Эйта
Шрифт:
— Ты голодная? — спросил он. — Сейчас приедем, прикажу на стол накрыть, — не дожидаясь ответа, сказал князь. — Гостьей будь.
— Буду, — кивнула Эйта, но все её мысли сейчас были далеко. За время в дороге она встретила уже двух колдунов по имени Третьяк, но один был слишком молодой, а второй очень слабый. Угорский колдун подходил почти идеально. «Ты, главное, не горячись, — всплыли в памяти слова быстрогородского колдуна Стояна. — Сначала всё разузнай, а уж потом решай как наказывать» Не горячиться было не проблемой, куда сложнее было правду
Люди в городе расступались, давая дорогу князю и его свите, около своего дома Бутко спрыгнул с коня и снял с лошади Эйту.
— Ты чего? — спросил он, заметив ошалелый взгляд девушки.
— Это ты чего? — Эйта убрала руки мужчины со своей талии.
— А чего я? — не понял Бутко.
— Ты зачем хватаешься?
— Ах вот ты о чём? — князь расхохотался.
— Что смешного? — Эйта нахмурилась.
— Не сердись, — всё ещё смеясь, попросил Бутко. — Я забыл что ты дикая. Я просто помочь тебе хотел спуститься, чтобы прыгать не пришлось. Принято так.
— Больше так не делай, я сама уж как-нибудь, — буркнула девушка.
— Бутко, мальчик мой, — из дома выбежала немолодая женщина. Она была худой, будто высушенной, и весь её вид сразу давал понять, что шутки с княгиней лучше не шутить. — Что случилось? Твои люди приехали, сказали, ураган в лесу был.
— Показалось им, — не моргнув глазом, соврал князь. — Гостья у нас, Эйтой зовут. Это княгиня Полада, моя матушка, — представил он женщин.
— Бутко, — из терема неспешно, как полагается женщине в её положении, вышла молодая княгиня, она радостно улыбалась мужу, поддерживая большой живот. — Как поохотился? — она хотела обнять Бутко, рассчитывая на привычный поцелуй, но князь отстранился.
— Сорвалась охота, — холодно сказал он. — Эйта, милости прошу, — мужчина открыл перед гостьей дверь.
Деяна растерялась, она оглянулась и увидела с десяток любопытных взглядов, и на глаза у неё навернулись слёзы. Она вопросительно посмотрела на свекровь, но ту поведение сына тоже очень удивило.
— Не вздумай реветь, — шикнула старая княгиня и пошла в дом.
Деяна глубоко вздохнула и последовала за ней.
Подали обед. Эйта жадно ела, предоставив князю Бутко отвечать на все вопросы матери и жены. И князь рассказал, что нашёл несчастную перепуганную Эйту в лесу, что её испугал внезапно налетевший ветер, а он, Бутко, её героически спас и успокоил.
— Что-то не похожа она на перепуганную девицу, — смерив гостью взглядом, заявила Деяна. — Давно на чужих мужей заглядываешься? — спросила она у Эйты.
— Не, — промычала девушка, она была занята едой, кормили у князя вкусно, а поесть Эйта любила. — Мне чужие не нужны.
— Деяна, — сердито сказал Бутко.
— Что Деяна? — возмутилась молодая княгиня. — Я потаскух твоих у себя в доме не потерплю, —
— По себе о других не суди, — посоветовала Эйта, облизывая ложку. — Спасибо за обед, князь. Пора мне, — она встала из-за стола. Старая княгиня нахмурилась, первой из-за стола вставала она или её сын, а тут…
— Она в лесу одна жила, дикая, — шепнул матери Бутко и тоже поднялся. — Я провожу.
— Мальчика она родит, скорее всего, сегодня или завтра, — тихо сказала Эйта. — И про проклятие для Милады я не ошиблась, она это.
Бутко вздрогнул, хотя уже и без того уже там в лесу поверил колдунье.
— Погоди, не уезжай, — попросил князь. — Можешь сделать для меня кое-что?
— Смотря что попросишь.
— Ты амулеты защитные делать умеешь?
— Умею, — кивнула Эйта. — Но тебе-то он зачем? Тебя же колдовство не берёт.
— Не мне, Миладе. Сделаешь?
— А примет она от тебя оберег? Ты ж теперь женат.
— Это уж моя забота, ты только сделай, так чтобы ничто злое её коснуться не могло. Ты сильнее всех колдунов, мною виденных. Я заплачу.
— Конечно, заплатишь, — сказала Эйта. — Ладно, вели тогда коня моего расседлать и почистить. — Это в плату включу.
— И так почистят, — улыбнулся Бутко и свистнул, подзывая слугу. Ему даже говорить было не надо, только кивнул на лошадь и её тут же увели в конюшни.
С амулетом Эйта справилась за несколько часов, князь неотступно сидел рядом, наблюдая и восхищаясь. Когда дело было закончено, он щедро расплатился золотом и предложил Эйте остаться на ночь, но девушка отказалась.
— А оставайся у меня насовсем, — предложил князь, пока во дворе дома ожидал когда выведут лошадку колдуньи. — Уж я не обижу, жильё дам, слуг выделю, платить буду, так что ни в чём нуждаться не будешь.
— А что жена твоя на то скажет? — усмехнулась Эйта, в который раз заметив недовольное лицо княгини в окне.
— У жены моей отныне права голоса нет, — буркнул Бутко.
— Спасибо, но не люблю я большие города, неуютно мне тут, народу много, ходят с ерундой всякой.
— А я в лесу тебе прикажу дом поставить, — не унимался князь. — Даже охрану могу дать, чтобы не беспокоили зря. Соглашайся.
— Дело у меня есть, — Эйта вздохнула, предложение было очень заманчивым. — Вот закончу его и, если жива останусь, может и приеду.
— Хорошо, — согласился Бутко. — Я могу тебе в деле твоём помочь?
— Нет, — девушка покачала головой и забралась в седло. — Здрав будь, князь Медведь, — сказала она и улыбнулась.
— И тебе удачи, — кивнул князь. — Пусть хранят тебя боги.
Эйта давно уехала, а князь всё ещё стоял у ворот и задумчиво глядел вдаль.
— Сынок, у Даяны роды начались, — вышла к нему мать.
— Начались, пусть рожает, — холодно отозвался Бутко.
— Кто эта девушка? — поинтересовалась княгиня.
— Колдунья. Интересовалась, откуда во мне кровь оборотня? — Бутко повернулся и в упор посмотрел на мать.