Эскорт
Шрифт:
— Подтвердите получение письма.
[ Да ]
— Повторяю запрос — где вы находитесь на корабле? — надежды очень мало, но стоит попытаться.
[ Не знаю ]
— Ближе к носу или к корме?
[ Между ]
Ну, хоть какие-то координаты! Должен же человек помнить, куда влез. Но «между» — значит, за черной тучей, перегородившей ствол.
— Держитесь, мы движемся к вам.
[ Нет.
— Кого — «его»? Уточните!
[ Его. Он виден. Большой ]
— О чем вы говорили — «Он образовался»?
[ Он. Имя нет. Внешность видима. Слабость нет середины сердцевины где средоточие основа. Ядро нет. Ест у вас ]
У Форта начало складываться некое понятие, как будто…
…сложенное из кубиков.
Он не смог уловить, откуда пришел образ — выскочил из памяти без запроса и возник перед глазами. Что-то давнее, детское, почти напрочь забытое. Рыжий палас с пятнами пролитого сока — нет денег отдать его в чистку. Верещит, царапается в клетке ручной йонгер. На кухне мелодично звякнула микроволновая печка, мать достает дымящееся блюдо.
«Ал, иди кушать!»
«Сейчас, ма!» — он упорно ворочает кубики, добиваясь появления цельной картины. Принц и принцесса, дракон припал брюхом к земле. Не до обеда, не до матери — надо…
СОБРАТЬ КУБИКИ ПРАВИЛЬНО.
Груда деталей. Он — его еще зовут Албан Хассе, до смерти шесть лет, смерть далеко впереди — перебирает разрозненные платы, костяшки запоминающих блоков, а хозяин игорного салона спрашивает:
«Сможете собрать? Если сделаете — сорок бассов ваши».
«Это не по закону. Игральный автомат без регистрации… вас оштрафуют, а меня лишат лицензии».
«А кто узнает? — улыбается хозяин. — Вы и я, нас двое. Сорок пять — по рукам? Все в городе делают так. Акцизное клеймо я сам организую, пусть это вас не волнует».
СОГЛАСИСЬ. НИКТО НЕ УЗНАЕТ.
Лицо хозяина, похожее на кусок сала, подергивается огненными трещинами; рука поднимает пистолет ко лбу молодого наладчика. Но… этого не было! Мы расплевались, и я ушел, хлопнув дверью!
«Соглашайся, парень. Ты что, самый честный выискался?.. Ну?! Иначе пулю в голову. Сейчас. А вторую в сердце. Хочешь? ХОЧЕШЬ?»
Их было двое. Они достали из-под плащей автоматы. Кто-то закричал: «Нет! Не делайте этого!» «Салон закрыт навсегда», — весело сказал киллер постарше. Албана отбросило очередью на экран, где крутились виртуальные колеса счастья — лимоны, джокеры, вишенки, яблочки. «Не довезем, — пророкотало в глохнущих ушах. — В клинику Гийома, живо». «Хассе, Албан, 27 лет, ИНН 840-238-505-412-57. Есть завещание на безвозмездное изъятие роговиц, почек, сердца…» — «Кому-то повезло. Кроме сердца; дырявое…».
— Треугольники, — он возвратился в реальность на голос Далан.
— О чем ты?
— Это игра-мозаика. Я вспоминаю. Собирают всякие узоры.
[ Берегитесь ] — напечаталось в визоре,
ЗАЩИТА ОТ ПРОГРАММНОЙ ИНВАЗИИ! — приказал Форт мозгу. Почти ощутимо сработала блокировка, закрывая все до того незащищенные доступы.
— Ты не сходишь с ума? — строго спросил он штурмана.
— Немножко, — фыркнула она. — Мне померещилось.
— Что?
— Что я личинка. Для роста ума играла в треугольники.
— «Берегитесь» — чего? кто вы???
[ Кэн Мерфанд ] — майлер передал сообщение, как нечто само собой разумеющееся.
— Вы мертвый? — ничего умнее Форт спросить не смог.
[ Да ]
— Ну и как там? — игра в письма уводила далеко, туда, откуда выводят под руки мускулистые санитары.
[ Некорректный вопрос. Ответ на пред-предыдущий. Он запрошивает память на сходство. Совпадение случая. Уровень чувства. Слов нет. Слова не его ]
— Кто этот «он»???
[ Он. Внешность оболочка. Ядро нет. Ядро разделение. Соединять нет нет нет нет. Нельзя ]
— Сейчас я поверю в то, чего не бывает, — предупредил Форт штурмана, словно этот момент был особенно опасным. — У нас на борту говорящий мертвец и облако, которое взламывает память.
— Вы предполагали — сотни мертвецов.
— И одного хватит, чтоб рехнуться.
Спохватившись, Эш открыла себе оконце майлера, но увидела только последнее письмо.
— Капитан, вы держите связь с пострадавшим? Мне не все ясно в ваших переговорах.
— Не отвлекайся. У нас спиритический сеанс, коннект с загробьем. Далан свидетель, что не вру.
— Вы серьезно?.. — недоверие сквозило в каждой нотке голоса Эш.
— Если почта правдива, с нами говорит владелец багажа из отсека 14. Смутные речи он ведет! Но убедительные. Возможно, то, что в стволе, действует на наши мозги. Как тебе.
— А может… он не мертвый? — усомнилась Эш. Религия религией, но после академии поневоле в чем-то станешь вольнодумной. — В каком-нибудь особом состоянии?
— В гибернации люди не общаются. И модуль 80-2 — не гибернатор, а стандартный гроб. Тара для перевозки умерших по космосу.
— Немыслимо, — голос Эш встрепенулся, как пламя, лизнувшее спирта. — О, это… чудо! Значит, потусторонняя жизнь есть?!.
[ Вы близко к ней. Ближе, чем хотите ]
— Вы в курсе того, что у нас происходит?
[ Целиком. И мое участие плюс ]
Форт услышал шаги из облака, обрывки разговоров, кашель, смешки. Шли операторы дальнобойных орудий — смена покидала пост управления дегейтерами, посылающими разрушительные пучки сквозь пространство скачка. Он сразу понял, что сверхчуткие уши Далан не воспринимают ни один из этих звуков, — они предназначались для него, даже больше того — рождались в нем. Он вспомнил эпизод из своей второй жизни.