Ересь ацтеков
Шрифт:
— Вы смотрели слишком много фильмов с Мелом Гибсоном, — проворчал Гарса. — Майя не тратили время на то, чтобы вырезать людям сердца. У них была империя, которой требовалось управлять. Коммерция. Торговля. Сельское хозяйство. Содержание армии.
— Наука, — тихо добавила Финн, направив бинокль на темную полосу перед курганом. — Это миниатюрный coyocan.
— А что такое coyocan? — спросил Гвидо, с тихой дрожью стряхивая с запястья гусеницу агава.
— Улитка на языке майя, — объяснила Финн. — Эта штука
— Но зачем строить ее здесь? — спросил Гарса.
— Не знаю, — ответила Финн. — И почему она такая маленькая? Словно они хотели сохранить ее существование в тайне.
75
Чичен-Ица — политический и культурный центр майя на севере полуострова Юкатан.
— Что ж, возможно, у них были именно такие намерения, — сказал Гарса.
— А как насчет бомб? — спросила Финн, возвращая бинокль Гарса.
— Они исчезли, — ответил мексиканец. — Отсюда видны следы земляных работ.
— Может, они внутри храма? — предположил Билли.
— Сомнительно, — откликнулся Гарса, снова вглядываясь через бинокль. — Справа тропа. Складывается впечатление, что они выкопали бомбы и утащили их куда-то на север.
— Ладно, — сказал Билли. — Вы узнали, куда исчезли ваши бомбы, мы посмотрели на храм, меня поели москиты и множество других отвратительных существ, обитающих на полуострове Юкатан. Можем мы теперь считать, что разведка закончена, и начать поспешное отступление? — Англичанин вздохнул. — Я бы не отказался от пинты пива «Твайтс бест» прямо сейчас.
— Пока что мы останемся на месте, — ответил Гарса. — Речь идет о третьей мировой войне, а не о парочке фейерверков.
— А я хочу знать, почему обсерватория майя оказалась в таком безлюдном месте, — заявила Финн.
— Здесь повсюду безлюдные места, — проворчал Билли.
Гарса продолжал изучать прогалину в бинокль. Наконец он опустил его на землю и повернулся к Финн.
— В некотором смысле я готов согласиться с его светлостью, — сказал мексиканец. — Гусман и его люди почти наверняка находятся где-то рядом. Оставаться здесь было бы глупой бравадой. Через четыре или пять дней я смогу вернуться с большим отрядом. И будет гораздо лучше, если вы и ваши друзья окажетесь подальше отсюда.
— Гусман однажды уже перевез бомбы. Он способен сделать это снова, — возразила Финн. — Вы говорили, что тут могут быть замешаны кубинцы. Они сумеют доставить бомбы на побережье, а потом переправить на Кубу?
— До нас доходили слухи… — с сомнением проговорил Гарса.
—
— Всякая ерунда. Поговаривают о призрачной подводной лодке, которую Гусман использует для перевозки наркотиков.
— Кубинская подводная лодка? — фыркнул Эли Санторо. — У них не хватает бензина, чтобы заправить лимузин, подаренный им несколько лет назад Тедом Тернером, не говоря уже о подлодке. Полная чушь.
— У кубинцев имеются друзья в Венесуэле, которые им симпатизируют. Не позволяй своему патриотизму тебя ослепить. Если Фидель захочет сохранить подводную лодку в игре, у него найдутся для этого возможности. К данной версии в моем офисе относятся очень серьезно.
— Значит, они могут вывезти бомбы с Юкатана?
— Вполне возможно.
— Должно быть, у вас есть план, — сказала Финн. — Вы имели представление о том, что нас здесь ждет. Я не верю, что вы пришли сюда вслепую.
— Совершенно верно.
— И каков ваш план?
— Обезвредить бомбы. Если потребуется, уничтожить плутониевое ядро.
— Обезвредить — значит взорвать?
— Вынуть ядро, взорвать все остальное. Одно мы знаем точно: у кубинцев нет ядерной программы.
— Но они могут продать плутоний?
— Да.
— Вы в состоянии сделать это самостоятельно, без своих людей? — спросил Билли.
— Мне потребуется кое-какая помощь. Человек, разбирающийся в электронике.
— Тогда вам нужен я, — заявил Эли.
— И физическая сила.
— Не забывайте обо мне, — сказал большой лысый голландец. — Ik heet Гвидо Дерлаген.
— Но это проблема Мексики. Я не могу допустить, чтобы вы оказались вовлечены в дело, которое вас не касается, — сказал Гарса, качая головой.
— Взрывчатка у вас есть?
— В рюкзаке, — ответил Гарса. — Два кумулятивных заряда.
— А радиация? — спросил Билли. — Вы ведь не просто так носили с собой приборы.
— Ну, это не проблема, во всяком случае, при небольших промежутках времени, — объяснил Гарса. — Сердечники бомб покрыты шестиугольными пластинами взрывчатки. Плутоний получают из специальных плутониевых реакторов или как побочный продукт работы атомных реакторов. Плутоний, который производится специально для этих целей, имеет сравнительно невысокое содержание плутония-240, менее семи процентов, и называется ядерным материалом для атомного оружия. Коммерческие реакторы способны производить плутоний с содержанием Pu-240 с концентрацией более двадцати процентов, он называется реакторным, но из-за того, что такое вещество опасно в обращении, делать из него бомбы невыгодно. Ядерный материал намного дешевле. Для работы с ним потребуются резиновые перчатки. Чтобы обезвредить бомбы, достаточно отделить ядро от кумулятивного заряда. И если утопить их в озере, то на данном этапе этого будет вполне достаточно.