Это не любовь...
Шрифт:
– Да, моя куколка, – возбужденно зашептала Вика, качнувшись на нем и я почувствовала, как сильно напрягся подо мной его пресс, – Подвигайся для нас… потанцуй…
Извиваясь, я послушно заскользила по себе руками, играя со своим телом и копной волос, то позволяя им рассыпаться по плечам, то снова собирая их вверх. Викины руки скользнули ко мне между разведенных бедер, и к танцу добавился аккомпанемент из наших асинхронных постанываний.
Его тело напряглось, и он рванул в нее снизу, от резких ощущений она громко застонала, и сильно сжала меня пальцами, вынуждая также вскрикнуть от удовольствия. Я распахнула глаза,
– Моя! – дразнила она его. – А могла бы быть твоей игрушечкой…
Она потянула меня за волосы, закинув мою голову верх и наглаживая меня. Я дрожала и постанывала в ее руках:
– Хочешь, поиграть, мой мальчик? – шептала она возбужденно. – Покрутить? Поломать? Поналаживать? Смотри, какая послушная… – запуская пальцы мне в рот, постанывала она.
Он снова несдержанно толкнулся в нее снизу, вызывая цепочку нашего совместного наслаждения. Меня начало отключать от подкатывающих острых ощущений оргазма, и я безвольно подрагивала и извивалась в ее руках.
– Я могу связать ее для тебя… Я могу распять ее для тебя… – постанывая, мурлыкала Вика. – Хочешь ее контроль? СКАЖИ! – приказала она.
– ДА! – рявкнул он, несдержанно рванув в нее, и она резко толкнула меня в спину, отправляя в его руки.
Перехватывая руками мое лицо, он притянул его к своему. Уровень наслаждения зашкалил, и я перестала чувствовать тело – только сплошной оглушающий кайф где-то в районе затылка.
Я – его?!
Распахивая одуревшие глаза, я встретила его взгляд, утопая в черных неморгающих глазах. Мои волосы занавесью отгородили нас от всего, и мы потерялись друг в друге. Он плавно подался бедрами, вверх, немного закатывая глаза от удовольствия, и я почувствовала, словно он качнулся внутрь меня, а не в неё. Я плавно вскрикнула, окончательно теряя связь с реальностью. Только его дыхание… Только его глаза… Только он…
– Пожалуйста… – прошептала я, не понимая еще, что прошу точно, но точно зная, что только он даст мне это. – Пожалуйста…
– Что? – почти похрипел он, сбиваясь и прожигая меня распахнутыми глазами. – Что такое… Девочка…
Ласки Вики стали интенсивнее, и я почувствовала, как они задвигались навстречу друг другу. Не ощущая больше ничего от их движений, я разочарованно захныкала, глядя в его глаза и не понимая, почему он ничего не делает для меня. Мгновенно на меня обрушилось осознание, что и не сделает… Но я не могла понять – ПОЧЕМУ?! – мыслей не осталось, только чувства.
– Я так хочу тебя… – жалобно простонала я ему в губы. – Пожалуйста!
Впиваясь в мои губы, он задвигался интенсивнее, и Вика мягко закричала, сжимая меня руками – не то! Отбросив ее руки, я приподнялась, вглядываясь в его глаза и пытаясь передать ему мою потребность.
Его глаза на секунду расширились – он почувствовал меня – и он тут же зажмурился, словно от боли или злости, отпуская моё лицо и вдалбливаясь кулаками в кровать.
–
Но Вика была уже не с нами, целуя мою спину в своём послеоргазменном кайфе.
– Какого черта?! – соскользнула она с него, падая рядом с нами, но теперь мы уже были не с ней.
Его лицо стало решительным и очень спокойным. Он внимательно посмотрел в мои глаза, и я замерла под его взглядом.
– Дыши, – приказал он, и мое дыхание сорвалось. Он погладил мое горло, освобождая его от ремня: – Медленнее… Спокойнее… Умница… – хрипловато шептал он. – Умница…
Мягкое ласковое тепло вскружило мне голову, словно награда, и всё поплыло передо мной. Я пыталась прочувствовать все изыски нового ощущения, закрыв глаза. Пробежав пальцами вдоль моего позвоночника и точно повторяя траекторию восходящих в мой мозг волн удовольствия, он расположил руку у меня на затылке и настойчиво потянул на себя. Мы соприкоснулись взглядами, и реальность опять покинула нас.
Мягкий медленный поцелуй… Касанье языков… Еще… Еще…Ничего не вижу и не слышу… Только его губы…
Рывок и приятная тяжесть – я под ним…
– Посмотри на меня…
Я не слышу, как он говорит, я только чувствую внутри его голос, как единственную реальность. Я смотрю? Я не знаю… Не вижу ничего… Но всё горит от его взгляда – и меня начинает трясти.
«Ты…» – шепчу я про себя, потому что голоса нет… И нет ни имён, ни времени, ни приделов… Есть только мы, и я в его руках и власти… Безвольная… И вся его…
– Посмотри на меня…
Синее глубокое море… и меня укачивает на его волнах… мои пальцы скользят по скулам, бровям, губам, и он вжимается в меня снизу, заставляя задохнуться. Его лицо разочарованно искажается и он отстраняется. Меня пугает это… Я замираю, всматриваясь в него.
– Всё хорошо… – отрицательно качает он головой и снова касание губ, – моя девочка…
И я ощущаю и слышу, как облегченно простонав, он стягивает с себя ненужную нам резинку.
– Пожалуйста… – шепчу я, прогибаясь ему на встречу.
– Всё что захочешь… – и я почти плачу от облегчения и предвкушения.
Сев между моих ног, он несколько секунд скользит по мне глазами и со стоном опускается лицом мне на грудь.
Касание его горячей плоти, и он давлением растягивает меня, немного заполняя. Мое дыхание срывается, и тело бьет дрожь. Я слышу, как он что-то шепчет мне на французском – умоляюще, ласково, просящее и нежно. И я расслабляюсь для него…
Замирает…
– Иди ко мне! – срываюсь я на всхлип, впиваясь в его волосы и спину руками, и меня бесконтрольно выгибает под ним от удовольствия.
Он низко рычит мне в шею, и я чувствую как его бьет крупная дрожь –сейчас всё будет! По моим щекам текут слезы – но это просто эмоциональный накал и предвкушение ЕГО… Он приподнимается на руках, снова пленяя меня взглядом, и его мышцы превращаются в камень под моими руками. Мы медленно, словно договорившись, закрываем глаза, чтобы обострить наши ощущения, и он подается бедрами назад, почти выходя из меня, под мой тихий медленный стон и…
Рывок!
Вика срывает его с меня, заваливая на спину и прижимая руками к кровати. Я не вижу этого, только чувствую и слышу их разъяренное рычание. Слёзы из глаз брызгают фонтаном, и я закрываю лицо руками, понимая, что всё… Ничего не будет…