Еще один мальчик
Шрифт:
— Что же нам делать с ЗОТИ, Фурочка? Так и мучить несчастных претендентов каждый год?
— Попробуйте Гарри Поттера, Минни. Он не первый раз побеждает Сами–Знаете–Кого, вдруг да и с его заклятием справится!
— Действительно, Гарри вел в школе отличный кружок по Защите от Темных Искусств, — припомнила Минерва.
Предсказание Фурии сбылось. Гарри взялся за должность и не покинул ее через год. На данный момент он работал профессором ЗОТИ уже семь лет.
А тем временем в Хогвартсе… (окончание)
Ньюфаундленд
Да, у Гарри Поттера выросла чудесная семья.
За эти годы он женился на любимой Джинни и трижды стал отцом; его семья, семья профессора Поттера, жила в Хогвартсе.
Хотя я признаюсь, что и здесь хронология своеобразна. Как во многих событиях, вы, наверно, заметили? Она не совпадает с хронологией, знакомой вам по мисс Роулинг. Да, профессор Поттер женился на мисс Джинни и произвел на свет детей несколько раньше, чем упомянуто в ее эпилоге.
Надеюсь, вам не помешает читать это досадное недоразумение.
За эти годы многие герои Армии Дамблдора женились и обзавелись детьми.
И дети даже начали поступать в Хогвартс! Кто бы мог подумать, как быстро летит время…
Но Гарри смирился, что детей некоторых своих бывших однокурсников никогда не увидит.
Это было больное место теперешнего Хогвартса. Реформы Министерства магии и нынешняя администрация устроили не всех. Традиционные письма, рассылаемые летом будущим первокурсникам, возвращались не только с подтверждениями, но и с вежливыми отказами.
А количество учеников — это количество денег; это касса Хогвартса. Предположим, сначала Гарри был рад большинству отказников — он и не хотел бы их видеть в Хогвартсе. Очевидно, что взаимно!
Но постепенно назрела проблема, что Хогвартс не увидит не только их, но и их денег.
Как мои мудрые читатели уже поняли, отказы слали в основном противники политики Дамблдора, люди, так или иначе связанные с УпСами, и вообще потенциальные слизеринцы.
Мисс Витч считала, что без них Хогвартс будет только чище. Мисс Витч так же справедливо замечала, что очень проблематично ночью кидаться в папашу своего ученика авадой, а утром, если обоим повезет выжить, обсуждать с ним успеваемость отпрыска по трансфигурации.
Неестественно, когда в одной школе за одной партой сидят дети, родители которых буквально стреляли друг в друга.
Гарри очень не хотел бы учить детей Драко Малфоя — и Малфои не хотели бы у него учиться.
Но Малфои были одной из самых богатых и влиятельных семей магической Англии. Если они на свои деньги будут развивать Дурмстранг, а не отечественный Хогвартс, кто выиграет?
Отказники составляли косяк старой элиты Англии. Собственно, они потому и позволяли себе роскошь отказать, что могли собрать ребенка на дорогущее обучение за границей.
А те, кто не мог этого себе позволить, оставались в Хогвартсе.
Гарри смотрел, как Витч решительной походкой пересекает поляну.
— Здравствуйте,
— И Вам добрый день, профессор. Подсчитали голоса?
Витч усмехнулась.
— Славная шутка. 15 отказников, 80 согласий. В отказе Боргины и Блоттсы…
— Этого и следовало ожидать…
— Неожиданно подтвердили Олливандеры. Большая победа.
— Олливандеры? Слагхорну надо поставить памятник.
— На памятник денег нет. Но победа достойная, не представляю, как Гораций их уломал. Они миллиардеры.
— Слагхорн мучил их все лето.
— Гораций, когда захочет, может добиться чего угодно… Придется повысить ему жалованье.
— А Вы еще хотели отправить его на пенсию…
— Горацию цены нет, но вечно удерживать его на должности мы не можем. Он и сам постоянно ноет, что устал. Набивает себе цену, конечно… Но доля истины в том есть. Гораций не молодеет.
Если на профессоре Витч лежало выбивание денег из Министерства, то бессменный декан Слизерина, профессор зелий Гораций Слагхорн взял на себя отказников–слизеринцев. Профессор долго и упорно обрабатывал бывших учеников, используя все свои слизеринские хитрости, чтобы уговорить оставить своих детей в Хогвартсе.
— Скажем, выполнять обязанности и декана, и преподавателя Горацию тяжело, значит, стоит снять хотя бы часть?
Витч вздохнула.
— Тут сложность. Мы не можем просто так взять и назначить нового декана Слизерину, их капризное общество его не примет! Вечно сложности с этими слизеринцами… Декана они себе как бы выбирают сами. Нельзя взять кого-то, не посоветовавшись с ними… Они еще и подумают, но не одобрят! Они находят кандидата, вот Гораций говорил, что ведет переговоры с мадам Анной де Бейль из Швейцарии… А нас информируют, и наше дело подписать назначение. Штемпель поставить. Словно они, а не мы, директоры школы!
— Профессора зелий тоже так трудно найти?
— На нашу ставку профессора зельеварения с зарплатой — да. Никто не хочет слушать, что в Англии только–только закончилось военное время и надо подтянуть пояса…
Гарри вспомнил собственную зарплату и вздохнул. Не будь у него наследства в Гринготтсе, содержать семью из троих детей было бы тяжко.
— Зато в этом году поступает сын Джорджа Уизли, — высказалась Витч. — Можно привлечь Джорджа в Совет попечителей. Джордж с удовольствием поможет родной школе, и он гриффиндорец и член Ордена феникса. Я бы очень на него надеялась.
Гарри кивнул, он любил семью Джорджа Уизли, своего шурина, и двух детей Джорджа, своих почти–племянников.
Он радовался, что дело Джорджа процветает, сеть магазинов открыла филиалы на трех континентах.
Он радовался и тому, что Рон, компаньон Джорджа, тоже нашел свое семейное счастье. Он недавно женился на секретарше компании, они ждали ребенка.
Это Рон, который два года как утверждал, что никогда не женится!
Что все женщины — изменницы!
Хорошо, что его многолетняя рана от потери Гермионы наконец зарубцевалась.