Эпсилон Эридана
Шрифт:
ДАЛЬНЯЯ КОСМИЧЕСКАЯ СВЯЗЬ.
ЛАЙНЕР ГАМАМЕЛИС — ТК ЗВЕЗДНЫЙ ВИХРЬ.
Приступил жесткому торможению. Прибуду через 3 геомесяца. Десантные группы сформированы.
КАРАДЖИЧ.
10. ТРАНСЦЕНДЕНТНЫЙ КАНАЛ
Настало время, когда в прежде густонаселенной базе «Орешец» остались только двое ветеранов из прежней Рональдовой команды. Словно почуяв, что при дальнейшем промедлении можно остаться без добычи, появились макулы.
Первая из них
— Что, силенок не хватает? — сочувственно спросил Игнац.
Но тут приползла вторая, потом еще одна. Вместе они так ткнулись, что от вибрации купола вокруг базы загудел воздух.
— Это уже не шутки, — нахмурился Хосе. — Вызываю Мбойе.
— Вижу, — откликнулся Александер. — Потерпите немного, высылаю Бертрана.
— Барановский ближе.
— Яцек пока занят. За Ио с Франческой гонится еще одна макула.
— Вторая?
— Да. Первая отрезала их от флигеров. А вторая…
— Что — вторая?
— Вторая умеет летать.
Игнац и Хосе переглянулись. Хосе пробарабанил пальцами по окну. Сквозь него было видно, что на границе энергетического барьера разрастается чернота.
— Такого еще не бывало.
— Поэтому быть не может?
— Не утверждаю.
Макулы уплощались, растягиваясь вдоль барьера, часть подлезала снизу, отчего «пол» силового поля деформировался и приподнимался.
— Удивительно, — сказал Хосе, — неужели поле представляет для них серьезное препятствие?
— Не вижу другого объяснения.
— А я вижу, — сказал Игнац. — Что, если они притворяются?
— Зачем?
— Боюсь, что скоро узнаем.
Хосе нажал кнопку вызова. Вместо Мбойе откликнулась Маша.
— Не пора ли нам покинуть базу? — спросил Хосе. — У нас есть спасательная ракета.
Маша отрицательно качнула головой.
— Ио и Франческа успели взлететь на одном из уцелевших «Годдардов». Сейчас они имеют скорость четыре километра в секунду, но макулы не отстают. Это значит, что на ракете вы не убежите, а защита базы пока эффективна.
— Что же делать?
— Ждать.
— Бертрана?
— Нет. При том количестве макул, что вас окружает, возможностей дестроера не хватит. Ждите нас всех.
— Не понял.
— Мы только что сбросили аннигиляционное топливо внешней подвески, — спокойно пояснила Маша. — «Вихрь» снижается.
— Вы войдете в атмосферу?!
— Только в верхние слои. Будем цеплять вас энергетическим ковшом.
— Маша, отмените маневр! — вдруг вмешался Игнац. — Похоже, именно этого макулы и добиваются! Используется принцип наживки. И самая крупная рыба — это "Вихрь"!
Маша еще раз качнула головой.
— Выбора нет. Мы не можем вас бросить. Кроме того, рано или поздно, но решительная схватка неизбежна. А пока… Соберите половинки базы воедино. Это позволит уменьшить поверхность защитного поля. А плотность увеличится.
— Понял, — сказал Хосе. — Выполняю.
Обе полусферы базы пришли в движение. Обратившись срезанными поверхностями друг к другу, они слились в единый шар. База перекатилась
— Может, и пронесет, — неуверенно сказал Игнац.
Хосе с сомнением пожал плечами. Из грунта выпячивались все новые макулы.
— Растут как грибы…
Черная пелена над «Орешцем» сомкнулась. Но мощь всех реакторов корабля уже потекла в щупальца силовых полей. Гильгамеш вылепил из них полую трубу, которой упорно продавливал слой макул. Через несколько секунд звенящей тишины, царящей на борту, спасительная рука крейсера соприкоснулась с энергетическим куполом станции. Внизу сверкнули молнии.
— Есть контакт! Единое поле сформировано.
— Приступить к подъему!
— Есть приступить к подъему.
Тело крейсера ощутимо дрогнуло. Изрыгая струи раскаленной плазмы, «Вихрь» медленно пошел вверх, подтягивая за собой силовой канал. Там, где он соединялся с полем базы, разлетались клочья тьмы. Далеко внизу в просвете трубы обозначился черный шарик.
— Перегрузки нормальные, — донесся голос Игнаца. — Но кругом творится что-то несуразное. Видите?
— Видим.
Несуразное заключалось в том, что макулы сдаваться не собирались. Напротив, они плотно облепили контур энергетической капсулы «Орешца», повиснув на ней невесть откуда взявшейся тяжестью.
База поднималась трудно, дергаясь и раскачиваясь. Вскоре обозначилось ее отставание.
— Плотность полей падает, — доложил Гильгамеш. — Канал растягивается! Какие будут указания?
— Можно переложить часть нагрузки на дюзы? — быстро спросил Мбойе. — Если мы снизимся, канал сократится, а плотность стенок возрастет.
— Резервы есть. Но риск кораблю возрастет, — ответил софус.
— Снижайся, — приказала Маша.
— На сколько?
— На столько, на сколько позволяет запас мощности. Ну… и резерв на всякий случай оставь.
— Сколько?
— Десять процентов.
— Принято к исполнению.
Рев дюз приглох. Перегрузки на миг сменились невесомостью, и тела людей всплыли, но тут же были схвачены ремнями безопасности.
— Плотность полей восстановлена. Мы потеряли полтора километра высоты. Подъем возобновляю.
Двигатели взревели на полной тяге. Секунду «Вихрь» завис в неустойчивом равновесии, затем тяжело выкарабкался из мертвой точки. И пошел, пошел, набирая ход. Несмотря на перегрузки, в зале послышались торжествующие крики. Увы, радость оказалась явно преждевременной. На площади вокруг «Орешца», одолевшего только первые сотни метров подъема, вспухли многочисленные черные буфы. Сливаясь, макулы устремились к месту схватки. Через считанные секунды плотность в канале упала сразу на порядок. Маша почувствовала немой вопрос экипажа. Было совершенно ясно, что эту нагрузку «Вихрь», имеющий огромную собственную массу, уже не потянет. Пришло время кардинального решения, и малейшее промедление могло дорого стоить. Решение же могло быть только одним. И Маша его приняла.