Фактор соблазна

Орлан Нари

Хоть бы Вера была жива.

Небо черным колпаком накрыло город. Пока мы не выехали из центра, не видели на нем звезд из-за пестрящих разными цветами ярких вывесок, освещающих пространство не хуже любого фонаря. Когда все наладится, я обязательно поселюсь в доме, из двора которого каждую ночь будет видно тысячи звезд.

Подъезжая к дому, Август снова сказал, чтобы я шла готовить еду, пока он будет осматривать двор. На что я ему ответила:

— Давай вместе приготовим покушать?

— А ты права. Мне как-то спокойнее,

когда ты находишься в поле зрения.

Мощные ксеноновые фары джипа осветили зеленый забор, перед которым стоял Тихон. Только машина остановилась, я вылетела на улицу.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я друга.

— Вас жду. Мне нужно кое в чем признаться.

Глава 8

Голос друга показался мне непривычно хриплым, а глаза — печальными. Нос сделался красным от холода, и он им то и дело шмыгал, смотря на Августа, который подходил ко мне.

— Ну так, признавайся, — сложил руки на груди мой суровый муж.

— Это… долгая история. — Глаза друга бегали по сторонам, будто он боялся, что нас могут подслушать. Я подошла к калитке, доставая ключи и зовя следом за собой мужчин:

— Пошли в дом.

Тишину прихожей нарушили шелест троих курток, жужжание замков и мягкие шаги. Разуваясь, Тихон с интересом осматривал обстановку, будто был здесь впервые.

— Это за последние полгода они ремонт сделали, — сказал друг. — Вера говорила, что весь дизайн был идеей Олега. Жаловалась, что он не разрешил ей даже цвет обоев выбрать. На что ее муж отвечал: кто платит, тот и решает.

— У них определенно были теплые семейные отношения… — добавил Август.

Мне хотелось прямо с порога потребовать от друга признание. Но куда порядочнее выглядело бы сделать это в кухне за чашкой чая, пока в микроволновке будет размораживаться очередная порция говядинки.

Ну хорошо, хоть нет проблемы с выбором чая, подумала я, открывая навесной шкафчик на кухне. С мелиссой, с ароматом манго, лотоса, ананаса (по отдельности, конечно). О, а вот и барбарис — такой я люблю.

— Рассказывай уже, — услышала я голос Августа за спиной, который вместе с Тихоном уселся за обеденный стол.

— Пусть молчит, пока я не сделаю чай. Просто иногда роняю предметы, когда слышу неожиданные вещи.

Я достала три разноцветные чашки и положила в каждую по пакетику. Ладони Августа внезапно легли на бедра и подвинули меня в сторону.

— А я не роняю. Иди присядь, сам чай сделаю.

Под удивленным взглядом Тихона я опустилась на стул рядом с ним. Конечно, он никогда меня не видел в таком положении. Когда мы общались, я ни с кем не была в отношениях и грезила лишь Дмитрием Николаевичем.

— А давно вы… — еле слышно пробормотал друг.

— Три дня, — ответила я. — Как познакомились, так и поняли — жить друг без друга не можем.

Август обернулся на мои слова, еле сдерживаясь от смеха.

—

Вы ведь не женаты?

— Давай, наши секреты после твоих. Рассказывай.

Тихон несколько секунд рассматривал красочные домики на картине невидящим взглядом. А когда взглянул снова на меня, сказал:

— Вера, скорее всего, беременна от меня.

Август так резко поставил перед нами на стол чашки, что я чуть не подпрыгнула. В нос ударили кисловато-сладкие нотки барбарисового чая, а пар, исходящий от напитка, поднялся к лицу.

— Редко видитесь, значит. Редко, но метко, да? — ухмыльнулся Август, садясь напротив нас.

Тихон пододвинул к себе красную чашку, обхватив ее обеими руками. И, воззрившись на парующий чай, заговорил:

— Как-то так получилось… Я развелся в прошлом году, а у нее с мужем отношения начали портиться в начале этого года. После очередной ссоры она пришла ко мне. К подругам пойти стеснялась, потому что не хотела, чтобы они обсуждали ее синяки.

— Он ее бил?! — выкрикнула я.

— Иногда, когда ссорились.

— Зараза! Я его прибью. Голыми руками придушу!

От злости я до боли сжала кулаки. Рука Августа легла на мою, стала успокаивающе поглаживать напряженный кулак.

— Пусть рассказывает дальше, — сказал он. — Убьешь Олега позже.

— Почему она не развелась с ним сразу же? — не сдержалась я.

— Собиралась, но все откладывала. Приходила ко мне, заявляла, что теперь точно подает на развод. А потом они мирились. И по новой. Каждый раз умоляла, чтобы я никому не рассказывал, что она ко мне приходит.

— Они не из-за измен ссорились? — спросил Август.

— Вера говорила, что муж не догадывается. Бывала у меня, а мужу говорила, что поехала к клиентке делать маникюр. По лицу он ее не бил.

Я еле удерживала бурлящую злость внутри. Рука Августа продолжала лежать на моей. А сам он был предельно серьезен и сосредоточен. Внимательно слушал Тихона, время от времени попивая чай.

— Так когда ты видел ее в последний раз? — спросил он.

— Три недели назад она провела у меня полдня. В последнее время Вера приходила ко мне не только после ссор. Иногда просто так. Обещала прийти в позапрошлую субботу, но в четверг все отменила, сказав, что едет с мужем в Египет. Больше я не видел ее и не слышал.

— Ясно, — Август допил чай и поднялся из-за стола. — Болтайте пока. Я пойду обыщу двор.

В голове не укладывалось, как моя сестра могла изменять мужу с моим лучшим другом. Ладно, с нашим лучшим другом. Но сейчас неловко спрашивать Тихона, как так случилось, что они нашли друг в друге не только поддержку, но и стали любовниками. Лучше поговорю об этом с Верой.

— Так ты был женат? — спросила я Тихона, когда мы остались вдвоем на кухне.

— Четыре года. Но мой брак рассыпался вместе с бизнесом. Да и сейчас это не важно. Чем я могу помочь, чтобы найти Веру?