Это наш мир
Шрифт:
«Возможно, меня попытаются взять в плен, и придется применить последний одноразовый артефакт, который я сохранил, - думал король. – Это заклятье недаром называется «Бездна». Оно высасывает жизнь из всего живого в радиусе ста шагов. Не выживет никто. В том числе и тот, кто его применяет.
Или меня ранят, я брошусь с причала в океан, и тяжелые доспехи утянут мое бренное тело на дно.
А что если враги меня не узнают, и я погибну словно рядовой боец в схватке, от стрелы или клинка? Так тоже может быть. И, пожалуй, это самый лучший вариант. По крайней мере, не придется совершать
К демонам! К чему дурные мысли? Вдруг, еще удастся вырваться? В конце концов, одна потайная тропка через подземелья портовых складов и городские катакомбы пока еще не обнаружена врагами, и мы с Биркайни сможем вырваться из ловушки, выйти в лес и скрыться. А если подземный ход все-таки вскрыт чужими магами-поисковиками и на выходе засада? Какой тогда будет моя смерть?»…
– Ваше Величество… - прерывая невеселые размышления короля, в помещение вбежал гвардеец в закопченной броне.
– Да? – Эйнур посмотрел на воина.
Гвардеец резко выдохнул, сделал паузу и сказал:
– На левом фланге противник занял Приморский спуск, а на правом вышел к Рыбному рынку. Командир ополчения Крой просит подкреплений. Капитан Шеваххи с боем отступает в порт.
– Передай Крою, что подкреплений нет, и не будет. Если он не может удержать позицию, пусть отходит к Полночному маяку. Всех воинов из отрядов Шеваххи, кто еще в состоянии сражаться, стянуть к шестому причалу и портовым складам.
– Есть! – отозвался воин и выскочил из комнаты.
Король покосился на Нергея, который расположился на продавленном диване, мелкими глотками пил неизвестный Эйнуру горячий напиток с резким мерзким запахом и был совершенно спокоен. Нога за ногу. Поза расслабленная. На его лице повелитель «верных» эльфов в очередной раз не увидел никаких эмоций и в данный момент его это задело. Как так!? Погибли сотни тысяч эльфов, страна в оккупации и сегодня падет столица, а ему, судя по всему, плевать на все, кроме непосредственного участия в сражениях, и он поступит именно так, как собирался изначально. То есть дождется появления врагов на причалах, нанесет очередной мощный удар по захватчикам, погрузится на трофейный имперский корабль, который готов к отплытию, прикроется силовым щитом и был таков, выскочит в океан и отправится вслед за имперской флотилией. Что характерно, совершая все это, великий чародей сохранит спокойствие. Можно даже сказать – равнодушие. Словно все происходящее его не тяготит и особо не заботит. А король считал, что это неправильно. Не патриотично, в конце концов. Как будто легендарному Мастеру Проклятий плевать на судьбу королевства Майдин и всех эльфов этого мира.
Еще бы секунда и король, наверное, попытался бы высказать Нергею все, что о нем думал. Однако чародей опередил Эйнура. Он сам посмотрел на короля. Взгляды Эйнура и Мастера Проклятий встретились, а затем по телу последнего майдинского государя пробежала мелкая дрожь, и он снова промолчал, не сказал предназначенных великому чародею злых слов, которые копил последние дни.
Эйнур опустил голову, а Нергей, отметив это, удовлетворенно кивнул, как если бы вел сам с собой какой-то мысленный диалог, одним глотком допил напиток и резко поднялся.
–
– Прощай, - пробурчал Биркайни Шрам и начал сворачивать раскинутую на столе карту.
Король молчал. Он уже не хотел говорить и надеялся, что чародей, не дождавшись от него последнего слова, уйдет и можно будет о нем забыть. Вот только Нергей задержался и сказал Эйнуру:
– Король, я знаю, что ты винишь себя в том, что не смог сберечь государство, и это терзает тебя. Но, поверь мне, на фоне твоих предшественников ты был неплохим правителем и никто из них не смог бы спасти Майдин. Знаю, что я тебе не по нраву, что ты считаешь меня холодным и равнодушным. Да, это так. Мне плевать на твое королевство, на твой народ и всех эльфов вместе взятых. Я многого не помню из того, что было со мной до прихода в этот мир. Однако мне известно наверняка, что я не родился эльфом, и ваш бог мне совсем не друг. Мне пришлось воевать с ним, и я проиграл, но не погиб, а заключил с Финголиэри сделку и выжил. Твои предки назвали меня Мастером Проклятий. Только это далеко не самая главная моя особенность. Впрочем, теперь это уже неважно. По мере сил и возможностей я помогал твоему народу и продолжу делать это впредь. До тех пор, пока не погибнет Финголиэри или я не отыщу способа разорвать наш договор и покинуть этот мир.
Нергей замолчал и король, помедлив, спросил:
– Зачем ты мне это поведал? Почему сейчас?
На губах Мастера Проклятий появилась косая ухмылка, и он ответил:
– Скорее всего, сегодня ты умрешь, король. Шансы на твое спасение слишком мизерные. И я посчитал правильным, чтобы перед смертью ты получил ответ хотя бы на один из вопросов, которые терзали твою душу в последнее время. Ты доволен?
– Не знаю, - король попытался пожать плечами, но тяжелые наплечники брони лишь едва дрогнули.
– Ну и ладно, - Мастер Проклятий подмигнул Эйнуру, словно доброму приятелю: - Благословляю тебя на последний бой, король. Прощай. Я был рад нашему знакомству и запомню тебя.
– Стой!
– Эйнур попытался задержать Нергея. – Скажи хотя бы, что ты готовишь захватчикам, какое заклятье будет использовано?
Мастер Проклятий небрежно взмахнул рукой:
– Это будет привет из прошлого. Очень далекого прошлого, с которым твои предки столкнулись в этом мире, когда пришли сюда по велению бога.
Сказав это, чародей широким стремительным шагом покинул помещение, а король, дождавшись хлопка двери, посмотрел на Биркайни и спросил:
– Ты понял, что он сказал?
– Ага, - отозвался воин, мгновение помедлил и добавил: - Самое главное, что он не эльф, ему плевать на наш народ, и мы погибнем.
Король тяжело вздохнул:
– Ах, если бы я понимал, кто таков Нергей раньше…
– И что с того, государь?
– перебил его Биркайни. – Разве это смогло бы повлиять на ход войны? Это знание только бы усилило твое недоверие к Мастеру Проклятий и добавило нам волнений. А сейчас это уже неважно.