Эскадрилья-призрак
Шрифт:
Дойнос пожелал генералу удачи.
– Мулька, можно как-нибудь увеличить скорость?
НЕТ.
Мин принялся раскачиваться на сиденье вперед-назад, как будто мог этим движением подстегнуть "крестокрыл".
На дисплее ДИ-перехватчик и "ашка" пошли на сближение.
Мин нахмурился. Чего добивается Креспин, решив сыграть в лобовой таран с пилотом, который согласен обменять свою жизнь на дополнительное время для своего адмирала?
Эссион и самый большой из его спутников остались далеко позади. Перехватчики начали разбег.
Успокойся.
Сиди он, Мин Дойнос, в "ашке", которая пытается таранить перехватчик, пока два других, более важных, спокойно уходят, как бы он поступил?
Лазерные пушки у "ашек" поворотные, пилоты этих крохотных скоростных машин не устают хвастаться этим фактом. На месте Креспина Мин сохранял бы прежний курс, но развернулся бы на девяносто градусов по продольной оси, а орудия приподнял бы, тогда бы и адмирал и второй телохранитель оставались бы у него на прицеле.
Дойнос сверился с приборами. Да, генерал действительно развернул свою птичку. Выстрелы перехватчика прошли мимо, не нанеся никакого вреда. Сам Креспин не собирался стрелять в ответ, его целью по-прежнему были два удаляющихся "жмурика".
Мин ударил себя кулаком по лбу, отбил пальцы о шлем Он понял. Креспин будет сближаться с противником лоб в лоб, пока для маневра почти не останется места, а затем выпустит кумулятивные ракеты. Противник не сумеет от них уклониться, этого самоубийцу разорвет в клочья, а генерал отправится расстреливать оставшуюся двойку.
Куда же они будут прыгать? Тригит сейчас идет впереди, телохранитель непосредственно за ним, а Креспин расходится с ними под небольшим углом. До тех пор пока системы перехватчика будут предупреждать адмирала о захвате в прицел, Тригит будет уходить в сторону, чтобы его охранник по-прежнему оставался на линии огня.
Мин улыбнулся бы, но губы онемели и не хотели слушаться. Он переключил систему наведения на протонные торпеды и прицелился в пустующее пока пространство впереди "жмуриков". Для захвата в прицел далековато… ну и ладно, зато в пределах досягаемости. Если выстрелить под правильным углом, торпеде будет все равно, она сама наведется на источник тепла - дюзы "жмуриков" вполне подойдут.
Мин ждал и раскачивался на сиденье, подгоняя машину. Фалинн, ты же смотришь? Правда, смотришь?
Четверть щелчка. Креспин отвалил в сторону первым, но вдоль его прежнего курса прошли две полоски света. "Жмурик" нарвался на выстрел и вспыхнул, словно сухой ком травы, жертва двух кумулятивных ракет и плохо выбранной тактики. Креспин остановил вращение машины и вновь перенаправил пушки.
Как и ожидалось, Тригит и его телохранитель мгновенно ушли с линии огня. Мин нажал на гашетку.
Первая - за Фалинн, вторая - за "Когтей"…
Поворотные лазерные пушки Креспина отыскали дюзы второго "жмурика", перехватчик
Вновь щелкнул динамик комлинка. Голос Тригита: - Креспин, я бы хотел пересмотре…
Первая торпеда прошла сквозь прорезь скошенной солнечной батареи и ударила в шов между передним иллюминатором и обшивкой. "Жмурик" взорвался. Вторая, ненужная уже, торпеда влетела в огненный шар и с другой стороны не вышла.
А затем ничего не осталось, кроме сипения помех в динамике, одинокого синего огонька на радаре и пустоты.
"Ашка" начала неторопливый ленивый разворот к Эссиону.
– А ты - снайпер, сынок.
– Знаю.
Мин тоже заложил вираж; он чувствовал себя смертельно усталым.
В груди было так пусто и холодно, что вакуум за бортом казался курортом. Но за Когтей Мин отплатил. И, наверное, теперь одиннадцать хороших пилотов, один всегда готовый помочь астродроид и женщина с Татуина, которая так и не успела поверить, насколько она хороша, сумеют уснуть спокойно.
31
Красиво, думал Келл Тайнер. Почти как на Сторинале, а может, даже красивее. Ее так… не так продуманно. Не искусственно. Планета называлась Борлейас. Когда-то здесь располагались биомедицинские исследовательские лаборатории, некогда принадлежавшие Империи, позднее на них наложила лапу Новая Республика Сейчас тут находилась тренировочная база летчиковистребителей.
Транспортник, спасенный ими на Фолоре, носил имя этой планеты. Келл решил считать это добрым предзнаменованием. Он вроде бы как имел право находиться здесь.
И Келлу было здесь хорошо. Он валялся на пляже и грелся на солнце. Ему даже удалось отыскать надувной матрас нужного размера - чтобы вместить и свою собственную крупную тушку и чтобы осталось место для Тирии. Униформой на сегодняшний день считались плавки и купальники. Чем меньше одежды, объявил Ведж Антиллес, тем лучше. Рядом на полотенце медленно нагревались недопитые бутылки, но в небольшом рефрижераторе еще хватало напитков.
Призраки и экипаж "Ночного гостя" бродили по пляжу, плескались на мелководье, безмятежно дрыхли в тенечке, гонялись наперегонки на гравициклах или распивали ломин-эль. Мин Дойнос сторонился остальных, но далеко не уходил, лежал на матрасе, погруженный в собственные мысли.
Фанана все еще не выпустили из госпиталя, где ему залечивали селезенку, пробитую мелкими обломками во время катапультирования. Когда Келл пришел его навестить, Тон объяснил: - Я чуть не изошел желчью, вот и пришлось сделать несколько дырок для вентиляции.
Келл ждал, что Фанан заговорит еще на одну тему, но киборг не проронил ни слова. Остальные Призраки тоже молчали. Командир вообще делал вид, что ничего не произошло, хотя всем им было известно о… ну, о небольшом происшествии возле Эссиона. А еще эскадрилья знала, что теперь с Келлом все в порядке.