Энтелехия

Гроул Роб

Он уже шагал к выходу с большой сумкой на плече. В ней были сменная спортивная одежда, вода и пару батончиков. Перед каждым рабочим днём он ходил в спортивный зал и тренировался около полутора часов. Никто из его коллег не понимал, зачем он это делает, а он и не хотел рассказывать. Отношения с ними были не самые лучшие, и связан он был с ними лишь по долгу службы. Он доехал на лифте до автостоянки, расположенной на верхнем этаже здания, и отыскал свой припаркованный механизм. Сев в машину, его встретил приятный мужской голос искусственного интеллекта, встроенного в аэробиль.

– Доброе утро,

мистер Смит, – приветствовал он его, – куда держим путь?

– На Бейкер стрит тринадцать, – ответил он без эмоций.

– И как же это я сразу не догадался, – будто с сарказмом произнёс голос.

– Создаю маршрут. Желаете включить автопилотирование?

– Не нужно.

В разговоре с машинами он не видел смысла, и общался лишь конструктивно, с целью выполнения каких-либо задач. Нужно сказать, что и живое общение он не слишком приветствовал, ввиду зажатости и сдержанности своего характера. А может быть, ему просто редко попадался достойный собеседник.

Он словно плыл по воздуху среди таких же летающих аппаратов, управляемых людьми. Он долго привыкал к этому, но, в конце концов, принял реальность такой, какая она есть. И вот подлетая к большому кольцу, в центре которого находился огромный памятник профессору Лидману Гринту, он встал в небольшую пробку, на которую не рассчитывал. Даже пик технического процесса не мог изменить существование автомобильных скоплений. Все сигналили друг другу, пытаясь скорее проехать. Многие просто съезжали с полосы и летели куда хотели, нарушая ряд статей административного кодекса. Но их это не волновало. Сегодня уже мало кого волновал закон, а точнее то, что следует за его нарушением. Если ты обладал энергоном, то становился богом среди людей и уже никакие предписания не имели над тобой власти. Вдалеке послышались звуки сирены, приближающихся полицейских. Несмотря на существовавший правовой нигилизм, они должны были выполнять свои обязанности и привлекать нарушителей к ответственности.

– Аэробиль с зарегистрированным номером 7696HTIB немедленно остановитесь и откройте окно со стороны водительского сидения, – проревел голос из патрульной машины.

Нарушитель сбавил ход и, в конце концов, уже стоял на месте. Полицейские, не спеша полетели и передали ему электронный протокол, по которому он должен был заплатить штраф.

– Не нарушайте больше правила движения, сэр.

Полицейская машина отъехала от аэробиля. Но все это на самом деле было пустым звуком. После того как они улетели он сделал ровно тоже самое, что и хотел сделать. Всем было плевать на существующий порядок, и было проще получить штраф и не платить его, чем бегать от полиции по всему городу. И хуже всего, что большинство делало то же самое.

Арон тихо наблюдал за всем происходящим. Он не мог изменить что-либо, это не входило в его компетенцию. Иногда ему казалось, что он один действует в рамках закона, тогда как остальные ничем не ограничены в своих действиях. И это его дико раздражало. Право придумано для того, чтобы преступники страдали, а вместо этого страдают блюстители закона, которые беспрекословно должны ему подчиняться, а они же (преступники) могут смело нарушать установленные нормы.

Наверху всё было красиво и завораживало взгляд: красивые вывески баров, кафе,

стеклянные здания, в которых ты мог видеть своё отражение, ожившие графические изображения, которые разговаривали, деревья, растущие как будто из воздуха. Лишь за семь лет этот мир изменился до неузнаваемости. Но то, что происходило в низах, кардинально отличалось от картины, представленной для верхних слоёв.

И вот уставший, измотанный он повалялся на работе в восемь часов утра. На входе в здание его всегда встречал напарник Ринг, высокого роста, крепкого телосложения со светлыми прямыми волосами, слегка закрывавшие верхнюю часть лба и с очаровательной улыбкой, которой он всегда привлекал представительниц прекрасного пола. Несмотря на его, почти идеальный образ у него была необъяснимая страсть к дешёвым сигаретам, которые курил он раз в сорок минут. И каждый раз он вдыхал табачный дым рядом с входом в отдел, дожидаясь Арона.

Припарковавшись на своем именном месте, Арон выключил двигатель аэробиля и, взяв фуражку с соседнего сидения, вышел из него.

– Доброе утро, – прокричал Ринг, когда увидел приближающегося напарника.

Прошагав до отдела и уже находясь в метре от него, он ответил:

– Доброе.

Арон пожал сильную руку Ринга.

– Что-то ты сегодня не весел, – заметил он, когда они уже входили вместе с Ароном в здание.

– Доброе утро, – поприветствовала их следователь.

Она сидела за стенкой с небольшим окном пропускного пункта и мило улыбалась.

– Доброе, Лили, – нежно ответил ей Ринг, не отрывая от красавицы глаз. – Ты сегодня на дежурстве?

Взгляд её сразу стал холодным, а улыбка же и вовсе сползла с лица. Видимо она желала такого ответа не от него. Арон же отметился в электронном журнале и, не придавая значение этому разговору, двинулся дальше.

– Ну, так, чего такой кислый? – вновь спросил Ринг, когда догнал напарника.

Они уже шагали по широкому коридору на рабочее место.

– Кошмары мучали всю ночь, – ответил Арон, – сигналы поступали?

– Пока что нет, никакой активности не было зафиксировано, – ответил он и краем глаза взглянул на локатор.

Это прибор, который сигнализирует о различных аномальных энергетических, электромагнитных вспышках, а также о сильных воздушных колебаниях и движениях тектонических плит земной коры.

Они дошли до лифта и Арон большим пальцем нажал на кнопку вызова, которая загорелась красным светом. Внутри него было светло, пахло словно в новой машине, и гладкие стены отражали внешний вид входивших пассажиров. Они вошли в него по очереди, после чего Арон назвал цифру и система с голосовым индикатором, встроенным в оборудование, мгновенно закрыла двери и лифт помчался на нужный этаж.

Ринг решил нарушить неловкое молчание, которое возникло во время поездки, и поэтому задал вопрос:

– Ты так и не нашёл никого?

– Ты о чём?

– Ясно уж о чём, о девушке, конечно, – ухмыльнувшись, произнёс Ринг.

Арон смотрел вперёд на дверь и глаза его застыли слово камень. Он не моргал, не издавал ни единого звука, лицо его поблекло, будто он увидел перед собой нечто сверхъестественное.

Ринг начал махать у него ладонью перед глазами:

– Эй, Арон, ты в порядке?