Фактор соблазна
Шрифт:
— Я хотела лишь поцеловать тебя, а не…
Он наклонился ко мне с довольной улыбкой.
— Тебе никто не мешал это сделать, — сказал Август, а потом вдруг повернулся ко мне спиной и принялся ощупывать щель между дверьми. — Пора отсюда выбираться.
Из его заднего кармана джинсов так заманчиво торчали наручники, что я не сдержалась. Подошла к нему вплотную, обняла, запуская руки под свитер.
— Прости, что разозлила тебя, — пробормотала я извиняющимся тоном, поглаживая рельефы мышц. — Я не хотела сидеть сложа руки, переживала за сестру. А ты так сладко спал, господин Инспектор.
— Вика, ты меня, конечно, извини, но твои ручки сейчас делают совершенно не то, что нужно. Если ты не хочешь продолжения, то лучше убери их.
— Ты на меня больше не злишься? — спросила я, продолжая пальцами изучать твердый пресс.
— Нет. Не злюсь. Так ты хочешь продолжения?
— Сегодня ночью. Сделай со мной все, что захочешь, — сказала я, отстраняясь.
В этот момент было совсем не сложно незаметно вынуть наручники из его кармана, что я и сделала. Пока Август пытался просунуть пальцы в щель, я спрятала наручники в карман своей куртки.
— Собираешься голыми руками их открыть?
— Почему бы и нет.
Сначала я не верила его оптимистичному настрою, пока не увидела, как Август, крепко вцепившись пальцами в половинки дверей на стыке, медленно стал их раздвигать. Щель увеличивалась, показывая широкий переход между этажами — бетонную плиту, а выше — просвет. Раскрыв полностью двери, Август спросил:
— Выберешься сама?
— А давай сначала ты? Потом мне руку подашь.
Он без возражений согласился и довольно быстро выкарабкался из лифта. А пока он разворачивался ко мне, чтобы подать руку, я достала наручники из кармана и просунула их между лифтом и стеной — тихонько звякнув, они полетели в шахту.
— Что это было?
— Не знаю, давай скорее руку.
На этаже, к счастью, никого не оказалось, и мы тихонько выбрались, без свидетелей. Ноги меня плохо слушались, и я, держась за поручень, еле поспевала за Августом, который шустро спускался по лестнице.
Пролетом ниже он вспомнил о наручниках, хлопнув себя ладонью по заднему карману. Я подавила смешок и постаралась придать лицу невозмутимое выражение. Внезапно остановившись, Август развернулся — я чуть не влетела в него. Без вопросов он принялся ощупывать мои карманы, а я еле сдерживалась, чтобы не засмеяться.
— Куда дела?
— Что?
— Наручники.
В ответ я сдвинула плечами. Август глубоко вздохнул, а потом вдруг крепко схватил правой рукой мою левую руку и переплел пальцы с моими.
— Даже не думай вырываться.
— Не буду. Так мне больше нравится, — улыбнулась я. Август смерил меня строгим взглядом и повел вниз по лестнице.
Спускаясь, я думала, что очень некрасиво оставлять после себя сломанный лифт. Неизвестно, когда его отремонтируют, а жителям дома придется все время подниматься пешком, пока он неисправен. И я уже собиралась отругать Августа за погнутую панель, виня и себя заодно за необдуманное использование дара… только отойти от дома нужно подальше.
Мои обессиленные ноги слишком вяло передвигались, и, ступая с последней ступеньки крыльца, я споткнулась и упала на колено. Чудом не грохнулась носом в асфальт, если бы не рука Августа…
Солнце светило настолько ярко, что асфальт
Меньше, чем в метре от меня, пуля прошила полотно снега. Я вскинула голову, поднимаясь с коленей. С галереи, опоясывающей второй этаж загородного дома, в меня целился из снайперки мужчина. Мгновенно я сорвалась с места. Почему он меня захотел убить? За что? Господи, если бы я не споткнулась, то была б уже мертва…
— Вика, ты в порядке? Вика!
Голос Августа донесся ко мне будто из другой реальности. Он присел рядом со мной, с беспокойством заглядывая в глаза.
— Ты ушиблась?
— Нет, нет, все нормально…
Поднимаясь с коленей, я одновременно была перепугана и радостна — еще кусочек, еще частичка воспоминаний вернулась ко мне. Но я до дрожи боялась представить себе, за что в меня стреляли… и чего мне стоило остаться в живых.
Когда мы с Инспектором дошли до недалеко припаркованного джипа, я вместо того, чтобы залезать в автомобиль, поманила Августа к себе и суровым голосом спросила:
— Ты так и собираешься бросить сломанный лифт?
— Позвоню на свою фирму и скажу, чтобы они возместили ущерб, — пожал он плечами, а потом наклонился ко мне и заговорщицким тоном произнес: — А сейчас мы поедем в магазин, в котором ты оставила продукты.
Глава 6
— Когда пропадает жена, первым всегда подозревают мужа, — сказал Август, открывая холодильник. — Но мы поедем к нему после обеда. Сначала обыщем дом.
Я оперлась о столешницу, складывая руки на груди.
— Мне кажется, мы просто теряем время…
Август отвлекся от разглядывания просроченных продуктов в холодильнике и повернулся ко мне.
— Успеем. У нас осталось двое суток. А я как никто другой умею искать людей. Найдем твою сестру.
— Ты уверен, что мы успеем?
— Если не будешь снова сбегать — то да, — улыбнулся он.
На кухне моей сестры царила идеальная чистота. Помню, раньше, когда она готовила, вся кухня выглядела так, будто на ней произошла война между томатами, капустой и мукой. И если перед ее носом во время готовки не было точного рецепта, ее стряпню невозможно было есть. Как-то я пошутила на этот счет, стоя у стола, и мне в голову чуть не прилетела деревянная доска для разделки мяса — я успела отскочить, а доска, ударившись о стену, раскололась и оставила на обоях некрасивый след. Сейчас на этом месте висит огромная картина в золотистой рамке с изображением старинной живописной улочки.
— Да тут килограммы замороженного мяса! — воскликнул Август. Я подлетела к нему, пытаясь заглянуть через широкую спину в морозилку. — И не все продукты здесь просрочены, — добавил он, поворачиваясь ко мне. — Давай, пока я буду обыскивать дом, ты приготовишь поесть. Я чертовски голоден.
— Ну уж нет. Я сама буду рыться в вещах сестры.
— Представь себе, — сказал Август, кладя мне руку на плечо, — что ты наняла частного сыщика. Не будешь же ты мешать ему выполнять свою работу?..