Эмпайр

Соловьева Катерина

— Не надо, — выдыхаю я, неотрывно смотря на эту девушку и понимая, во что он меня втянул. Вернее, во что я бросилась с головой сама.

Наконец, она и её белый маг выходят на ринг против него.

— Ну что ж, дорогуша, сдадитесь сразу или всё-таки мне придется вас заставить? — спрашивает Деймон с омерзительной

улыбкой, склонив голову набок.

— Ты всегда со всеми такая невыносимая мерзкая мразь? — с ненавистью говорит она.

— Кажется в те вечера, когда ты стонала подо мной, ты была весьма рада, Лиа, притом ни один раз, а сейчас я уже мразь? Тебя никто не заставлял, ты сама этого хотела, — смеётся он.

— Ты так это называешь, сволочь?! Ах ты ублюдок! — кричит она, резко подавшись вперёд.

— Лиа, я готов в первый раз за долгое время проявить сострадание и оставить тебя в живых — всё-таки я умею быть благодарным. Детка, ты очень меня порадовала, так старалась, — глумится он.

— Мне не нужны от тебя подачки, грёбанный ты мудила! Ты что, правда думаешь, что это сойдёт тебе с рук? Иди к своему сраному Владыке! — выплёвывает она.

— Подруга, туда отправишься ты, — говорит он ожесточённым голосом, кладя руку на загривок своему волку, и тёмная завеса стремительно падает на ринг, скрывая всё.

Доносится какой-то чудовищный треск, и поднимается ветер, который расшатывает светильники над рингом. Белый маг погибает почти сразу, это стало ясно, когда тёмный туман спустя какое-то время стал ещё гуще и ядовитей. Но вот девушка, что он сделает с ней? Проходит ещё какое-то время, как туман резко рассеивается, и она лежит прямо перед ним, скованная и обездвиженная сном страха. Мне не верится: он сблизился с ней, даже затащил её в постель, заставив её полностью раскрыться и довериться ему, и тем самым смог вскрыть все её страхи. Зная её главный ужас,

ему не составило труда погрузить её в этот кошмар, полностью парализовав и уничтожив изнутри.

— Впредь ты будешь умнее, Лиа. Арена повсюду, — говорит он и тёмным клинком безжалостно сносит ей голову.

Если он проделал такое с обычной девушкой, которая просто встала у него на пути и над которой требовалась одержать верх в поединке, что же он тогда сделает со мной, которая так нахального перешла ему дорогу? Более того, я сама полностью отдалась ему, своим безоговорочным согласием сделать всё, чтобы он не попросил. Зная его ум и расчетливость, я даже в самом страшном кошмаре не могу предвидеть то, что он попросит. Но я точно знаю, что бы это ни было, оно уничтожит меня до основания. Меня сильно тошнит и кружится голова, а Фелиций крепко держит мою руку, пытаясь привести меня в чувство своим лепетом, но я не слышу ничего, кроме слов Тёмного: «Потом, когда я попрошу у тебя кое-что, ты должна будешь это сделать без каких-либо отлагательств. Что бы это ни было».

— Леди и джентльмены, — слышу я, как в тумане, — с оглушительным преимуществом, Эмпайр побеждает и перемещается на первое место во второй лиге! Поздравляем наших блистательных победителей!

Со всех сторон я слышу сумасшедший гул и аплодисменты во славу тёмного колдуна, который медленно спускается вниз, с превосходством и жёсткостью неотрывно смотря на меня.

— Ну что ж, Кирена, — произносит Деймон, сужая свои чёрные, как безлунная ночь, глаза, — у нас есть разговор. Полагаю, что теперь твой черёд платить по долгам.

Я смотрю на него пустыми глазами и всё, что мне остаётся, — это в безысходности кивнуть и последовать за ним во тьму…