Эспер-один
Шрифт:
Парень и девушка, двигавшиеся практически нога в ногу, уже приближались к центру города. Краем глаза Тимофей заметил на противоположной стороне улицы две до боли знакомые фигуры: девицы, которым преподали сегодня урок хороших манер, шли как ни в чём не бывало, беседуя о разных пустяках и мило улыбаясь друг другу. Но нельзя было не обратить внимание на их полные ненависти взгляды, без конца бросаемые на ничего не подозревавшую Анфису. Тимофей не исключал, что они от его новой одноклассницы так просто не отвяжутся, но не предполагал, что отомстить захотят в тот же день. Сделав определённые умозаключения, парень пришёл к выводу, что он просто обязан незаметно сопроводить
Тимофей был уверен, что Анфиса захочет обойти все расположенные по пути магазины, заодно посетив торгово-развлекательный центр, где можно было зависнуть на несколько часов. При таком раскладе следовавшим за ней по пятам девицам быстро надоест преследовать свою жертву, и они уйдут восвояси. Однако Тимофей ошибся. Девушка с розовой прядью волос и книгой в руке ни в один магазин не зашла, торговый центр тоже проигнорировала. Она дошла до автобусной станции и стала спускаться вниз по одной из улиц, представлявших собой довольно крутую горку. Тимофей не мог не вспомнить, как частенько съезжал здесь на полной скорости на велосипеде, рискуя оказаться под колёсами машины, либо наехать на небольшой камень и вылететь из седла, распластавшись на асфальте, попутно получая не только ссадины и ушибы, но и переломы.
Казалось, будто Анфиса ничего вокруг не замечала, витая где-то в собственных мыслях. Изредка она поднимала голову кверху, глядя на безоблачное небо, будто надеясь разглядеть там что-то особенное. В свою очередь Тимофею пришлось немного сбавить шаг, чтобы в поле его зрения оказалась как сама Анфиса, так и неадекватные девицы. Он не мог назвать себя чересчур благородным человеком, но нынешняя ситуация ему совершенно не нравилась. Если девицы в отсутствие свидетелей нападут на Анфису, то придётся вмешаться, чтобы не произошло самого худшего. Однако худшее будет ждать в понедельник, когда об этом узнает вся школа. Становиться новым героем слухов Тимофей не собирался, поэтому захотел предотвратить катастрофу заранее, придумав буквально на ходу хитроумный ход, почувствовав себя чуть ли не гениальным полководцем. Правда, для реализации задуманного предстоит откинуть всякую скромность.
Сделав глубокий вдох, Тимофей резко ускорился. Спустя минуту его и Анфису стали отделять каких-то десять метров, и расстояние с каждым шагом уменьшалось. Девять, восемь, семь, шесть… На этой улице пешеходов находилось не так много, всего несколько человек, которым до школьников не было никакого дела. «Надо побыстрее нагнать её и завести непринуждённый разговор, – подгонял себя Тимофей. – Дать стервам понять, что Анфиса не одна и попытка мести не пройдёт бесследно».
Пять метров, четыре, три…
И тут…
Неожиданно Анфиса резко свернула в сторону и прошла через ворота во двор двухэтажного деревянного жилого дома. Тимофею не оставалось ничего другого, как тоже свернуть. Двор был небольшой, через него к подъезду дома вела выложенная брусчаткой дорожка. Слева находились сваленные в бесформенную груду доски, влажные оттого, что совсем недавно они лежали под кучей снега, справа стояла видавшая виды собачья конура, внутри которой было пусто. Столь же пусто, как и в самом дворе. Новенькую Тимофей к своему немалому удивлению нигде не увидел, она словно растворилась в воздухе. «Между нами было всего лишь три метра, как можно было упустить её из виду?», – растерянно подумал парень, не удосужившись остановиться, хотя очень хотелось. Вместо этого он как ни в чём не бывало прошёлся по дорожке из брусчатки, завернул за угол дома и лишь там прекратил движение. Тогда-то
– Ну и где она?
– Понятия не имею, сюда же зашла.
– Она в этом бараке живёт, что ли? Жесть какая…
Тимофей поднял голову и окинул взглядом дом, чьи высокие стены стали своеобразным убежищем. Невозможно угадать, было ли это покосившееся строение жилым, оно куда больше смахивало на давным-давно заброшенное: облупившаяся краска, чей изначальный цвет не поддавался определению, на покрытой тёмно-серым шифером крыше виднелись большие трещины и множество дырок. Хотя на окнах по-прежнему висели занавески и кое-где даже стояли горшки с цветами.
После короткого периода тишины послышался ровный и спокойный голос Анфисы:
– Нет, я здесь не живу. Просто привела всех вас сюда, чтобы разобраться в тихой обстановке.
Осторожно, слегка пригнувшись, Тимофей выглянул из-за угла, желая оценить ситуацию. Две девицы и Анфиса стояли друг напротив друга. Похоже, преследуемая, завернув сюда, сразу же нырнула за кучу досок и спряталась за ними. Если так, то она прекрасно знала, что за ней идут, либо чувствовала это. Тимофею ничего другого не оставалось, как пока остаться на месте, в укрытии, наблюдая за происходящим. Он вмешается лишь в том случае, если дела пойдут совсем плохо.
– Что ты там бормочешь, убогая? – агрессивно спросила одна из девиц голосом, в котором сквозила лютая неприязнь.
– Я не привыкла повторять тем, кто не умеет слушать, – спокойно отозвалась Анфиса. – Но вижу, что сегодняшний урок вы не усвоили. Впрочем, как и сказала, я готова снова помериться с вами силой.
– Рада, что ты понимаешь. Унизила нас сегодня по полной программе, поэтому воздадим тебе вдвойне.
– Пустое бахвальство. Вы не ровня мне.
Тимофей тихонько усмехнулся, услышав, что разговор ведётся с использованием слишком уж высокопарных речевых оборотов. Девушкам следовало быть проще и начинать одаривать друг дружку витиеватыми оскорблениями. Тем более ситуация подходит для этого как нельзя лучше.
Девицы в едином порыве надвинулись на Анфису, сжимая в руках рюкзаки. Похоже, те станут их оружием в предстоящем поединке. Внутри несколько учебников, удар можно получить болезненный.
Анфиса отступила на шаг, затем ещё на один, а после…
С невероятной скоростью, которую уже демонстрировала, она ринулась вперёд. Сложно было уследить за её чёткими и выверенными движениями. Но результат получился закономерный. Сначала одна девица заработала книгой по лицу. Причём на этот раз били не по лбу, как в школьном коридоре, а по всей площади физиономии. Вскрик боли разнёсся по двору, и девица завалилась на дорожку из брусчатки; её рюкзак отлетел в сторону, в нём что-то громыхнуло, будто внутри лежала металлическая посуда. Второй девице не повезло сильнее, ударов она заработала сразу два. Первый пришёлся ребром книги в живот, следующий уже по лицу. Незадачливая мстительница оказалась опрокинутой на груду досок, несколько из которых с шумом упали.
Тимофей усилием подавил желание покинуть укрытие и осыпать Анфису аплодисментами за поистине запредельный уровень владения книгой, являвшийся чуть ли не новым словом в боевых искусствах.
– Тварь! – взвыла девица, упавшая на доски.
– Анфиса Сергеевна, запомни, пожалуйста.
– Я вся испачкалась из-за тебя! Тебе это с рук не…
Она оборвала фразу, потому что Анфиса подошла к ней и несильно стукнула книгой по макушке. После чего сказала:
– Молчи уж. К существованию таких, как вы, я давно привыкла. Ем на завтрак.