Евроняня

Нечаева Наталья Георгиевна

– Постойте!

Быстро выскочил, обежал капот и… плюхнулся перед девушкой на колени. Прямо белоснежными брюками в жмуркинскую тертую пыль.

Третий! – пронеслось в голове Ники. За всю жизнь – никто, ни разу, и вот трое за один вечер. Галлюцинации. Она сходит с ума! Нет, уже сошла…

– Вероника! – Дмитрий нежно взял ее за руку. – Простите меня! Это я вам позвонил насчет пожара. Хотел вытащить вас из этого клуба.

В голове девушки все еще бушевал страшный огонь, все еще кричали, простирая тоненькие руки, несчастные дети, но уже откуда-то сбоку,

кажется со стороны Жмуркина, вдруг налетела волна такой слепой ярости! Такой злости!

– Гад! – Ника с силой оттолкнула коленопреклоненного мужчину, выбралась из раскорячившейся как лягушка низкой машины и решительно зашагала по дороге.

Конечно, гад! Еще какой! – колотилось в мозгах. Мало того он что подло и цинично ее обманул, так еще и увез от маэстро! Контракт-то они подписать не успели!

Ника бы, наверное, даже расплакалась от обиды, но тут ее догнал оклемавшийся Дмитрий.

– Вероника, ну простите! Глупо вышло. Я так хотел остаться с вами наедине, что чуть с ума не сошел. Тогда в казино… И потом, когда вы под дождем… Вероника, я в вас влюбился!

Девушка остановилась. Столь искреннее признание совершенно меняло дело. Общеизвестно, влюбленные – глупеют. За что же мужика казнить?

Она остановилась и позволила снова усадить себя обратно в автомобиль.

– Вероника… – Дмитрий шептал ей почти в самое лицо. – Вы такая необыкновенная, такая красивая, такая талантливая! Я не просто влюблен, я покорен, я раздавлен… – Голос его становился все глуше, дыхание все горячее, губы – все ближе.

Ника прикрыла глаза.

И в этот момент по дороге мимо них, громогласно сигналя и мигая синим маяком, пронеслась на полном ходу пожарная машина. За первой – вторая.

– Ох! – обомлела девушка. – Это к нам! Я же их вызвала!

Когда «ламборджини» подлетел к шлагбауму, пожарные, матерно ругаясь на охрану, пытались штурмом порваться в глубь поселка. Заспанный охранник дико вращал глазами и божился, что никакого пожара нет и он никого не вызывал.

– Мы обязаны обследовать поселок! – орал пожарный капитан.

– Вы же всех перебудите, меня уволят! – истерично голосил песчанкинский секьюрити.

– Давайте кто-то один проедет со мной, – влез с предложением хитрый Дмитрий, – убедитесь, что все в порядке!

Поселок, тихий и сонный, они облетели за пару минут.

– Ну, придурки богатые, подождите! – недобро пообещал капитан. – Я вам эту шутку не забуду! Случись что в Песчанке – хрен дождетесь!

Пожарного доставили обратно к шлагбауму, Ника даже вышла из машины, чтобы приветливо помахать доблестным спасателям легоньким шарфиком. На прощание.

* * *

– Волшебная ночь! – улыбнулся Дмитрий, сжимая в теплых ладонях тонкую руку девушки.

– Конечно, – кивнула Ника. – Как в сказке: такой пожар, а все живы.

Мужчина снова потянулся к ней всем телом. Что-то глухо щелкнуло, и кожаное мягкое сиденье опрокинулось под Никой. Вместе с ней, разумеется. А Дмитрий тут же оказался сверху. И уже вовсю трогал ласковым языком ее ресницы.

– Постойте! –

Девушка отчего-то испугалась. Как-то все слишком стремительно происходило. Не может же так быть, чтобы мечты прямо одна за другой начали сбываться! Она еще к своей славе привыкнуть не успела, а тут уже и любовь! – Я должна проверить детей.

– Конечно! – Влюбленный с явной неохотой поднялся.

Ника обежала дом и легко поднялась по ступеням задней веранды, так было ближе к детским спальням. Щелкнула выключателем. Ничего не зажглось. Видно, Жан снова выключил рубильник. С момента аварии проводки он поступал так ежевечерне: мол, береженого Бог бережет.

Из мебели на «детской» веранде отродясь ничего не было, поэтому наткнуться на что-нибудь в темноте Ника не боялась. Она скинула высоченные каблуки, чтобы не топать, и на носочках поспешила к двери. Под ногами что-то зашуршало. Девушка уставилась в пол и с удивлением обнаружила, что он покрыт какими-то светлыми квадратами. Они-то как раз и шуршали. Что это? Зашлепала рукой по подоконнику, где Жан всегда припрятывал зажигалку. Вытянула пластмассовый прямоугольничек, щелкнула. Посветила под ноги. Из-под ее собственного большого пальца на нее победоносно глянул Хреновский. Еще один, еще… Правда, он был какой-то не такой…

Ника наклонилась и, не сдержавшись, громко фыркнула: на всех портретах гордый лик депутата дополняли бравые черные усы! Лихо закрученные колечками, как у Дениса Давыдова в фильме про гусар летучих. Видимо, дети перед судьбоносным спасением России решили улучшить оригинал. Следуя стопами собственной няни.

Колесико зажигалки нагрелось и обожгло палец. Девушка ойкнула и автоматически отшвырнула ненужный предмет. Тихо вошла в дом. Поднялась наверх. Дети мирно спали. Жан и собаки – тоже. Значит, можно и о себе подумать.

Ника сунула ноги в домашние шлепки и поспешила навстречу прекрасной судьбе, которая дожидалась ее в желтой красивой машине.

Открыла дверь и тут же отпрянула назад, почти сбитая с ног веселым горячим языком красного пламени.

– Пожар… – тихонько пискнула девушка.

Приоткрыла дверь еще раз и поняла, что путь к счастью отрезан: по полу, ярко скручивая усатую физиономию, скакали радостные огни.

«Господи! – внутренне заголосила Ника. – Господи!»

Обежав дом с другой стороны, остановилась у веранды. За стеклами красиво и ярко пылало. Будто происходил невероятно веселый общий праздник с фейерверком.

Дмитрий вышел из автомобиля, протянул навстречу нетерпеливые руки: наконец-то!

– Я… я… – не находила слов девушка. – Я… Пожар…

– Я тоже весь горю! – ласково прижал ее к себе Дмитрий.

– Маньяк! – Вероника оттолкнула жадные руки. – Там пожар, настоящий! – Потащила его за дом, показала на яркую веранду. – Звони!

Дрожащими пальцами Дмитрий быстро тыкал в кнопки.

– Пожарная? Срочный вызов! Песчанка, улица Парковая! Что? Какие шутки? Пожар! Как это не поедете? Да, были, но тогда не горело, а сейчас горит! Что? – Растерянно протянул трубку Нике: – Они не приедут!