))

Немножко Фреи и Кэролайн))) я думаю, после того что Кэролайн наговорила старшей сестре Клауса, она была просто обязана извиниться))) и Фрея, как настоящая Старшая в семье, обладает, по моему мнению, той самой мудростью, чтобы не обижаться попусту и чтобы проявить снисхождение))) именно это она и сделала по отношению к Кэр)))

Я нейтрально отношусь к персонажу Фреи как в сериале, так и в целом))) не скажу, что она моя любимица, но она и не раздражает меня))) просто для того, что я задумала, мне нужна была ведьма, и Фрея с ее знаниями оказалась самой подходящей))) ну и, так сказать, для полноты всех Майклсонов))

Немножко взаимодействия Хоуп и Папочки Клауса)))) ну прям ми-ми-ми)))) я писала и ухмылялась))) кстати, моя любимая сказка и мультфильм на все времена это Красавица и Чудовище)) я как малышка Хоуп могу смотреть этот мультфильм бесконечное количество раз)))) уж тетке стукнуло 23, а мультики все еще смотрит)) ну, такая я уж у вас)))

Комментарий к Глава 31

Кто хочет узнать, что это за магические слова Chanel J12, то вот оно шо такое:

https://vk.com/photo347725290_456239069

А в следующей серии:

“— Может быть, ты приедешь ко мне на пару недель? Я думаю, это пойдет вам обоим на пользу, — предложил Стефан.

— Сомневаюсь, что это будет удобно, милый. Ты уверен, что твоя девушка потерпит конкурентку у вас в доме? — вдруг съязвила Кэролайн.

Она не знала, почему у нее вырвалось то, что вырвалось. Прошло несколько месяцев с тех пор, как она узнала от Елены, что Стефан нашел себе новую пассию. Но при каждом их разговоре друг упорно молчал по поводу этого маленького факта. Казалось, Стефан просто игнорировал ее. Он говорил о своей девушке с Еленой, с Бонни и даже с Деймоном, но не с ней. И Кэролайн упорно не могла понять почему.