Эйлирия. Мужья Виолетты
Шрифт:
Когда богиня говорила, что женщины немного заигрались, она вот это имела ввиду? Это то самое «немного»?
Охренеть.
Тем временем мы покинули центр города, и, пройдя через несколько улиц с жилыми домами, наконец добрались до небольшого домика. Он выглядел скромно, но ухоженно, с аккуратным садиком и тихой атмосферой. Никакой роскоши — просто дом, который мог бы быть на любой улочке в старой Европе.
— Это твой дом? — спросила я, пытаясь отвлечься от всех шокирующих открытий, сделанных из методички.
—
Я шагнула внутрь, и внутри дом оказался таким же простым, как снаружи: минимум мебели, всё предельно функционально и без излишеств. Здесь было тепло и уютно, но чувствовалось, что дом построен не для роскоши, а для жизни.
— Садитесь, я принесу еду, — спокойно сказал дрон, указывая на небольшой деревянный стол, стоявший в центре комнаты.
Я всё ещё пыталась свыкнуться с его странным спокойствием, даже после всего, что узнала.
— И часто дроны заходят к тебе на обед? — спросила я, пытаясь немного разрядить обстановку.
— Нет. Никогда. Дроны не станут даже разговаривать со мной. Мой уровень… — он замялся, не смотря на меня.
— Да, да, я помню про твой уровень, — вздохнула я. — А от чего он вообще зависит? Я до этого ещё не дочитала. Может, расскажешь?
Я наблюдала, как он ловко готовит еду, двигаясь спокойно и уверенно, словно всё, что происходило, было для него рутиной.
— Уровень дроина зависит от его происхождения, профессии и дохода, который он приносит. Женат он или свободен и от желаний дрон. Те, кто на низшем уровне, как я, обычно не имеют профессии, которая приносит значимый доход, — пояснил он, продолжая нарезать овощи.
— И как так получается, что ты… на самом низком уровне? — спросила я, поднимая бровь.
Он кивнул, не останавливаясь.
— Одна из дрон сочла меня недостойным оставаться на среднем уровне.
Моё любопытство взлетело до небес.
— Что ты натворил? — В голове тут же закрутилось множество сценариев: он убил кого-то? Ограбил? Соврал?
Но его ответ меня поразил.
— Я отказался наносить увечья одному из её мужей по её требованию. Я должен был подчиниться. Но не стал, — его голос был твёрдым, и я тут же поняла, что он ни о чём не жалеет.
Этот дроин нравился мне всё больше с каждым мгновением. А вот местные женщины, наоборот, всё меньше. Как можно было требовать подобного?
Он снова замолчал, сосредоточенно готовя для меня еду, как будто не замечал, что какая-то незваная девица, которую он, может, по ошибке спас, заявилась к нему домой, задаёт кучу вопросов и явно не собирается уходить без… десерта.
А я, честно говоря, никуда без такого сексуального десерта уходить не собиралась.
— Дроин, как тебя зовут? — немного запоздало, конечно, но, как воскресшая, я могла позволить себе такие оплошности.
Он наконец посмотрел на меня, и в его глазах
— Меня зовут Каир, дрона.
Каир… Имя подходило ему идеально.
— Приятно познакомиться, Каир. Я Виолетта. Для друзей просто Вета, — улыбнулась я, ожидая хоть какой-то реакции.
Но он проигнорировал моё представление, сосредоточившись на сервировочной тарелке, которую доставал из шкафа. Его молчание меня раздражало.
— Ты же обязан выполнять любой мой приказ? — спросила я, немного настаивая.
— Да, дрона, — ответил он без всяких эмоций.
— Тогда приказываю, чтобы ты общался со мной, как со своим другом-дроином.
Он мгновенно замер, словно не знал, как на это реагировать.
— Я не могу, дрона, — наконец сказал он.
— Но ты же должен выполнять мои приказы, — настаивала я, чувствуя, что стою на пороге открытия.
— Да, дрона, но…
— Тогда выполняй, — я потребовала твёрже.
Каир на мгновение замер, его глаза встретились с моими, и я увидела в них сомнение. Ему явно было сложно нарушить своё привычное поведение, но я чувствовала, что он борется с собой, стараясь подчиниться моему требованию.
Наконец, после короткой паузы, он тихо выдохнул:
— Хорошо… Вета.
Это простое слово, произнесённое его голосом, вдруг прозвучало так… интимно.
Мур-мур.
А ведь мог назвать Виолеттой. Это мне определённо понравилось, и я не сдержала улыбку. Он поставил передо мной тарелку с едой и продолжил стоять, как обычно.
— Так ты ведёшь себя с друзьями? — спросила я, приподняв бровь.
Каир замялся, на его лице отразилось внутреннее напряжение.
— Нет, — коротко ответил он, затем закрыл глаза, словно принимая какую-то неизбежность.
Он медленно взял вторую тарелку, положил еду и себе, и, после короткой паузы, сел рядом за стол. Это было настолько не похоже на его обычное поведение, что я едва сдержала удивление. Он поднял взгляд на меня и, всё ещё немного неуверенно, произнёс:
— Кушай, — так нежно, как ребенку, сказал он. А затем, опустив голову, начал есть сам.
Еда была чудесной, и я с удовольствием съела всё до последнего кусочка. Но вскоре мне захотелось пить, а отвлекать Каира от его трапезы не хотелось.
— Где у тебя стаканы? — спросила я, вставая.
— В верхнем шкафу, — ответил он на автомате, не поднимая головы.
Через мгновение на его лице появилось беспокойство — он понял, что я собиралась сделать. Но я уже встала и, проходя мимо, положила руку на его плечо в знак того, что всё в порядке. Это должно было его успокоить, но произошло совсем иначе. Каир был полностью сбит с толку моим прикосновением, словно я нарушила какое-то негласное правило.
Я быстро налила воды себе и ему, вернулась к столу и поставила стаканы перед нами.