Эпиталама
Шрифт:
— Письмо? — нерешительно переспросил Пикте.
— Когда у нас в руках будет такой документ, подадим в суд.
— Письмо-то будет получить нелегко.
— Я знаю, как ведут себя такие свидетели во время суда, — продолжал Альбер, словно не слыша возражений Пикте. — В этот день они теряют память. Но письмо позволит нам прижать Кастеля.
— Письмо?.. — задумчиво повторил Пикте. — Кастель парень надежный. То, что он мне рассказал, он повторит и перед следователем, я в этом уверен. Но он из
— Поверьте мне, господин Пикте, это наилучший путь — простой и прямой.
— Непросто это, попросить у него письмо, — медленно произнес Пикте, потирая рукой подбородок.
— Подумайте обо всем этом, господин Пикте, — сказал Альбер, вставая. — Я дал вам хороший совет. Зайдите ко мне как-нибудь еще. По утрам вы всегда застанете меня здесь. А я тем временем напишу Неру, это его поторопит.
— Да-да, именно, напишите Неру, — сказал Пикте, чья воинственная решимость растаяла от столкновения с необходимостью предпринять конкретное действие.
— Неру к нечестным поступкам не склонен, — добродушно говорил Альбер, провожая до двери молчаливого и задумчивого Пикте. — Просто такие люди, как он, любят выжидать… Нужно запастись терпением…
Юго впустил в кабинет Альбера господина Жантийо. Тот вошел мелким шажком, чуть припрыгивая; он суетился и юлил, стараясь выглядеть как можно незаметнее.
— Прошу прощения, — сказал он слабеньким голоском. — Вам пришлось ждать меня. Просто у меня новый шофер. Нет-нет, я не буду садиться! — произнес он, прижимая шляпу к груди. — Я же знаю, что вы очень заняты. Я всего на минуту.
— Господин Жантийо, — сказал Альбер, раскрывая папку с документами Дьедонне, — мэтр Гишар передал мне материалы нашего противника. Я получил их только сегодня утром. Мэтр Гишар извинился за это. Их нужно будет вернуть завтра вечером. Вы ведь знаете, слушание дела назначили на среду.
— С вашего позволения, — сказал Альбер, садясь за свой письменный стол, на котором зазвонил телефон.
Прижав трубку к щеке, он внимательным и одновременно отсутствующим взглядом посмотрел на стул. «Я слушаю…» — отчетливо произнес он красивым, глубоким голосом.
Пока Альбер говорил по телефону, Жантийо ерзал на стуле, думая о том, что опаздывает к Кавароку. Он посмотрел на часы и направился к двери.
— Если вы тоже идете, я могу подвезти вас на машине, — сказал Жантийо.
— Прекрасно. Я собираюсь к своему другу на улицу Гран-Огюстен.
В машине Жантийо воздержался от разговоров о процессе.
— Я просто поражаюсь, как вам удается одновременно вести столько дел, — сказал он, не сводя глаз со своего шофера.
— Это проще, чем вы думаете. Достаточно следовать элементарному методу.
— Пожалуй, — сказал Жантийо,
Наклонившись вперед, он сквозь стекло следил за ухабинами и неровностями, которые улица устремляла им навстречу.
— Вы думаете, у нас есть какие-нибудь шансы на успех?
— Я считаю, что у нас есть серьезные шансы, — сказал Альбер, отдаваясь на волю укачивающего движения машины и поглядывая на свое отражение в узком зеркальце над букетом гвоздик.
Внезапно автомобиль затормозил.
— Что случилось? — резко выпрямившись, спросил Жантийо шофера.
— Ничего страшного, — ответил Альбер. — Просто остановился трамвай. Похоже, какой-то несчастный случай. С вашего разрешения, я выйду: улица, куда я направляюсь, в двух шагах отсюда.
Он захлопнул дверцу, еще раз через стекло попрощался с Жантийо и подошел к толпе, образовавшейся возле пустого трамвая.
— Это женщина? Она погибла? — спросил Альбер стоявшего рядом с ним зеваку.
Он заметил Ансена и коснулся его рукава кончиком своей трости.
Ансена выбрался из толпы и подошел к Альберу.
— Это просто ужасно, — сказал он вполголоса. — Она переходила улицу…
Несколько минут они шли молча. Альбер думал о Берте. Он вспомнил, что она еще не вернулась домой.
— А я как раз шел к тебе, — сказал Альбер. — Ты хотел поговорить со мной?
— Да, — ответил Ансена, перед которым все еще маячила картина смерти. — Вчера утром я встретил Кастанье. Он сообщил мне совершенно потрясающую новость — у него есть любовница.
— У Кастанье! — воскликнул Альбер, сделав шаг в сторону Ансена. — У Кастанье?
— Он сам тебе расскажет. Его жена уже знает об этом. Прискорбнейшая драма.
— Кастанье! — повторил Альбер.
— Ты, возможно, знаешь эту особу — госпожа де Буатель. Она часто бывает у Камескассов. Они познакомились у госпожи Ламорлетт.
— Ах негодник! — сказал Альбер. — Хор-рошень-кое дело!
Он схватил Ансена за руку, предостерегая от едва не задевшего их автомобиля, и продолжал:
— Ты знаешь, я теперь понимаю: дома ему было просто скучно. Он женился на слишком безупречной женщине.
— А ты замечал, что его жена никогда не хвалила его? — спросил Ансена, любивший наблюдать за молодыми супружескими парами. — Он так простодушно тщеславен. Достаточно было первой попавшейся женщине произнести: «Какие у вас красивые глаза», и у него тут же закружилась голова.
— Он был слишком уверен в Одетте. До свадьбы любовь к ней заставляла его страдать, а рядом с женой, не дававшей ему повода для беспокойства, он почувствовал себя заброшенным.
Альбер замолчал. Ему не терпелось рассказать о случившемся Берте, и он заранее представлял, как она удивится.