Эскадра
Шрифт:
– Договорились.
Последний месяц я взял за привычку каждый вечер выгуливать Лару за чертой города. Октябрь в Лукоморье из-за климатических корректоров ещё довольно комфортный месяц, примерно, такой как начало сентября в Москве. Конечно, через невидимую стену климатического барьера уже пробирались северные ветры, и изредка моросили холодные дожди, но, не смотря на то, что окрестные сопки уже припудрил снежок, в Лукоморье мы всё ещё наслаждались неярким осенним солнышком. Мы с Ларой прогуливались по галерее вдоль реки, когда увидели идущую навстречу парочку – Соню и Аркадия. Поздоровались
– На свадьбу то позовёте? – я был искренне рад за друга.
– Нет, конечно, – осклабился Марк, – свидетелей не зовут, свидетели и так должны быть при молодожёнах.
– Э, нет, дружище, – я вежливо возразил, – у Лары срок подходит, две-три недели осталось. Сам понимаешь нам не до того будет.
– Тогда приглашаем, – проговорила Соня, – через месяц, если моего ненаглядного куда-нибудь не утащите в командировку.
– Обещаю. Никаких командировок. Медовый месяц – это святое.
Попрощались и потихоньку направились домой.
– Повезло Аркадию, – я вздохнул с облегчением.
– И Соне тоже повезло. Дай бог им счастья.
Утро следующего дня, началось, как обычно, с лекции профессора Луцкого:
– На рубеже 1900 и 1901 годов после недолгой болезни в Англии умерла королева Виктория, унеся с собой в небытие целую эпоху. А на английский трон под именем Эдуард VII сел принц Уэлльский. И по непонятной причине эти два события почему-то резко обострили ситуацию во всех горячих точках.
В Маньчжурии вдруг объявились, казалось бы разгромленные и уничтоженные, банды ихэтуаней, а в демилитаризованную зону вступили регулярные китайские войска. Россия заявила решительный протест. Но неожиданно резко вмешались Англия, США и Япония, выступившие против русского присутствия в Маньчжурии. И, как по заказу, одновременно вспыхнули студенческие волнения в крупных российских городах.
Международные отношения продолжали накаляться. Однако после выступления в рейхстаге германского канцлера фон Бюлова в поддержку России, Германия вышла из антироссийской коалиции.
Прошло ещё две недели, и усилиями Англии и Японии окончательно рухнули китайско-российские договорённости. Одновременно через своих агентов влияния англо-японские спецслужбы спровоцировали широкое стачечное движение в России. Именно тогда в конце мая началась знаменитая забастовка на военных Обуховских заводах, в которой произошли серьёзные столкновения забастовщиков с полицией.
Со скрипом и рецидивами, так или иначе, усилиями европейской коалиции приблизился конец кровавого восстания ихэтуаней. В ходе тяжёлых боёв в провинции Ляонин в декабре была разгромлена армия мятежников, после чего восстание захлебнулось. Кое-какие очаги иногда появлялись, но уже в январе следующего 1902 года последние банды были добиты.
Страны победители вынудили Китай подписать договор, по которому он обязался выплатить в течение 39 лет 16650 тонн серебра и 4% годовых (739 млн. долларов) за рассрочку.
В конце января 1902 года Англия и Япония ратифицировали договор, по которому они обязались совместно отстаивать свои интересы в Китае и Корее. Франция и Россия признали англо-японский договор, но оставили за собой право тоже отстаивать в Китае и Корее свои собственные
Однако после утверждения в Петербурге договора, в российском правительстве начались интриги, связанные с корыстными интересами группы политиканов и финансовых воротил из числа так называемой «Безобразовской клики», задумавших обогатиться на афере, связанной с захватом и спекуляцией маньчжурскими землями. Влиятельным аферистам удалось убрать Витте с поста министра финансов, и вопреки договору задержать российские войска в Маньчжурии. По этому поводу Япония заявила резкую ноту протеста.
В воздухе ощутимо запахло войной, которая и началась на Дальнем Востоке в ночь с 26 на 27 января по старому стилю 1904 года.
На этом лекции Луцкого о предыстории Русско-японской войны закончились.
В полдень вместе с профессором Артемьевым мы зашли в лабораторию, в которой посреди помещения в мерцающей сфере медленно крутился Коловрат.
– Четыре компа и один мощный сервер в этом помещении полностью изолированы, – почему-то шёпотом проговорил профессор, – а на время эксперимента все иные компьютеры разобщены, переведены в спящий режим или отключены.
– Зря, – мне стало немного смешно и досадно, – для Мелиты спящий режим не препятствие. А наши коммуникаторы вы не рассматриваете, как входные каналы в систему? А теперь представьте «дальнобойность» Мелиты, если её узел находится в районе озера Калыгирь, а терминал – здесь. Так что напрасно работу остановили.
– И что же, – покосился профессор, едва сдерживая раздражение, – прекратить эксперимент?
– Ничего не надо прекращать. Если бы она захотела нам навредить, давно бы навредила, и нас бы не спросила. Работаем, – и я протянул руки к сфере.
«Привет, Мелита». «Привет, Павел. – в голове прозвучал убаюкивающий голос, – Я уже начинаю привыкать к нашему общению». «Я тоже. Конечно, хотелось бы не только слышать, но и видеть тебя, тогда было бы общаться намного интереснее». «Но у меня нет образа, я же рассеяна по всей планете, и я всего лишь устройство».
Мне показалось, что последнюю фразу она произнесла с сожалением. Похоже, она и вправду испытывает и эмоции. Охренеть, это же явные признаки разумной личности!
«Так в чём же дело? Ты наблюдаешь за людьми уже десятки тысяч лет, через твои терминалы прошли миллионы разных женских образов. Попробуй на основе своего представления о гармонии и красоте создать из них некий сборный образ идеальной женщины». «А что это интересно. Сейчас попробую, подожди немного».
В моей голове начали мелькать тысячи образов, аж замутило от этакого мельтешенья. И через пару минут появилось лицо женщины лет двадцати. Прекрасное, удивительное лицо с правильными чертами, большими светло-карими глазами, мягким овалом лица, чётко прорисованными чувственными губами и светлыми волнистыми волосами. Красивое, но слишком правильное лицо, которых в жизни не бывает. Однако молодец Мелита. Если у неё присутствует чувство прекрасного, то она, действительно, личность, а потому с ней и общаться надо по-человечески.