Эскадрилья-призрак
Шрифт:
На одной из коек лежал Келл Тайнер, и вид у алдераанца был неважный. Келл был бледен и сумрачен. Он тоже посмотрел на командира и судорожно сглотнул в ожидании взбучки.
– Не понимаю, как тебе это удается, - сказал Ведж.
– Так все классно сделал, а потом пустил банте под хвост.
Тайнер не стал возражать.
– Иесмин погибла из-за меня. Я знаю.
– А я о другом, идиот! В смерти Иесмин виноват пират из того корыта, который ее обстрелял. Виноват поврежденный компенсатор. Виновато ее тело, потому что она потеряла сознание, вместо
Келл съежился от ярости в голосе Веджа.
– Тогда в чем же… - пробормотал он.
– Где я… что я сделал не так?
– Вот это не так, - Антиллес указал на него, широким жестом обвел медицинский отсек.
– Лежишь тут, переживаешь неудачу. Разваливаешься на куски. Все мы сегодня потеряли хорошего друга, а кто валяется в лазарете? Ты. У Мина Дойноса контузия, а он уже сидит у себя в каюте. А тебе понадобился присмотр врача и уход. Может, еще завтрак подать в постель или вынести за тобой горшок? Вдруг не справишься!
Келл начал что-то говорить, потом прикусил губу.
– Так что вставай и надевай штаны, - приказал Ведж.
– Мне нужно, чтобы ты обыскал пиратскую базу на предмет взрывчатки и мин. И мне не нужно, чтобы ктонибудь из наших потерял руки или головы, когда мы начнем исследовать склады. Ты нужен нам.
Тайнер привстал, лицо его исказилось от боли. С точки зрения Антиллеса, все это выглядело как судорога.
– Что, силенок не хватает?
Издевки в голосе было ровно столько, чтобы ее можно было заметить, не больше.
– Ты вдруг понадобился кому-то, а ножки не держат? Ты нужен нам, Келл, мы рассчитываем на тебя. От тебя зависят наши жизни. Прямо сейчас. Так что произойдет дальше?
Келл встал на ноги. Выражение его лица было интересным - смесь боли и злости. Тайнер чуть было не согнулся пополам, но все-таки выпрямился. Антиллес с любопытством наблюдал за прогрессом.
– Разрешите говорить свободно, сэр?
– Рискни.
– Каждый раз, когда вы произносите вдохновляющие речи, мне хочется избить вас до полусмерти.
– А получится?
– со злым азартом поинтересовался кореллианин.
– А как, по-твоему, я себя чувствую, когда ты хлопаешься в обморок, едва только на тебя падает хоть капля ответственности?
Он повернулся на каблуках и вышел.
И только в коридоре Ведж сообразил, какой будет следующая задача. Больше всего хотелось вернуться в лазарет. Он предпочел бы устроить с Тайнером диспут длительностью часов на десять, лишь бы не приступать к ожидающей его обязанности. А еще лучше - раздразнить Келла так, чтобы тот действительно кинулся на него с кулаками и избил до полусмерти.
Некоторое время дело еще можно было откладывать. Можно составить рапорт о налете на пиратскую базу. Можно придумать рекомендации… например, предложить Республике вступить во владение базой, просто так, на случай, если та вдруг окажется полезной в войне.
Но, как ни крути, потом все равно придется сесть за стол и написать адмиралу Акбару о смерти его племянницы.
В капитанских апартаментах, когда-то роскошных, а ныне пустых настолько, что между голыми переборками гуляло звонкое эхо, горела одна-единственная настольная лампа Перед Веджем лежала персональная дека. На клавиатуре терминала работа спорилась бы лучше, но сегодня ночью процесс стопорила вовсе не аппаратура. Отыскать правильные слова оказалось почти невозможным.
Сэр, боюсь, это письмо окажется дурным вестником…
Ведж с ненавистью перечитал строчку. Дурным вестником… Избитая, банальная фраза, к тому же еще и не верная. Письмо не может быть вестником, им будет тот, кто принесет его адмиралу. Возможно, обычный корабельный терминал.
Ведж очистил экран.
Сэр, хотел бы я отыскать способ смягчить новости…
Нет. С таким вступлением Акбар, если каламари чувствуют точно так же, как люди, испугается… и тут же узнает, насколько оправдан страх.
Он очистил экран.
Сэр, с сожалением информирую вас о том, что ваша племянница Йесмин…
Акбару отлично известно, кем ему приходится Йесмин.
Экран вновь очистился.
Сэр, я сожалею…
Чушь какая-то… Формально, безлично. Они с адмиралом никогда не были близкими друзьями; они всего лишь вместе служили. Но Ведж всегда уважал мон каламари как старшего офицера, как учителя и чувствовал, что Акбар питает к нему ответное уважение.
И сейчас он сочувствовал адмиралу. Ведж знал, что значит терять, узнал в тот день, когда взлетающий пиратский корабль уничтожил заправочную станцию, на которой работали и жили родители. В тот день он потерял дом, семью, прошлое. Все, что осталось ему, - будущее, которое никогда не казалось особо радужным.
Но ведь у Акбара все наоборот, нет? Йесмин не была прошлым, она принадлежала будущему. Разве так не хуже?
Ведж нашарил бутылку, глотнул прямо из горлышка и без особого успеха попытался привести мысли в порядок. Уже много раз ему приходилось писать родственникам погибших пилотов. Ему уже не должно быть равных в сочинении подобных писем. Если честно, Ведж немного гордился, что испытывал трудности, составляя такие послания.
Ведж в который раз очистил экран деки.
Затем написал: "Сэр, мне выпала печальная обязанность сообщить вам о смерти Йесмин…"***
Келл успел расстегнуть комбинезон и даже стянуть с себя верхнюю часть, когда дверь его каюты открылась и вошла Тирия Саркин.
Гостья осмотрелась и нажала клавишу замка. Дверь закрылась.
Келл тупо рассматривал визитера. Тирия молчала, а лицо у нее было встревоженное и напряженное.
В конце концов Келл не выдержал.
– Разве никому из нас не следует пошутить?