Эталон зла
Шрифт:
— Какой идиот бросил дрова на пол?
Затем заколоченная задняя дверь комнаты вылетела от мощного удара, и в проеме возникла большая фигура Глеба.
— Опоздал?
— Как раз вовремя. К раздаче…
Машины полиции приехали через три минуты после захвата дома. К тому моменту парни Штурмина сорвали с окон занавески, выбили доски, и в комнате стало гораздо светлее.
Жорика и Костяна бросили в углу, и они понемногу приходили в себя. Вакида развязали, им занялся Федор
Старший офицер полиции представился Навруцкому.
— Наша помощь нужна?
— Составляйте протокол, опрашивайте задержанных. Эти двое, что приехали с нами, раскололись, проблем не будет. Что с нотариусом?
— Взяли дома. Приехал и сразу стал собирать чемоданы. Видимо, ждал только денег.
— Говорит?
— А куда он денется!
Подошел Глеб, поставил на стол видеокамеру. Ее отняли у бандитов. Глеб включил просмотр. На экране мелькали моменты допроса Вакида. Допрашивал Жорик. Потом ракурс сменился: видимо, оператор отошел к печке.
Теперь Жорик бил ребенка. Он наносил удары с оттяжкой по груди и голове. Маленький мальчик плакал, не смея закрываться руками, смотрел на мучителя полными слез глазами и гладил того ладошкой по руке. Тихий домашний ребенок, не слышавший никогда грубого слова, не понимал, почему чужой дядя больно бьет, и пытался задобрить его, чтобы прекратить мучение.
За кадром через кляп кричал его отец, не в силах хоть как-то помочь ребенку.
Денис почувствовал, как пересыхает во рту, а по спине прокатывается холодок. Стоявший рядом Глеб резко побледнел, глотнул воздух и вдруг прыгнул к лежащему в углу Жорику. Бандит уже пришел в себя и смотрел по сторонам со страхом и злостью.
Глеб схватил его за грудки и швырнул на дверь. Та распахнулась, и бандит улетел в коридор. Глеб шагнул за ним. Донесся звук удара, еще один. Дверь встала на место, приглушив шум. Но она не удержала дикий вой бандита и какой-то звериный крик Глеба.
— Размажу, паскуда!
Денис глубоко вздохнул, отводя взгляд от экрана камеры, посмотрел на второго бандита. Костян тоже побелел и со страхом смотрел на дверь. Потом поймал взгляд Навруцкого, вжал голову в плечи и захрипел:
— Это не я! Я не бил! Я не бил! Я только снимал! Это Жорик!!
Лучше бы он молчал. Денис, чувствуя, что вот-вот сорвется, подошел к бандиту и двинул его ногой в живот. Того сложило пополам. Второй удар угодил в печень. Костян откатился в сторону и завыл.
Денис с огромным трудом остановил себя, отошел. Офицер смерил бандита тяжелым взглядом, потом развернулся и вышел из комнаты.
Через пять минут от дома отъехали три машины. Вызванная «скорая помощь» увезла Илью Вакида и его сына. Уехали сотрудники «Молнии» и
Из дома выволокли обделавшегося Костяна. Полицейские бросили его в лужу и велели смыть дерьмо.
К стоявшим во дворе Денису и Глебу подошел офицер.
— Жорик готов. Никаких признаков жизни.
Глеб, еще не пришедший в себя, тяжело дышал и смотрел в сторону.
Офицер перевел взгляд на Дениса.
— Думаю, они передрались из-за денег. А тут и вы подоспели.
Глеб остро глянул на офицера.
— Правда, Костян может сказать иное. Но ведь не обязательно ему доехать до отдела?
Копавшийся в луже бандит услышал эти слова и замер, не замечая стекавшей по рукам грязи.
— Это я! — сипло выдавил он. — Я его. Защищался. Только не убивайте!
Он упал в лужу.
— Не убивайте! У меня мать есть!
— Мать! — протянул офицер. — Ну, посмотрим. Марш в машину!
Полицейские загрузили Костяна и захлопнули за ним решетчатую дверь.
— Мы поехали, — сказал офицер. — Кстати… У меня двое детей, мальчик и девочка.
Глеб молча пожал ему руку. Денис тоже распрощался с офицером и глянул на часы.
— В Комитет! Срочно!
Глеб придержал его за локоть.
— Извини. Сорвался. Не мог смотреть, как он пацана…
Денис хлопнул его по плечу.
— Ты опередил меня на секунду. Иначе бы сам. Все, некогда! Поехали!
15
Денис Навруцкий
— Сигнал держится устойчиво. Координаты взяли с минимальной погрешностью, — докладывал Савостин. — Правда, захватить блок не смогли, но он там.
— Сколько у нас времени в запасе?
— Часов пятнадцать. Если вдруг он опять прыгнет, мы его заметим сразу. Флуктуации хоть и бессистемны, но теперь это не важно.
Термины больше не ставили меня в тупик, я уже знал, что все прыжки пропавшего выносного блока происходят из-за неравномерности излучаемого поля. И когда поле достигает критической отметки, происходит новый прыжок. Раньше заметить прыжки было нельзя, но теперь техника позволила это сделать.
— Сейчас блок находится на точке минус двадцать семь и три.
Это значит, от нашего времени его отделяют двадцать семь веков и около трехсот лет.
— Хорошо. Мы готовим группу. А вы продолжайте следить за ним.
Я посмотрел на часы. Вечер. На улице темнеет. А моим парням вместо приятного отдыха в кругу семьи или друзей светит переход в далеко не самые благополучные места.
— Мы следим, — проговорил Савостин, немного помолчал, а потом спросил: — Что с Ильей?
— Все в порядке. Они в клинике. Серьезных травм ни у кого нет. Но мальчик… я пригласил лучших психологов. Они заверили меня, что никаких последствий произошедшего не будет.