Это не любовь...
Шрифт:
Я НЕ МОГУ!
Стряхивая с себя влекущее наваждение, я толкнула его руками в грудь.
– Не хочу ничего. Пусти.
– Это не ты говоришь сейчас! – впился он в меня глазами – снова Зверь!
Боже, боже… Как я справлюсь с этим?!
По его телу прошла волна, и он словно увеличился в размерах:
– Расслабься, – властно потребовал он и медленно положил меня на спину, устраиваясь между моих бедер. – Всё хорошо…
Я дернулась, выгибаясь под ним и пытаясь отстранить его от себя, но он был словно камень. Всё внутри
– Илья… – всхлипнула я под ним.
– Молчи, – его губы заскользили по моей шее.
Пройдясь ладонью по моему телу, он погладил внутреннюю сторону моего бедра, и я задрожала под ним, расслабляясь на пару секунд.
– Умница моя… – зашептал он возбужденно и его дыхание сбилось.
Он медленно расстегнул ширинку, и я снова дернулась под ним, стараясь вырваться... Если он прикоснется ко мне… если он… Я не смогу!
– Пусти! Хватит! Всё… Красный! Не надо! – забилась я, сжимая его бедрами.
Илья бы тут же остановился, но это был уже не совсем он… С раздражением перехватывая мои руки за запястья, он убрал их вверх, удерживая одной рукой и мягко рыча от удовольствия, прошелся членом по моей возбужденной плоти.
– Не хочу! – хныкала я, извиваясь под ним. – Предел!
– Я держу только твои… – низко зарычал он, сводя меня с ума и начал вдавливаться в меня.
Я сжалась и, всхлипывая, попыталась снова остановить его:
– Нет, нет, нет! – но прозвучало как призыв…
В отчаянии я замолчала, зажимаясь и замирая под ним.
– Расслабься! – крикнул на меня он, взрывая эмоционально. – Расслабься… Или я возьму тебя силой.
Зверь…
Я знаю, как убить тебя…
– Не хочу я тебя! – заорала на него я. – Не прикасайся ко мне! Я больше ТЕБЯ не хочу!
Секунда, две, три, четыре…
Я не хочу видеть его глаза. Я ничем не могу помочь ему… Сейчас я сделала ВСЁ, что могла для него.
Давление на моё тело исчезло, а моя прострация и отсутствие дыхания снова вернулись.
Он стоял у кровати, и его взгляд замер на мне. Резкий вдох, и я увидела, как забилась в попытке дышать его грудная клетка. Мои глаза замерли на его горле, и он словно пытаясь проглотить что-то, тяжело сглотнул несколько раз. Не выдержав, я отыскала его взгляд, и он тут же захлопнул свои глаза, пряча от меня что-то. Лицо оставалось спокойным. Уголок его рта дрогнул в горькой улыбке. И словно не веря, что улыбается, он прикоснулся к своему лицу пальцами.
– Ну, когда же это закончится?!? – вырвалось у меня хрипло и тихо.
Развернувшись, он спокойно вышел из комнаты, а я закрыла глаза и провалилась.
***
Свернувшись под теплым одеялом, я сквозь сон слышала их тихие
– Я должен был остановиться в самом начале.
– Да.
– А ты перегнула.
– Да.
– Вика… Я не хочу больше втроём.
– Я понимаю. Всё нормально. Возьми «топ» и мы… и она… бляяять, мы постараемся! – немного помедлив, она раздраженно добавила. – Ты такой эгоист!
– Спасибо, Вика…
Её руки пробежались по моей спине:
– А сейчас позаботься о нашей… ТВОЕЙ девочке!
30 марта
Я проснулась к ночи от чувства жажды и приподнялась на локтях. Ночник освещал комнату. Из гостиной раздавались тихие звуки музыки, и горел свет. Дотянувшись до бокала с водой стоящего на тумбочке, я сделала несколько глотков.
Видимо, среагировав на включенный свет, в комнату вошел Илья.
Беспокойство… болезненное и беспомощное. Вина и усталость…
На меня обрушились воспоминания всего произошедшего сегодня днем, и пряча от него свои чувства, с которыми я не смогла быстро совладать, я закрыла лицо руками.
Нельзя мне сейчас быть слабой! – внутренне я влепила себе пощечину, пытаясь привести в чувство – всё случившееся мой косяк!
Не сама ситуация – она следствие… Но всё, что к ней привело… Нужно было остановиться в самом начале, когда он еще мог меня отпустить… нужно было довольствоваться Викторией и позволить прожить ему этот год не со мной, а параллельно!
Словно услышав эти мысли, он через секунду уже оказался рядом со мной.
– Анечка…
Как больно…
Мои руки рефлекторно соскользнули на солнечное сплетение, и я вжала сильнее ладони, пытаясь и закрыться, и обезболить себя одновременно. Ничего не получилось, и я, теряя силы, упала на кровать.
Его рука взлетела в этот же момент и замерла у моего лица. Но пальцы приласкали не кожу, а всего лишь прядь волос, лежащую рядом на подушке.
– Как ты себя чувствуешь…?
– Всё хорошо… - пряча лицо в подушку, соврала я.
Его рука рядом с моим лицом сжалась в кулак. И я разревелась, всхлипывая и вжимаясь в подушку.
Невозможность управлять эмоциями, и их болезненное обострение сводило ума – что со мной?
– Почему я плачу? – я прижала губы к его кулаку, и он моментально разжал его.
– Что со мной?
– Дроп…
– Не понимаю…
Мне хотелось спрятаться, забиться куда-нибудь подальше, выплакаться и впасть в кому.
– Психофизиологический шок… Потеря доверия и разочарование в верхнем… - его голос был хриплым, а интонации… - так бывает, когда верхний заходит за хард саба… не удержал предел… или не реализовал отданный контроль… или резкий выход из сессии… потребности не удовлетворены, а пределы нарушены… это стрессовый психокомплекс нижнего, гормональной природы - неудовлетворённое состояние, разочарование, пустота - депрессия… и всегда – ошибка верхнего.