«Если», 2012 № 01
Шрифт:
А уже потом она найдет себе компаньона. И придумает, как не заснуть до прибытия помощи.
Анна Мария Девлин больше не пила. О ней даже нельзя было сказать «выпившая, но внешне трезвая». Она настолько протрезвела, что у нее кружилась голова. Кружилась от возбуждения. Впервые за несколько месяцев она ощутила себя полезной. Не знай она себя лучше — а уж себя-то она знала прекрасно, — то сказала бы, что пить начала от скуки.
Но пить она начала задолго до того, как жизнь перестала бросать ей вызовы.
Однако сейчас ей требовались все чувства. Она находилась в еще одной комнате — ее любимой, стояла возле еще одного трупа, и орудием убийства была еще одна перенастроенная система жизнеобеспечения. Вопрос: как именно ее перенастроили? И зачем?
Она разглядывала панель управления, отмечая кое-что интересное, когда поняла, что в комнате находится один из пассажиров. Высокий блондин с бледно-голубыми глазами. Тот самый, что позвал ее. Ричард как-там-его.
— Я предпочитаю работать в одиночку, — заметила она.
— Я тоже.
Секунду-другую они смотрели друг на друга. Хансейкер, который также предпочитал работать один (она это знала, потому что он говорил ей об этом несколько раз), стоял возле двери. Его рубашку промочили слезы Фергюса. Она сумела вывести Фергюса из комнаты и проводить его вниз, на кухню, где за ним мог присмотреть повар. Фергюс оказался весьма податлив, а сейчас, видимо, впал в оцепенение. Наверное, всякий оказался бы в таком состоянии, если бы столько плакал.
Она повернулась к Хансейкеру:
— О чем ты вообще думал? Послал их вдвоем убирать номера, когда тут рыщет убийца!
— Да кто мог подумать, что убийца нацелится на одного из нас? — возразил он.
— А я и не думаю, что он такое замышлял, — сказал Ричард. — Позвольте-ка…
Он отодвинул — отодвинул! — Анну Марию в сторону и начал разглядывать панель управления.
— Ты хоть понимаешь, что, если этот человек — убийца, то он теперь получил доступ к уликам? — спросила она Хансейкера.
— А ты понимаешь, что, если этот человек — убийца, — ответил Хансейкер, подражая ее интонациям, — то ты только что дала ему причину убить нас?
Они снова пронзили друг друга взглядами.
— Я-то не убийца, — сказал Ричард, — зато у настоящего убийцы есть серьезные инженерные навыки.
Она не могла удержаться и тоже посмотрела на панель. Эти старые модели были снабжены цифровыми дисплеями и механизмами, связанными с другими механизмами. Как раз такой она видела в комнате, где умерла Агата Кантсвинкль… но у той панели не было второго цифрового дисплея. А у этой был.
Она посмотрела на Ричарда. Тот взглянул на ее, приподняв брови, словно тоже был удивлен. Потом прикоснулся к панели ногтем. Второй дисплей был закреплен неплотно, но подключен к управляющему механизму. Она обратила внимание на состав газовой смеси. Когда Диллит находилась в этой комнате, состав воздуха был точно таким же, что убил Агату
Анна Мария нахмурилась. Бросила взгляд через плечо на дверь. Хансейкер все еще стоял, прислонившись к косяку и буравя ее взглядом. Похоже, он не одобрял ее действия. Или же действия Ричарда. А может быть, он вообще никогда и ничего не одобряет.
Она вздохнула и подошла к двери.
— Подвинься, — попросила она.
Хансейкер не шелохнулся.
— Я не шучу. Подвинься. Мне надо кое на что взглянуть.
— На что?
— Проще показать, чем объяснять, — сказала она, отодвигая его. Потом заглянула в запорный механизм. К нему был прикреплен еще один маленький цифровой дисплей.
— Эта дверь была закрыта, когда вошел Фергюс?
— Не знаю, — ответил Хансейкер. — Не спрашивал.
— И ты не потрудился сказать ему, чтобы они держали дверь открытой?
В глазах Хансейкера стала медленно появляться злость:
— Конечно, сказал. Вообще-то, это часть общих инструкций для персонала. Дверь всегда должна быть открыта, когда в номере находится работник, даже если там нет постояльца.
— Хм-м-м, — протянула она.
— Что? — спросил Ричард, стоя возле панели управления.
— Это таймер. Он запирает дверь.
— Таймер, — сказал он, — меняет состав воздуха.
— Его не могли поставить, когда здесь была Диллит.
— Значит, кто-то установил его раньше.
— Отсюда следует, что целью убийцы была не Диллит.
— Он хотел убить Сьюзен Кармайкл, — почти выдохнул Хансейкер. Анна Мария уловила дрожь в его голосе. — Если бы я пришел к ней чуть позже…
— То умер бы тоже, — подтвердила Анна Мария. — Надо подпереть эту дверь, чтобы не закрылась.
— Сомневаюсь, что эта комната снова начнет убивать, — заметил Ричард.
— Но другие комнаты могут, — возразила Анна Мария.
— Я уже переселил всех из старых номеров, — сказал Хансейкер.
— Будем надеяться, что этого достаточно… — Анна Мария почувствовала легкий озноб. Ей нравился это озноб. Возбуждение, как ей его не хватало. — Может быть, он начнет охотиться и на нас.
— О, не очень-то на это надейся, — огрызнулся Хансейкер и вышел.
Ричард снова приподнял брови:
— И что бы это значило?
Анна Мария пожала плечами:
— Наверное, расстроился.
Ричард кивнул:
— Думаю, было бы удивительно, если бы он не расстроился.
Хансейкер протопал вниз по лестнице. Теперь он не знал, что делать. Предупредить Кармайкл? Загнать всех постояльцев в одно помещение и держать их там, пока не прилетит корабль?
На полпути вниз он остановился и прислонился головой к стене. Все его обучение, долгие годы, потраченные на образование, весь положительный и отрицательный практический опыт не подготовили его к такой ситуации. Он просто представить себе не мог лекцию на тему: «Как справиться с убийцей, который рыщет по вашему курорту?».