Эпикруг
Шрифт:
"Какой же он богатый?
– недоумевал Йони.
– Еле-еле..." "Это тут тысяча долларов не деньги, а там - ого-го! Короче, его тюкнули бутылкой по голове и бросили в холодном лесу. Мы его похоронили рядом с тетей Женей. Вот, смотрите."
На снимке над заснеженной могилой среди крупных деревьев торчал скромный памятник с фотографией двух знакомых Йони улыбающихся стариков. Около него потупились трое - вот эта девушка, ее Вова и их пожилые родители.
Йони оставалось только привычно поднимать свои брови и воздевать руки к небу.
Так ему и надо - никогда не женись на девице
Впрочем, потрясение не помешало трезвомыслящим хозяевам угощать гостей. Вседружно пили кошерное вино и ели фрукты на просторном балконе, от всей души любуясь нарядным Иерусалимом.
"Так куда вы теперь?
– тихо спросила на автобусной остановке Лена у эффектной блондинистой пары.
– Вы даже не сказали, где вы живете... Хоть в Израиле-то?" "Мы сами будем звонить, - смеялась Женя-"Лариска".
– Тем более, что мы прямо отсюда едем в Египет." "Ку-уда?
– не поверила своим ушам Лена.
– Брат Йони, один из лидеров правой партии, говорит, что в Египет надо ездить только на танках. Или вовсе не ездить." "Я совсем из другой партии, смеялся Илья-"Вова".
– Помнишь Поля? Так вот он познакомил меня со своими политическими друзьями. Они оказались вовсе не такими идиотами, как сам Поль. Именно благодаря таким израильтянам мы сегодня едем в Каир. И не на танке, а в гости к нашим арабским друзьям, в которых мы превратили бывших врагов. И в Иерихон будем точно так же ездить, и в Дамаск..."
"И в Багдад?.. Вы забыли нашу герметизированную комнату?"
"Я ничего не забыл, дочка, но мир заключают только с врагами. С друзьями этот процесс позади. У нас с Египтом уже четверть века мир и дружба. А потому мы с мамой просто купили путевку, сядем на автобус в Иерусалиме и выйдем из него в Каире! И все там будут нам рады."
"Представляю! После того, как нас с детьми чуть не взорвали на улице Бен-Иегуда, в самом центре нашей столицы... Только за то, что мы решили пройтись по нашему Арбату! Мы на каких-то полчаса опоздали на собственную казнь. Вы и этих врагов собираетесь превратить в наших теплых друзей?"
"И этих. Твои дети, Леночка, наши с Женей внуки, будут еще на той же улице пить в одном кафе сок через соломинку с внуками моих палестинских сверстников, которые сегодня приветствуют взрывы на улицах наших городов, как многие из нас радуются убийству нашими солдатами палестинских подростков. Хотят того правые или нет, а нам всем суждено жить, как завещал покойный Ицхак Рабин и как это делает великий Шимон Перес!"
"Мы прошли успешную интеграцию в израильское общество, - сияла Женя, А теперь проходим вместе с нашей страной интеграцию вНовый Ближний Восток!"
"Удивительно, что вас до сих пор не разоблачили, жалкие выконспираторы, - буркнула Лена.
– Кто же из молодых вообще говорит вашим языком! Усвоили дурацкую утопию и радуетесь. Лучше бы съездили хоть в один арабский анклав, даже и внутри Израиля, и поговорили там с молодыми арабами. Точно, не решились бы приобщаться к еврейско-египетской дружбе..." 3.
"Что это они там собирают?
– блаженно жмурилась через окно автобуса Женя на вспаханное коричневое поле, по которому сновали дети.
–
"Сейчас увидите," - негромко сказал кто-то у них за спиной.
Автобус быстро катил по узкому коридору, очерченному трехметровым забором из колючей проволоки. С одной стороны располагался Египет, с другой - территория Палестинской автономии, сиамского близнеца Израиля, разделяться с которым смертельно опасно. С обеих сторон были мир и благодать, включая пастораль - детишек, что-то собирающих в сумки на поясе.
Когда они поравнялись сюными пейзанами, те как по команде запустили руки в сумки и замахнулись. Илья увидел совсем близко сосредоточенное оскаленное недетской злобой лицо, а в следующий момент по автобусу загрохотали камни.
"Пригнитесь!
– кричал водитель, выжимая педаль газа.
– Вот сволочи!"
Сволочи проводили вражеский автобус несколькими точными ударами, не попав, к своему сожалению, в стекла. Женя мелко дрожала на плече бледного Ильи. Дети! Собирают урожай на поле... Братья по Новому Ближнему Востоку... Светлое наше общее будущее...
Если арабы, находящиеся под вооруженным контролем евреев, так нагло и открыто пытаются нас убить, - невольно подумал Илья, - то как нас встретят через полчаса вооруженные арабы в собственной стране? Ведь в Египте мы будем находиться в полной их власти. Не в танке, не за бетонным укреплением, а прямо вот так - голый среди волков! Затея показалась нелепой и опасной.
Но вокруг возбужденно галдели туристы их группы, смеялся бывший рижанин- гид, привыкший сопровождать израильтян в крупнейшую страну арабского мира. Он не был ни удивлен, ни возмущен: приедем на КПП, расскажем, пошлют в эту деревню пограничную полицию, выковыряют и повяжут пару подстрекателей, только и делов.
Водитель на КПП озабоченно оглядывал следы от камней и тоже спокойно объяснял ситуацию офицеру. Никто и не думал бояться ехать дальше.
Позади лежала единственная страна в мире, которую можно за два часа пересечь пешком - от границы до моря.
В силу всемирной паранойи, эта же страна была единственной, территориальные претензии к которой были поддержаны всем человечеством.
Она же, как оказалось буквально через несколько минут, была единственным островком западной цивилизации на старом еще Ближнем Востоке. Потому что перед нашими героями оказался давно забытый советский мир, первым признаком которого является зловоние из общественных туалетов. Лернеры не замечали этого в Союзе, как не замечали анекдотные глисты, что живут в темноте и вони - "это наша родина, сынок" - пока не попали в цивилизованный мир, где туалеты благоухали...
Вокруг сразу изменилось все. Другой флаг, другая форма пограничников, другие люди среди грязных скамеек, установленных на немытых полах. Все напоминало оставленную родину и позволяло оценить то счастье, к которому так быстро привыкаешь, переселившись в Израиль. Да только ради этого стоило съездить в Египет!
Окружающие арабы относились к израильтянам с полным безразличием. Военныеи таможенники были вежливыми и улыбчивыми. Здесь тоже явно предпочитали автобусы с туристами танкам с десантом на броне. Истину, истину говорили израильские левые интеллектуалы. Мир - дорога с двусторонним движением.