Эйлирия. Мужья Виолетты
Шрифт:
Я остолбенела. Мой дроин молча стоял, приняв это как должное. Его лицо не дрогнуло, как будто услышанное было чем-то совершенно обычным. Но во мне всё вскипело.
— Я дала своё согласие! — не раздумывая, вмешалась я. Мой голос прозвучал громче, чем я ожидала.
Глава 2
Строгая женщина обернулась ко мне, слегка удивлённая моим вмешательством. Я не собиралась оставлять это просто так.
— Я дала согласие, всё в порядке, — повторила я настойчиво, не давая
— Вы были без сознания, дрона, — холодно возразила она, но в её голосе сквозило раздражение.
— Я приходила в себя. Я позволила ему мне помочь, — уверенно ответила я, чувствуя, как пульс ускоряется от волнения. Дроин, похоже, был в шоке, и его глаза это выдавали — впервые я заметила, что за его невозмутимостью скрываются эмоции.
Женщине это явно не понравилось, но после напряжённого молчания она вздохнула и кивнула.
— Хорошо. Если дрона настаивает, наказание будет отменено, — нехотя сказала она. — Вы свободны.
Мы вышли из кабинета, и я заметила, что дроин продолжал молчать, хотя в его глазах всё ещё читалась лёгкая растерянность.
— Ты знал, что тебя ждёт, если поможешь мне? — спросила я, едва сдерживая удивление от всей этой ситуации.
— Знал, — спокойно ответил дроин.
— И всё равно помог? — я подняла брови, не понимая его мотивации.
И тут он слегка улыбнулся. Ничего себе. Он умеет улыбаться. Улыбка была едва заметной, почти мгновенной, но она придала его суровому лицу какое-то неожиданное тепло. Этот небольшой жест словно сказал больше, чем все его предыдущие ответы.
Я снова залюбовалась им. Его широкие плечи, уверенная осанка и едва заметная улыбка вдруг сделали его ещё более привлекательным. Я не удержалась и, прежде чем осознала, что говорю, вырвалось:
— Ты женат?
На его лице тут же промелькнула тень грусти. Его улыбка исчезла, и взгляд потемнел.
— Дрона, вы иномирянка и пока не знаете, но дроины не женятся на мужчинах с моим уровнем, — тихо сказал он, стараясь не встречаться со мной взглядом.
— Я пока и правда не знаю, — усмехнулась я. — А позволь узнать, почему?
Он явно расстроился, а вот я, наоборот, была довольна — значит, холост. Мур-мур.
— Мы недостойны, — его короткий ответ не удовлетворил моё любопытство.
В этот момент мой живот громко заурчал. Ну да, я не ела, наверное, с прошлой жизни. Какой кошмар. Дрон заметил это и сразу заволновался.
— Вам необходимо поесть, — сказал он, и это был первый раз, когда он заговорил без того, чтобы я его спросила.
— Я здесь ничего не знаю, — развела я руками. — Где вкусно можно поесть?
— Дома, — ответил он машинально.
— Веди, — хмыкнула я, едва сдерживая улыбку. Он замер. То ли от моей наглости, то ли от чего-то ещё. Но потом всё же сдвинулся с места.
— Туда, — его голос прозвучал неуверенно, но видно, что ослушаться он не мог.
Пока мы шли, я начала листать методичку, зачитывая вслух самые странные моменты.
—
Я помолчала, осмысливая всё это.
— И каждая дрона должна иметь мужей, потому что есть вещи, которые дроины не делают. Например, не готовят, не убирают. Это обязанность мужа.
Дроин молчал, оно и понятно, он-то это все и так знал.
— Дроны выбирают мужей на своё усмотрение, — читала я вслух, пока не запнулась на следующей фразе. — Мнение дроина не учитывается.
Я остановилась, ошеломлённая этим, и посмотрела на дрона.
— Серьёзно? — спросила я, всё ещё недоумевая.
Дрон слегка кивнул, не отводя от меня взгляда.
— Да, дрона. Мы не имеем права выбирать. Наше мнение в этом вопросе не важно.
Его голос был спокойным, но в глазах я уловила что-то, чего раньше не замечала — лёгкое принятие судьбы. Он говорил это так, будто давно свыкся с таким положением вещей, но мне это казалось диким.
— И тебя это устраивает? — не удержалась я от нового вопроса.
— Это порядок, дрона. Другого не бывает, — ответил он с тем же непоколебимым спокойствием.
Я вздохнула, всё ещё пытаясь осознать услышанное.
Я продолжила читать вслух, чувствуя, как шок медленно заполняет меня с каждой новой строчкой:
— Мужей может быть неограниченное количество. Супружеский долг мужья исполняют по требованию жены. Сами не могут его требовать… Все доходы мужей — собственность жены. — Я взглянула на дрона, но он не изменился в лице, словно это была привычная для него информация.
— Дроны живут примерно пятьсот лет, а дроины… — я остановилась, вчитавшись в следующую фразу и чуть не выпустила методичку из рук. — А дроины живут, пока жена не решит его… усыпить.
— Что? — выдохнула я, оглядываясь на дрона, но он оставался всё таким же невозмутимым.
— Если дроин не вступает в брак и не приносит доход государству в виде налогов, его тоже усыпляют в возрасте ста лет. Если приносит — может жить до двухста. — Я прочитала дальше, почти не веря своим глазам. — И здесь приписка: если приносит доход, то его дрона скорее всего заберёт себе.
Я окончательно потеряла дар речи. Это был не просто шок, а что-то большее — я никогда не сталкивалась с подобными жестокими законами. Я перевела взгляд на дрона, ожидая какой-то реакции, но он молча продолжал идти, словно всё это было абсолютно нормальным.