Эвотон: 180
Шрифт:
– По-моему, тебе пора улетать… Не злоупотребляй моим доверием.
Гость вынужденно направился в сторону своего транспортника, задев хозяина плечом, то ли намеренно, то ли нет.
– Знаешь, а я ведь не все помещения проверил… – снова приблизившись к Фидуцию, спокойно проговорил патриец, не испытывая и капли ненависти или презрения. Его глаза сверлили лоб хозяина виртуального мира, словно намекая… – Колись, абсидеум!
– Патрийский мир не имеет прав на эти пространства, – сухо ответил ему Фидуций.
Молчание затянулось. На лбу абсидеума проступила испарина, но в тягостную
– Кровь… Может, ты его здесь зарезал, на кухне, а труп в своём виртуальном мире хранишь? – язвительно произнёс патриец, глядя на субстанционную корзину с местными фруктами. – Быть холодным абсидеумом не так уж и плохо, верно, Фидуций? – добавил непрошеный посетитель.
– Не переживай, мой приятель. Наступит время, которое отзеркалит наши цивилизации друг в друга.
Патриец развернулся и миновал отверстие, так и не набравшее плотности с тех пор, как он здесь появился. Зайдя в антиграв, пилот с завидным спокойствием плавно опустился в своё кресло и открыл голограмму управления летательным аппаратом. Все системы функционировали исправно до момента, когда синее изображение внезапно погрузилось в насыщенный красный цвет. Пилот достал из субстанционного контейнера алмоний, повертел его пальцами и отшвырнул на заднее просторное сиденье… Плод, так и не соприкоснувшись с мягким бархатным материалом, рикошетом ударился об пол. Но патриец, уже управляющий транспортником, не мог этого заметить…
ГЛАВА 3
Пепельная метель не прекращалась уже несколько часов с тех пор, как сюда прибыл Атон. И, как всегда, призрачное небо Деумии скрывалось от чрезвычайно любопытных глаз её завороженных посетителей.
– Получи, долбаная тварь! – суливеец с треском ударил в челюсть Велфария. – И ещё! – последовал второй удар сильнее прежнего. На мгновение землянин взглянул на находящийся неподалёку буфер нестабильной, словно дышащей аномалии, которая наводила трепет и ужас на два десятка суливейцев, прогуливающихся по платформе с целью контроля периметра. В центре сооружения пребывал летательный аппарат, из которого уверенной походкой вышел мужчина! Он направился к лежащему Велу, который периодически слабо стонал после очередных ударов ногой возвышающегося над ним землянина, не перестающего выражать агрессию: – Было же нормально! Никаких пришельцев, никакого Совета, Формаций, Поколения!.. И все довольны жизнью! Так нет! Прибывает какой-то инопланетный хмырь и ломает всё за несколько дней!
– Ты же не должен помнить этого… – с чувством превосходства прохрипел патриец. – Начитался?.. Какого хрена? Твой мозг же вскипит… – на что последовал жёсткий удар в пах, окончательно заставивший замолчать Велфария. Из уголка его рта потекла струйка крови.
– Прекратить!
– А ты что за хрен с горы?
Мужчина,
– Дисциплина – основа порядка и побед – всегда должна поддерживаться всеми методами и средствами! – адресованные всем суливейцам слова заставили их послушно отвести взгляд в сторону: – Вы, верно, не знаете, кем я являюсь? Я абсидеум! Глава абсидеумов… Моё имя – Вархунд!
– Как же ты выбрался?.. Не добили мы тогда тебя, в Одессе… – с сожалением и хрипом в голосе сказал патриец.
Вархунд нагнулся и удовлетворённо ответствовал:
– Меня там не было…
Эти слова заставили Велфария ошарашенно поднять глаза, которые выражали шокирующее удивление, безнадёжное непонимание и полное недоверие одновременно.
– Патрийца – и пальцем не трогать! – выкрикнул абсидеум, что заставило Вела, собравшего все свои силы, приподняться и напряжённо спросить Вархунда:
– Да что ты несёшь, мать твою абсидеумскую?! Тебя, что, там, в Одессе, в твоей замкнутой конуре сумасшествие конфузило?.. И откуда эмоции в тебе?! А может, двойник?! – произнесённые слова заставили суливейцев поднять головы и с сомнением всмотреться в абсидеума.
Абсидеум, показав пальцем на одного из землян, приказал ему:
– Подойди!
Ослабленный Вел, из многочисленных ран которого сочилась кровь, до сих пор лежал на спине. Он повернул голову в направлении подошедшего суливейца, который спустя мгновение замертво свалился на платформу с проступившими на лице сосудами.
– И так будет с каждым! – непосредственно возле патрийца послышался угрожающий шёпот. Затем последовала уже знакомая зловещая команда, от которой веяло грубой силой: – Подойди!
– Ты действительно считаешь, что я стану тебя умолять не делать этого? Мне всё равно, сколько суливейского дерьма ты уничтожишь!
– Ему не всё равно!.. – с оскалом проговорил сияющий от достигнутого эффекта Вархунд, показав сжатый в ладони золотой именной жетон Совета.
Вел не ответил. Его опустошённые глаза не отрывались от золота, на котором виднелось имя его друга… Мгновенное воспоминание перенесло в навсегда потерянное прошлое, которое сейчас, наверное, он больше всего хотел заполучить снова. Наконец его дыхание участилось. Глаза всё ещё удерживали жетон в поле зрения, но постепенно наливались красным пламенем. Перед его внутренним взором проносились последние эпизоды воспоминаний…
– Да! Давай!.. – и очередной суливеец замертво свалился на металлическую платформу причудливой и странной планеты. – Подойди! – Вел впервые перевёл кипящий взгляд на абсидеума. Вархунд, с нетерпением дожидавшийся этого, произнёс: – Филлс дорожил каждой земной жизнью! Как и ты, гибриод! Как и ты, землянин! – послышался звук соприкосновения мёртвого тела с платформой. – Как и все мы – абсидеумы!
– Тварь!
– Подойди!
– Не делай этого… – шёпотом прошипел патриец с дрожащими от гнева губами.