Ева
Шрифт:
Я в упор посмотрел на нее и увидел на ее лице такое выражение, которого не видел никогда раньше. В ее взгляде была боль, злоба и вызов.
– А я согласен с мистером Фарстоном, – сказал Голд. Он вытащил из портсигара большую сигару и принялся разглядывать ее. – Мужчины не в состоянии сдерживать свои инстинкты.
– Дело не в инстинктах, – выпалила Кэрол. – Я скажу вам, почему мужчины предпочитают распутниц. – Она посмотрела на Питера, словно желая исключить его из числа своих слушателей. – Я говорю о большинстве мужчин. Если они
– Дорогая Кэрол, – сказал я, понимая, что это выпад против меня, – для твоих речей не хватает только трибуны.
– Она была бы очаровательным оратором, – констатировал Голд. – Пусть она продолжит свою речь.
– Мужчины предпочитают распутных женщин, чтобы удовлетворить свое тщеславие. Эти женщины весьма декоративны. Они испорчены и привлекательны одновременно. Мужчины любят, когда их встречают в обществе таких женщин. Друзья начинают завидовать этим смельчакам… Бедные идиоты! Распутницы, как правило, глупы. Мозги им ни к чему. Достаточно хорошенького лица, красивых ног, шикарных туалетов и готовности отдаться.
– Значит, ты считаешь, что мужчины хорошо себя чувствуют только в обществе дур?
– Тебе это хорошо известно, – бросила Кэрол. – Не думай, что тебе удастся обмануть меня. Ты как раз и принадлежишь к большинству.
Голд улыбнулся.
– Продолжайте, – попросил он. – Ведь вы еще не кончили.
– Мне больно смотреть, когда шлюхи обводят вашего брата вокруг пальца. Мужчин интересует только внешний вид, наряды и тело. Если у женщины нет хорошенькой мордашки, ей не пробиться в Голливуде. Это просто отвратительно.
– Не надо об этом. Лучше давайте о распутницах, – вмешался Питер. В глазах его был живой интерес.
– Мужчина не терпит, когда женщина знает больше, чем он. Это еще один шанс для распутниц. Они ленивы по натуре, и у них нет времени ни на что, кроме распутства. Единственная тема их разговоров – они сами, их туалеты, их неприятности и их внешний вид. Мужчинам это нравится: в обществе таких женщин они чувствуют себя на высоте. Мужчины кажутся себе богами, в то время как шлюхам они кажутся до смерти надоедливыми. Им эти мужчины нужны только для того, чтобы весело провести время и вытянуть из них как можно больше денег.
– Очень интересно, – заметил Голд. – Но как вы увязываете эти рассуждения с фильмом, понять не могу.
– Этот фильм – сатира на мужчин, – подытожила Кэрол. – «Ангелы в трауре» – прекрасное название. Мы не будем касаться содержания романа. Возьмем только название и напишем великолепную сатиру на мужчин. Представьте себе, как женщины заинтересуются подобным фильмом. В конце концов, большинство наших зрителей – женщины.
Голд обратился ко мне:
– Что вы на это скажете?
Я во все глаза смотрел на Кэрол. Она подала прекрасную идею. Более того, она оживила
– Прекрасная мысль! – возбужденно ответил я. – Я готов приняться за сценарий.
Кэрол отчужденно посмотрела на меня и закусила губу. Когда же наши глаза встретились, я понял, что мои намерения разгаданы этой проницательной женщиной. Я отвернулся от нее и продолжал:
– Кэрол правильно сказала: это великолепная идея и интересная тема.
– Вы не будете сердиться, если я уйду? У меня ужасно разболелась голова, – с этими словами Кэрол неожиданно поднялась и оттолкнула от себя стул.
Прежде чем я успел сообразить, Питер подошел к мисс Рай.
– Ты слишком много работала, Кэрол, – сказал он. – Мистер Голд, вы извините ее, правда?
В карих глазах Голда появилось сонное выражение.
– Идите и ложитесь спать, – сказал он, адресуя слова мисс Рай. – А вы, Питер, проводите ее домой. Мы же с мистером Фарстоном посидим здесь еще немного.
Я проигнорировал относящееся ко мне предложение и встал.
– Я провожу ее, – вызвался я, чувствуя одновременно злобу и тревогу за нее. – Пойдем, Кэрол…
Она покачала головой.
– Останься с мистером Голдом, – распорядилась она, не глядя на меня. – Питер, я хочу домой.
Когда она повернулась, чтобы уйти, я взял ее за руку.
– Что случилось? – спросил я, стараясь говорить спокойно. – Я чем-нибудь обидел тебя?
Кэрол Рай посмотрела на меня долгим взглядом, обиженным и сердитым.
– Я ухожу, Клив, спокойной ночи. Неужели ты не понимаешь?
«Она все знает, – подумал я. – Ей все известно. Я ничего не могу скрыть от нее. Она видит то, что творится у меня внутри, словно я стеклянный».
Наступило неловкое молчание. Голд, не отрываясь, смотрел на свои толстые руки, нахмурив сонное лицо. Питер поднял горностаевую накидку и стоял, ожидая Кэрол.
– Мы встретимся в клубе, – сказал Теннет на прощанье.
И они ушли. Я снова сел за стол. Голд задумчиво смотрел на белый пепел своей сигары.
– Женщины – странные существа, не правда ли? – спросил он. – Между вами что-то есть?
Я не хотел обсуждать свои с Кэрол взаимоотношения с человеком, которого я едва знал.
– Мы просто давние друзья.
– Она подала хорошую мысль. Сатира о мужчинах. И название удачное «Ангелы в трауре». Что вы об этом думаете?
– Я хочу написать сценарий о проститутке, – ответил я Голду, и мысли мои при этом были заняты Кэрол и Евой. – Описать мужчин, которые прошли через ее руки, ее влияние на них, ее отношения с ними и то, как она становится другим человеком.
– Кто же делает ее другим человеком?
– Мужчина… Кто-то, кто сильнее ее.
Голд покачал головой.