Эйлирия. Мужья Виолетты
Шрифт:
Он кивнул, осмысливая мои слова, и затем спросил:
— Почему?
— Что «почему»? — я мысленно улыбнулась, радуясь его инициативе.
— Почему ты хочешь, чтобы я себя так с тобой вел? Тебе понравился Дейн, не я.
— Да, между нами пока не вспыхнула искра, — кивнула я. — Но… ты видел Лиса? Он только что увел твоего друга в мой дом. У нас с ним тоже не было искры сразу. Но её можно разжечь.
— И зачем тебе это? — Он окинул меня взглядом, явно пытаясь понять.
— Потому что я дрона и делаю то, что хочу, — ответила я с легкой
Он пожал плечами, соглашаясь, но не задавая больше вопросов какое-то время.
— Зачем я здесь? — спросил он после паузы.
— Чтобы я узнала тебя получше.
— Ты хочешь забрать меня в свой дом? — Он прищурился, пытаясь предугадать мой ответ.
— Только если мы оба этого захотим.
Он улыбнулся, на этот раз теплее, и мне эта улыбка понравилась. Она была приятной, с едва уловимой тенью чего-то манящего.
— Расскажешь мне о себе? — спросила я.
— Что ты хочешь узнать?
— Не знаю… Хочу узнать тебя.
Он снова улыбнулся, и в этой улыбке было что-то привлекательное.
Эдгар задумался, его взгляд затуманился, и после короткой паузы он заговорил, словно снова проживая свои воспоминания:
— Пожалуй, самое тёплое воспоминание у меня связано с домом, где я рос. Это было в деревне у подножия холма, вокруг — лес, и домиков совсем немного. Однажды зимой снег покрыл всё, и казалось, что мы в другой сказочной стране. Мы с братом строили крепости, кидались снежками, и потом отец звал нас домой. В доме всегда пахло… пряниками. Отец пёк их, когда начиналась метель. Этот аромат — как будто защита от любой бури за окном.
Его глаза потеплели, а в улыбке появилось что-то, что меня коснулось.
— Тебе повезло, — отозвалась я, чувствуя, что этот мир когда-то был для него полной противоположностью тому, что окружает нас сейчас.
Эдгар кивнул, и его взгляд снова стал сосредоточенным, когда позади раздался громкий и резкий голос:
— Держи его!
Едва я повернулась, как увидела подростка лет двенадцати в потрёпанной одежде, стремительно бегущего в нашу сторону. Судя по всему, его ловили именно те, кто кричал. Заметив нас, мальчишка остановился, замерев с выражением панического страха.
Эдгар бросил на меня короткий взгляд, и в его глазах мелькнула тень сомнения, прежде чем он подал знак мальчику. Он быстро увел его в тень фонтана, где мальчишка смог спрятаться в узком проеме между колоннами, почти незаметном снаружи. Затем Эдгар вернулся ко мне и принял расслабленное, будто безучастное выражение.
Мужчины, гнавшиеся за мальчишкой, наконец догнали нас. Они остановились, разглядывая меня с недоумением и скрытым беспокойством, словно осознавая, что могли нарушить покой дроны. Один из них шагнул вперёд, пытаясь выглядеть уверенно, но я заметила неуверенность в его взгляде.
— Дрона, вы не видели мальчишку? Он провинился перед одной дроной, и нам приказано его вернуть, — произнес он с подчёркнутым уважением, словно надеялся, что я не буду возражать.
Я сдержанно кивнула, придав
— Нет, — холодно ответила я, с лёгким раздражением. — И мне не нравится, что вы нарушили мой отдых этим своим шумом.
— Простите, дрона, — один из них тут же отвесил поклон, — мы немедленно уйдём.
Они повернулись и, не желая вызывать большего неудовольствия, поспешили удалиться. Я проводила их взглядом, пока не убедилась, что они исчезли из поля зрения. Лишь тогда обернулась к Эдгару, который наблюдал за мной с новым, почти благодарным выражением.
— Спасибо, — тихо произнёс он, чуть склоняя голову.
Эдгар вернулся к фонтану, помог мальчику вылезти из укрытия. Подросток выглядел испуганным и растерянным, но, осознав, что опасность миновала, заметно расслабился. Он перевёл взгляд на меня, всё ещё не решаясь заговорить.
— У тебя есть дом? — спросила я, решив разобраться, как ему можно помочь.
Мальчик опустил взгляд, и на его лице отразилась боль, слишком тяжёлая для его возраста.
Эдгар тихо пояснил:
— Некоторые матери отказываются от сыновей после десяти лет, считая, что они уже могут найти работу, например, подмастерьем. Не у всех получается.
Я снова повернулась к мальчику.
— Давно ты живёшь на улице?
— Полгода, дрона, — пробормотал он. — Я… был непослушный. Простите, дрона, я только хотел поесть и случайно смахнул тарелку со стола.
Взглядом я обратилась к Эдгару, понимая, что решение нужно принимать немедленно.
— Разговоры окончены, — твёрдо сказала я, достав из кармана браслет и протянув его Эдгару. — Мне нравится твой внутренний компас. Наденешь браслет? Он твой браслет, если ты готов его принять.
— Почему?
— Его надо забрать, уверена, они вернуться. У нас больше нет времени на прогулки. Решай сейчас.
— Ты заберешь его в свой дом? — я увидело совершенное неверие в глазах.
— Да.
Эдгар посмотрел на меня, раздумывая всего пару мгновений, прежде чем застегнуть браслет на запястье. Он чуть склонил голову и ответил:
— Мне тоже нравится твой компас, Виолетта.
Мы возвращались домой довольно стремительно, стараясь при этом сохранять невозмутимый вид, чтобы не привлекать лишнего внимания. Эдгар и мальчик держались рядом, следуя за мной молча, с подчёркнуто спокойными лицами. Мальчик выглядел уставшим, но стоически шагал, видимо, понимая, что в этот раз ему повезло.
Эдгар бросил на меня оценивающий взгляд, но ничего не сказал, просто шел рядом с уверенностью, будто защищая и меня, и ребенка. Мне было любопытно, что он думает о нашем внезапном пополнении, но я решила оставить вопросы до дома.
Наконец, наш дом. Как только мы вошли, нас встретил Кейз. Его взгляд тут же скользнул по новенькому, и он изучил его с головы до ног, после чего улыбнулся мне с лёгкой насмешкой.
— Вета, пять мужей за один день и… мальчик. И это от дроны, которая говорила, что никого не хочет брать в дом.