«Если», 1998 № 10

Югов Михаил

Глава комитета закончил свою речь и сплел пальцы на раздутом животе, обтянутом серым жилетом. Генеральный секретарь поняла, что пришло время отвечать.

Она сделала глоток содовой из хрустального бокала.

— Не спорю, население государств, входящих в Паназиатскую коалицию, составляет большинство населения мира, — начала она неторопливо, подбирая обтекаемые дипломатические формулировки. — Однако решение о Вопросе должно быть единодушно одобрено всеми народами Земли.

— Решение следует поставить на голосование в Генеральной

Ассамблее и принять большинством голосов, — спокойно проговорил китаец. — Это — единственный демократичный и справедливый способ принятия решения.

— На решение у нас осталось пять дней, — напомнил вьетнамский делегат.

— Мы уже добились некоторого прогресса, — сказала генеральный секретарь. — Международный астрономический союз решил, что Вопрос будет передан с радиотелескопа в Пуэрто-Рико…

— Аресибо, — уточнил нетерпеливый вьетнамец.

— Благодарю вас. Астрономы послали инопланетянам предупреждение, что Вопрос будет передан с радиотелескопа в Аресибо, а все прочие сигналы с других установок следует игнорировать.

— Следовательно, ситуацию взяли под свой контроль американцы, — заключил китаец спокойным голосом человека, умеющего подавлять свой гнев.

— Вовсе нет, — возразила генеральный секретарь. — Аресибо — международный комплекс: там работают астрономы со всего света.

— Под наблюдением янки.

— Международный астрономический союз…

— В котором доминируют американцы и европейцы! — крикнул один из делегатов.

— Мы не потерпим их политику монопольного диктата!

— Решение должна принимать Азия!

Ошеломленная поведением делегации, генеральный секретарь заметила:

— Только что вы изъявляли желание, чтобы большинством голосов решение принимала Генеральная Ассамблея.

Китаец для разнообразия изобразил на бесстрастном лице печаль.

— Вчера мы позволили себе провести опрос среди членов Генеральной Ассамблеи.

— Неофициальный, — поспешил с уточнением вьетнамец. — Ни к чему не обязывающий.

— Разумеется, — откликнулась генеральный секретарь, удивляясь, что эта информация прошла мимо внимания ее осведомителей.

— Результат далеко не обнадеживающий, — продолжил китаец. — Мы получили более двухсот различных предложений.

— В высшей степени сомнительно, — резюмировал японский член делегации, — чтобы в оставшееся время Генеральная Ассамблея достигла согласия.

— Как же вы предлагаете решить проблему? — спросила генеральный секретарь.

Все, даже вьетнамец, посмотрели на китайца, главу делегации. Тот откашлялся и ответил:

— Мы формулируем Вопрос внутри своей группы и выносим его на ратификацию Генеральной Ассамблеи.

— Простым голосованием «за» или «против», — вставил вьетнамец.

— Это быстро.

— Понимаю, — сказала генеральный секретарь. — Это может принести успех. Впрочем, в случае, если Ассамблея проголосует против вашего предложения…

— Этого

не произойдет, — заверил китаец. — Государства, которые мы представляем, обеспечат большинство.

— Население ваших государств — это большая часть населения Земли, но они не представляют большинства стран-членов ООН, где каждый голосующий имеет один голос.

— Африканцы проголосуют, как мы.

— Вы уверены?

— Проголосуют, если хотят, чтобы мы продолжали им помогать.

Генеральный секретарь подумала, что, скорее, африканцы пожелают спросить инопланетян, как добиться независимости от Азии, но промолчала. Вместо этого она спросила:

— Вы определили, какой Вопрос хотите задать?

Левая щека китайца чуть заметно дернулась.

— Еще нет, — признался он. — Обсуждение продолжается.

— Насколько вы близки к выработке общего решения?

В кабинете повисла мрачная тишина. Наконец молодой вьетнамец нарушил молчание.

— Они хотят спросить, как достичь бессмертия! Какая ерунда! Спрашивать надо совсем о другом: как сократить рост населения.

— Мы и так знаем, как его сократить, — небрежно бросил японский делегат.

— Но известные методы не приносят результата! — возразил вьетнамец. — Надо понять, как внушить людям желание не размножаться бесконтрольно.

— Лучше спросить, что научит сдерживаться порывистых молодых людей, не ведающих почтения к старшим, — высказался седовласый делегат.

Генеральный секретарь с возрастающим унынием наблюдала, как спор перерастает в скандал. Азиаты перешли на крик, потом на визг. Когда закипела потасовка с применением приемов восточных единоборств, генеральный секретарь вызвала охрану и спряталась за спинкой кресла.

Телемагнат

— Это — величайшая сенсация с тех пор, как Моисей осушил Красное море! — восторженно вскричал Тэд Трамбл. — Я хочу, чтобы на решение задачи были брошены все наши силы.

— Да, шеф, — произнесли хором семнадцать исполнительных вице-президентов, восседающих за длинным столом.

— Повторяю: все силы!

Трамбл энергично перемещался вдоль стола, одетый в костюм яхтсмена: синий двубортный блейзер, белые брюки, цветастый галстук и кремовая рубашка. Сам он был рослый, поджарый, с густыми усами и волнистой шевелюрой — то и другое выкрашено в моложавый темнокаштановый цвет.

— Одним словом, — он так громко хлопнул широкими ладонями, что вице-президенты дружно подскочили, — я хочу лично взять интервью у инопланетян.

— Вы?! — воскликнул самый старший из вице-президентов.

— Именно. Причем, в прямом эфире!

— Но они не ответили ни на одно наше послание, шеф, — возразила вице-президентша, самая смышленная. Откровенно говоря, она превосходила сообразительностью вице-президентов обоих полов.

— Даже не пикнули с тех пор, как пообещали ответить на Вопрос, — подтвердил ее сосед справа.