Это только сон
Шрифт:
– Госпожа, у вас в саквояже тоже монеты лежат, смотрите! И она вытащила наружу мешочек не меньше, полученного от эльфов. Охо-хо! А я огорчалась... Теперь богатый буратино!
Утром Савиоро провёл ко мне отца Мияны и тот принёс мне клятву верности,включив в нее и Санри, сына, это мне потом Мияна объяснила, а сначала я, сонная, только хлопала глазами. Ещё оказалось, что Рагоррий йор Лурионьен - отец семейства, был из благородных, но женившись на помешанной с человеком женщине, он уничтожил свою так успешно начинающуюся карьеру. Теперь был шанс, если не вернуть всё как раньше, то найти
Почему эльфы так жестоки к соотечественникам с примесью нашей крови? Пусть не любят людей, я уже увидела много чего, даже понимаю. Одна паршивая овца всё стадо портит. Но те, смешанные, чем виноваты? Или эльфы и от них ждут таких глупых, жестоких поступков? Не верю, ведь и среди эльфов есть и преступники и предатели...
Ийзинерутанве.
Я проснулся от того, что Ирри тихонько трясёт меня за плечо. Я сразу понял, что это она. Остальные не будили бы меня так нежно. Отряхнувшись ото сна, у меня сразу появилось ощущение уходящего времени. Ай да девочка, почувствовала! Я бегом нашел Ригги, который был на часах, но не заметил, что Иррьен ушла из-под его носа, поднял Тимиозо, который спал отдельно от спасённой девицы. Я за три минуты их поднял, девочек усадил на телегу. Всё, уходим! В городе собирались на предрассветную облаву! Хорошо же их взбодрил староста!
Идем, я тяну первых лошадей, верховых лошадей привязали к краю первой же телеги. Мне удалось поспать пару часов, значит, всё будет хорошо. Только есть хочется. Ничего, бывало, сутками обходился без питания. Через час меня сменил Ригги, я удивлён, пошёл на его место. Тут же Ирри достала еду, вкусно пахнущую кашей, маслом и протянула мне. Оо, я съем, что угодно! Она протягивала и протягивала мне куски еды, а напоследок, когда я уже почти объелся, куски мяса с хлебом и зеленью. Такую заботу я видел только в доме матери.
– А вода есть?
– безнадёжно спросил я и был опять сражён, мне протягивали бурдюк.
Да, что-то нас связывает, меня и девочку, она меня чувствует. Нужно маму расспросить. И уже совершенно довольный жизнью, улыбаясь, я поблагодарил Ирри.
Мы выиграли время у преследователей. Я надеялся, что они вряд ли выехали, только готовятся. Ворота откроются, как только начнет светать, люди верны традицим. А это ещё через час. А через милю будет просека, скрытая магией, нужно добраться до неё, успеть.
Глава 20.
Иррьен.
Мы внезапно повернули прямо в лес, я даже испугалась за лошадей.
Уже рассвело, и вдалеке промелькнули скачущие всадники. Сердце у меня колотилось, будь здоров! Но после поворота наступила умиротворяющая тишина, и только тихий свист привлёк наше внимание. Танве ответил и поспешил нас отвести дальше вглубь леса.
– А как же преследователи, они же не тупые, поймут, где мы повернули?
– спросила я Танве.
Но ответил мне Ригги:
– Я морок пустил, причем придал ему ускорение, так что они его ещё час будут догонять.
Через час мы всё же остановились. Эльфы разбрелись по лесу, их, по-видимому, не учили,
На этой стоянке мы позавтракали едой, предоставленной жадным старостой. Там оказались хлеб, сыр, бурдюк с водой, и колбаса. От сердца отрывал, явно, но она нам пришлась по вкусу. Потом мы все улеглись спать, Танве посвистел что-то и тоже устроился на мягкую траву под деревья.
Наша дорога заняла две недели, не меньше. Ведь коровы и бычок не могли рысить, как лошади. Танве снял с нас мороки и мы долго смеялись, увидев упавшую челюсть Тиируньи. Теперь она сторонилась эльфов, а мы с Тимиозо казались ей ближе и роднее. Причём, лес мы миновали за неделю, а потом шли по зелёным влажным лужайкам, обходя озёра и рощицы. Теперь мы питались тем, что добывали. Танве чаще всего ловил рыбу, а Онни по нескольку раз в день выгонял на нас то зайца, то кабана, а уж Ригги и Тимиозо были быстры и метки. Тиирунье нашлась работа, она теперь нам готовила, как оказалось, у нее получалось вкусно и она сама успокоилась, закрепив за собой обязанности поварихи.
Не знаю, как мы шли или северных эльфов было кот наплакал, но строений мы не встречали. Или они любители мороков под зелёные пригорки?
Наконец, мы вышли к дому, который был виден! Это было двухэтажное строение из серого камня, по виду напоминавшее маленький особнячок. Конечно, колонн не было, но поражали большие арочные окна на втором этаже, а на первом - обычные и крыша, как в европейских старинных домах, уголки разной высоты. Мы всей нашей процессией вышли на лужайку перед домом. Да о чём я? Тут везде была сплошная лужайка, дорог не было совсем. И Танве свистнул.
Я ожидала эльфийскую семью, вроде папы, мамы и кучи сопливых детишек, как положено во время обмена, но во двор высыпала совсем другая компания. Из двери, из цокольных окошек повыскакивали детишки. Ага, ребятишки, только какие-то серые, сморщенные, с наростами на коже и смешными острыми ушами. Я, раскрыв рот, смотрела на них, а они на меня. Один маленький кроха приковылял ко мне и тянулся меня потрогать, его соплеменники с добродушной улыбкой наблюдали за этим. Но я не хотела, чтобы меня щупали, поэтому и наклонилась, строго посмотрела на него. Малыш испуганно округлил свои жёлтые глаза и я, ну дура, что поделаешь, аккуратно взяла его на руки. Всегда любила необычных зверушек! А тут такой необычный и кривит губы - заплакать! Какой поднялся вой, вся эта толпа пищала, кричала, но я слышала только одно:
– Она нас видит! Она убьёт малыша Гого!
Я посмотрела на этого смелого Гого, он ничуть не боялся, и почесала ему над ухом. Он прижмурился и замурлыкал как кот.
Наконец, открылась дверь и на крыльцо вышла высокая эльфийка с несколько грубоватым лицом, за её спиной шел молодой парень, похожий на Танве, а внизу, опираясь на клюку, очень старый сморщенный кто-то. Гоблин, домовой, гном, кто?
Но Танве подошел к женщине, лицо которой осветилось радостью и стало таким добрым, нежным, и обнял её. После этого он что-то коротко ей рассказал.