Эвотон: 180
Шрифт:
Одессит развёл руки в стороны.
– В условиях…
Его голос прервало движение, которое напугало абсолютно всех в помещении! Изгибы… Хруст и то ли водянистый шелест, то ли приглушённое бульканье… Угрожающие извивания, приближающие объект! Послышались то ли визг, то ли душераздирающий стон… Безостановочное раскачивание остановилось: Майкл находился возле голограммы, на которой виднелась система управления встроенным в здание Магнитом, позволяющим совершать выборочное эвотонирование. Али, больше всех сощурившийся и прикрывший уши ладонями, взглянул и вскрикнул от испытанного заново ужаса!..
Кахо оставалось неподвижным,
– Бог мой! Ты же убил его! – гневно прокричал Пшемислав.
– А что оставалось делать?! Бедняга даже проговорить толком ничего не может – настолько его изуродовало! А ты мне: «Убил его!», – ответствовал тем же криком американец.
– Полагаю, господин Добренко, вы хотели сообщить, что эвотоны жертвы поддерживались Восстановителем, поэтому мы не сможем в точности установить момент снижения генерирования частиц, а Система не в состоянии показать нам убийство по причине её таинственного отключения в пределах данного помещения.
Украинец ответил одобрительным и благодушным кивком.
– Где же вы спрятали цорга, не подскажете? – коллега решил беспощадно добивать своего оппонента.
– Вы в своём уме?! – наконец отреагировал Ответственный первой Формации, изумлённо приподняв брови.
– Только Майкл, я и вы имели неограниченный доступ к Системе! Майкл находился со мной большую часть времени!.. А где же находились вы?..
– Пшемислав… – спокойно позвал своего друга американец, который до сих пор сохранял подозрительную и настораживающую задумчивость.
– И потом, только землянин мог совершить такое адское преступление, не опасаясь двадцать пятого правила!
– Пшемислав! – прикрикнул Майкл и, так и не дождавшись реакции поляка, повернул к нему голову. – Взгляни на цвет крови…
Ответственный Поколения испытал уже потихоньку входящий в привычку шок: кровь на теле жертвы, ветках кахо и поверхностях помещения имела… красный цвет! Цвет, значение которого для окружающих затмилось на фоне неопровержимой и ложной идентификации убитого в качестве абсидеума.
– Землянин?! – послышалось от сотрудника лунной колонии, находящегося за спинами Ответственных.
– Нет! – твёрдо проговорил Пшемислав, завершив кратковременный сеанс связи с информационным полем и открыв глаза. – В земном поле его нет! Он – не из наших… Патриец, я думаю…
– Может, лишь наполовину… – предположил Али, впечатлительность которого не позволяла своему хозяину поднять глаза в направлении покачивающегося тела, до сих пор истекающего кровью. И не голубой кровью, а красной!..
– Если Али прав, тогда убийца…
– Может сейчас успешно строить предположения среди нас, – охотно перехватил инициативу Добренко, эффектно погрузив присутствующих в мир тотального недоверия. Только что выдвинутая версия напряжённым пульсом в голове каждого возбуждала воображение, которое наполняло красками кровавые картины с участием остальных собравшихся в помещении. Обстановка накалялась, обеспечив безоговорочную власть тишине и молчанию.
Мгновение спустя случилось то, что заставило большинство потенциальных убийц направить взгляд на Майкла, который внезапно решил покинуть пределы помещения без объяснения причин. Его лицо, преимущественно излучающее лёгкость и безоблачный оптимизм, железными цепями довлеющей агрессии сковывал мрак
Выходя из кабинета, он решительно бросил фразу:
– Я покончу с ублюдком! – в каждом произнесённом им звуке чувствовались взлелеянная долгими часами приторная решительность и только что обнаруженная тревожная безвыходность.
Внезапно внимание Пшемислава привлекло какое-то странное обстоятельство, замеченное им сквозь прозрачную внешнюю поверхность здания. Серьёзность ситуации красноречиво проявилась в немедленной реакции поляка, который со всех ног поспешил к прозрачной стенке. За ним тихо последовал Добренко, стараясь не отвлечь своими шагами коллегу. Между тем Ответственный второй Формации скрупулёзно всматривался в скучные лунные возвышенности, залитые солнечным светом. От испытываемых переживаний парень испуганно вздрогнул, когда украинец доверительно положил ему ладонь на плечо.
– Там! – он нерешительно, с опаской, словно осознавая, что за его действиями наблюдают извне, поднял указательный палец в направлении одной из горок. – Я отчётливо заметил чей-то силуэт…
– Я предлагаю разведку местности, – поляк не испытал облегчения от услышанного, потому что молниеносно догадался, что Добренко отнёсся к его подозрениям со всей полнотой серьёзности. Может, и украинец заметил… уверенно стоящего на широко расставленных ногах мужчину в сплошной пустынности лунного пейзажа, голова которого поворачивалась в направлении здания лунной колонии, в направлении их помещения… С такого расстояния!.. Наиболее жутким испытанием являлась пробирающая до костей дрожь, исходящая от возможности прямого взгляда, который провоцирует стремление эмоциональных потоков в мгновение вспахать кожу тысячами мурашек!
– Кто бы там ни находился… – начал Добренко, не теряющий даром времени и уже отдающий через Помощника распоряжение о подготовке двух Этонов для контрольного полёта над подозрительными участками лунной поверхности.
– Вархунд! – послышался разоблачающий и дерзкий крик одного из сотрудников колонии.
Ответственные молниеносно развернулись, приготовившись достойно встретить мерзавца! Украинец без промедления схватился точными движениями за плазменный шок, а поляк бескомпромиссно воспламенил глаза эвотонированием! Но перед ними находился аравиец, заколдованно вглядывающийся в лоб несчастной жертвы. Пшемислава осенило…
Мир погрузился в краски температурных цветов тепловизора! И тогда на лбу ядовито запылало слово, вытягивающее из наиболее недоступных глубин Вселенной ужасающий страх, который разливается в пространстве лишь глухими стонами душ! Убитый пронзительно выкрикивал имя!.. Имя, которое снова полушёпотом повторил Али…
Всё произошло мгновенно… Фидуций схватил нетронутый алмоний с прозрачной полки ладонью правой руки. Ею же – ударил в челюсть израильтянина, чтобы воспользоваться кратковременной паузой. Проведя по ладони землянина сжатым в другой руке ножом, патриец уверенно положил на уже окровавленный порез зелёный плод, зажав его в чужой кисти с помощью пальцев, которые только что выпустили на пол рукоять кухонного прибора! Фантастическая реакция и согласованность действий… «Именно поэтому патрийцы с лёгкостью совершают пространственное перемещение…» – подумала Юва.