«Если», 1998 № 10

Югов Михаил

Трамбл нахмурился, как ребенок, не получивший от Санта-Клауса желанной игрушки.

— Тогда придется послать кого-нибудь к ним на корабль. Пускай колотит в дверь, пока ему не откроют.

— Это невозможно, — вставил один из молодых малоопытных лизоблюдов.

Резко обернувшись на голос злополучного юнца, Трамбл гаркнул:

— Почему?!

— Ну… Потребуется корабль, астронавты и…

— В моем аэрокосмическом отделе есть все, что надо. Велю им запустить туда кого-нибудь из наших ведущих репортеров.

— За

четыре дня, сэр?

— Да, а что? Мы же не это бесполезное правительство, мы умеем работать быстро.

— Но требования безопасности…

Трамбл пожал широкими плечами.

— Если корабль взорвется, это тоже станет сенсацией. Потеряем репортера, ну так что же? Сделаем из него мученика и обвиним во всем инопланетян.

Объединенным силам вице-президентов понадобился целый час, чтобы, не нарушая субординации, отговорить босса от идеи космического полета.

— Ладно. — Трамбл так же бодро расхаживал вдоль стола, по-прежнему кипя энтузиазмом. — Тогда вот что: мы объявляем конкурс на лучший Вопрос.

— Отлично! — немедленно откликнулся хор.

— Восхитительно!

— Гениально!

— Согласен, — скромно подытожил Трамбл. — Спросим у людей по всей стране, по всему дерьмовому миру, какой Вопрос они хотят задать. Все будут смотреть только наши каналы и забудут про остальные.

Стол взорвался новыми поздравлениями.

— Но зарубите себе на носу… — Трамбл мигом посерьезнел. Забежав за свое кресло во главе стола, он вцепился в его спинку так, что побелели пальцы. — Конкурс выиграю я. Усвоили? Неважно, сколько человек дадут ответы. Вопрос сформулирую я. Всем понятно?

Семнадцать голов дисциплинированно кивнули.

Папа римский

— Это не проблема знания, — произнес кардинал Хорват свистящим шепотом. — Это проблема нравственности.

Папа знал, что Хорват переходит на шепот, когда хочет привлечь внимание. Все двадцать шесть кардиналов, заполнившие зал для аудиенций, наклонились в креслах, внимая венгерскому прелату.

— Нравственности? — переспросил папа. Вопреки рекомендации явиться на это совещание в официальном облачении, он решил предстать перед своими ближайшими советниками в простом белом костюме. Зато на кардиналах были их торжественные одежды, от алых шапочек до ботинок от Гуччи.

— Да, нравственности, — повторил Хорват. — Кем послан корабль инопланетян — Господом или сатаной?

Папа оглядел прелатов, отражающихся в черной поверхности стола. Вопрос Хорвата вызвал у них замешательство. Разумеется, они верили в существование сатаны, но, скорее, теоретически, как в элемент катехизиса, не очень-то соответствующий реалиям современности. Поколениям, воспитанным на «Стар Треке», мысль о том, что существа из далеких миров являются порождением дьявола, должна казаться средневековой чушью.

И все

же…

— Почему эти инопланетяне скрывают от нас свой лик? — вопрошал Хорват. — Почему готовы ответить всего на один вопрос?

Кардинал О'Ши кивнул. Это был крупный человек с широким мясистым лицом и ярко-рыжими волосами, почти одного цвета с распухшим носом.

— Как вы знаете, — начал О'Ши сладким тенором, — правительства всех стран спорят, какой Вопрос задать. Что же они предлагают? Использовать знания инопланетян, чтобы нарастить власть и богатство, сделать жизнь легче и комфортабельнее.

— Но есть предложения, направленные на искоренение смертельных болезней, — сухо заметил кардинал Нгоно. — Если инопланетяне смогут избавить нас от СПИДа, то это будет деянием, угодным Господу.

— По плодам их узнаете их, — пробормотал папа.

— Истинно так, — подхватил Хорват, барабаня пальцами по блестящему столу. — Почему они настаивают на одном-единственном вопросе? Что хотят пробудить в наших душах — лучшее или худшее?

Не дав развернуться дискуссии по предложенной кардиналом теме, папа заявил:

— Католики, члены Международного союза астрономов, обратились к нам с просьбой высказать взвешенное мнение. Каков будет наш ответ?

— Осталось всего три дня, — напомнил кардинал Сардуччи.

— Итак, наш ответ? — повторил папа.

— Игнорировать инопланетян, — прошипел Хорват. — Они дьявольское порождение, посланное, дабы ввести нас в соблазн.

— У вас есть доказательства? — спросил практичный Нгоно.

Хорват долго смотрел на африканца и в конце концов ответил:

— Когда Бог послал людям Искупителя, это был не корабль с инопланетянами, а Сын Человеческий, одновременно — Сын Божий.

— Это было очень давно, — донеслось с дальнего конца стола.

— Да, — согласился О'Ши. — В сегодняшнем мире на Иисуса Христа не обратили бы внимания.

Хорват отреагировал гневным фырканьем.

— Если Господь возжелал привлечь наше внимание, — сказал Нгоно, — то инопланетный корабль оказался для этого удачным средством.

— Будем считать, — заключил папа, — что мы согласны ответить на запрос астрономов. Что мы им скажем?

Хорват покачал головой и с упрямым видом сложил руки на груди.

— Ваше святейшество предлагает сформулировать для них Вопрос?

Папа пожал плечами.

— Как обеспечить вечный мир?

— Как избавиться от болезней? — предложил Нгомо.

— Как покончить с голодом на Земле?

Хорват хлопнул обеими ладонями по столу.

— Все не то! Вопрос должен звучать так: каким образом привести все Божьи народы под сень единственной истинной церкви?

Большинство кардиналов встретили его слова ворчанием.

— Это подорвет экуменическое движение и отбросит нас в средневековье!