«Если», 1999 № 09
Шрифт:
— Стража совершила налеты лишь по тем адресам, что известны раштадтовским лакеям, — заметил Сев Роумер. — Все станции и личности, о которых эти мерзавцы не знают, по-прежнему в безопасности.
— К несчастью, планета все-таки взорвана, и мы обязаны уйти с Курра, — сказал Леблан. — Я планирую захватить базу и держать Раштадта и его помощников под арестом до начала официального расследования.
— Ты готов сражаться? — поинтересовался Роумер. — Эти люди хорошо знают, что им грозит. Вряд ли они сдадутся добровольно.
— Нас
— А сколько у нас планетных автокоммуникаторов? — спросил Форзон.
— Тоже один, на моей ферме. А что?
— Давайте сделаем вид, что мы не получили послания Раштадта.
— Он повторит его, как только мы свяжемся с базой.
— А мы не станем связываться с базой.
— Думаю, Раштадт уже уведомил Верховную штаб-квартиру. Скоро прилетит корабль, и нас всех эвакуируют.
— Нельзя эвакуировать того, кто не нашелся.
— К чему это вы клоните? — изумленно спросил Леблан.
— Я хочу сказать, что пока мы имеем только уведомление Раштадта о том, что планета «взорвана». А слова Раштадта немногого стоят, в особенности для меня. Что случится, если Команда Б прервет контакты с базой?
— Раштадт подумает, что всех замели.
— Пускай себе думает.
— Но Бюро не оставит пропажу целой полевой команды без расследования.
— Даже на «взорванной» планете?
Леблан задумался.
— Верховная штаб-квартира проведет расследование в любом случае, — медленно сказал он. — Предполагая, что кто-то мог уцелеть, они постараются вытащить всех оставшихся. Конечно, это будет делаться крайне осторожно.
— Как обстоят дела с Командой Б?
— Они не так уж плохи. У каждого из нас есть запасная личность, и мы сумеем продержаться, сколько потребуется. По крайней мере, это будет организованное отступление, а не паническое бегство.
— Отступления не будет, — сказал Форзон. Он оглядел кружок ошеломленных лиц и упрямо повторил: — Никакого отступления, понятно?
— Но вы не имеете права нарушать базисные принципы Бюро! — запротестовал Леблан. — Даже если вы генеральный координатор!
— При каких условиях планета считается «взорванной»?
— Когда туземцы…
— Отлично. А сколько туземцев знают о существовании Команды Б?
Никто не промолвил ни слова.
— Увы, нет сомнений в том, что Раштадт заключил союз с королем Роввой, — подождав немного, продолжил Форзон. — Итак, король знает, что мы здесь. А кто еще? Может быть, король публично объявил об инопланетном нашествии?
— Не думаю, чтобы Ровва пожелал поделиться этой новостью со своими подданными, — пробормотал Леблан.
— Совершенно верно! Гурнил не «взорван», и мы остаемся на Курре. Раштадт не станет
— Дело? Какое еще дело?
— Миссия Команды Б, разумеется.
— Завершить миссию… — Леблан уставился на него круглыми глазами и внезапно просиял. — Я понял! У вас есть план, не так ли?
— Ну… По правде говоря…
Леблан торжествующе вскочил на ноги.
— Закройте все станции, известные людям Раштадта, — деловито распорядился он. — Всем агентам, до единого, поменять личности! Эфир, вероятно, прослушивается, а посему никакой радиосвязи, пока я не отменю этого распоряжения. Взамен мы будем посылать курьеров воздухом, они, так или иначе, на несколько дней опередят стражу.
— Раштадт знает про эти апартаменты, — напомнил Роумер.
— Уходим! Мы с инспектором будем у Энн. А ты, Сев, сперва разберись с курьерами, а после приходи к нам. — Он обернулся к Форзону и с энтузиазмом потряс его руку. — Вот это я и называю позитивным мышлением! Когда мы установим демократию на Курре, никто не станет интересоваться, была планета «взорвана» или нет.
На рассвете за столом в крошечной квартирке Энн с единственным окном, глядящим через городскую стену, сидели Леблан, Фор-зон, Роумер и крепко сбитый мужчина в кожаных перчатках и фартуке по имени Карл Тром, распространяющий вокруг себя запах свежесмолотой муки. Энн Кори, все еще в образе старой карги, неслышно проскользнула в дверь, удивленно оглядела ожидающую ее компанию и сказала Форзону:
— А ведь ты меня не узнал!
— Было слишком темно. Днем я бы за три квартала опознал этот вздернутый носик!
Кажется, Энн слегка смутилась. Она ушла за ширму и через несколько минут вышла из-за нее в виде дородной краснолицей матроны.
— Итак, мы выяснили, — уныло сказал Леблан, — что у вас на самом деле нет никакого плана.
— Действительно нет, — подтвердил Форзон.
— Конечно, я ожидал слишком многого…
Форзон встал и выглянул в окно.
— Не хотите ли полюбоваться? — помолчав, спросил он.
— Чем? — уныло откликнулся Леблан.
— Восходом солнца. Не стесняйтесь, подойдите к окну. Все! Я вас прошу.
Леблан, пожав плечами, выполнил его просьбу. Дольше всех у окна задержалась Энн, бросая на Форзона косые взгляды.
— Ну и что? — спросил Леблан. — Это имеет какое-то отношение к плану, которого у вас нет?
— В некотором роде. Вы недавно доказали, что Команда Б не понимает народ Курра. Из этого окна я хорошо вижу стражников на стене. Я вижу также, что окна домов открыты, и в каждом из них человеческое лицо. И все эти люди любуются восходом солнца.
— Послушайте, Форзон, у нас есть более серьезные проблемы, чем разгадывание ваших загадок!