ЭмoLove
Шрифт:
— Ага! — тут же воодушевился Арсений, изучая их блестящие тела. — Марика! — позвал он и повернулся к ней.
— Я в туалет хочу, — сказала она.
— Но… — начал Арсений.
— Мы сейчас вернемся, — твердо проговорил Кирилл, взял ее за руку, и они двинулись к выходу из зала.
— Надоело уже! — капризно говорила она. — Так и чувствуешь себя пришпиленной бабочкой, которую без конца изучают и снимают.
— Ты же понимаешь, что Арсений фанат, — улыбнулся Кирилл. — Но, честно, я ему просто удивляюсь! Столько энергии!
Когда они подошли к туалетам, дверь женского вдруг резко распахнулась. Оттуда вывалились две девушки. Они визжали, вцепившись в волосы друг другу, дергали ногами, катались по полу.
— Гадина! — орала одна, крупная брюнетка лет двадцати. — Он только мой! Так что уйди с моей дороги! А то живо испорчу твое кукольное личико! Чем работать будешь?
Второй девушкой была Мила. Кирилл бросился к ним одновременно с каким-то мужчиной, выскочившим из соседней двери. Они растащили девушек, Мужчина увел куда-то брюнетку. Марика зашла вместе со всхлипывающей Милой обратно в туалет. Две девушки, стоящие возле умывальника, испуганно посмотрели на них и шмыгнули в кабинки. Мила тщательно умылась. Потом подобрала валяющуюся в углу сумочку и припудрила покрасневшее лицо.
— Что случилось? — тихо спросила Марика. Кто эта ненормальная?
— Бывшая подружка Арсения, — после паузы нехотя ответила Мила. — Ты только ему ничего не говори, хорошо?
— Хорошо, — кивнула та.
— Как же мне все надоело! — вдруг истерично выкрикнула Мила и вновь разрыдалась. — Эти творческие личности с их странным взглядом на мир и на себя в этом мире! Ты думаешь, легко встречаться с таким мужчиной? Да это каторга! Каждый ищет в этой жизни свой наркотик! Для Арсения — это его фотоаппарат. А на все остальное ему просто положить!
— Нам показалось, что он очень хорошо к тебе относится! И так любит твою бабушку! — мягко проговорила Марика и начала гладить ее по плечу.
— Хорошо? — усмехнулась Мила и вытерла слезы. — Он так ко многим девушкам относится. Вначале мы интересуем его как объект творчества, потом, когда он наконец отрывается от объектива, он замечает наше тело и начинает им пользоваться. Знаешь, не нужно мне всего этого тебе говорить! Извини!
— Я уже взрослая, — тихо сказала Марика. И могу многое понять.
— Арсений талантлив, — продолжила Мила, — у него много достоинств, но он никогда не сможет быть с одной женщиной. Так уж он устроен. И я это понимаю! И не устраиваю ему скандалов. Может, поэтому наша связь так устойчива.
— Ты его любишь? — спросила Марика и покосилась на девушек, которые вышли из кабинок и бочком пробирались к двери, с испугом глядя на них.
Мила вытерла лицо носовым платком и вновь достала пудреницу.
— Любишь, не любишь, — усмехнулась Мила, изучая лицо в зеркальце. — А говоришь, что взрослая! Сними розовые очки и увидишь, что мир все-таки
— Ты просто расстроена, — заметила Марика. Вот увидишь, все будет хорошо.
— Ага, будет! — согласилась Мила без особого энтузиазма. — Вот встречу обычного мужчину, простого инженера, нарожаю ему детишек, буду щи-борщи варить и дома все вечера по ящику сериалы смотреть. И все у меня будет хорошо!
Она припудрила лицо, улыбнулась Марике, взяла ее под руку, и они вышли из туалета. Арсений и Кирилл были у стойки бара. Они оба пили сок. Мила сделала невозмутимое лицо и сказала, что не откажется от какого-нибудь слабоалкогольного напитка.
— Мне уже доложили о вашей драке, — сухо сказал Арсений. — И мы немедленно уезжаем. Точно их никто не снимал? Даже на телефоны? — повернулся он к Кириллу.
— Я не видел, — ответил тот.
— Еще мне скандалов не хватало! — раздраженно проговорил Арсений. — Хорошо, туса закрытая, а то завтра везде снимки бы появились.
— И что? — усмехнулась Мила. — Тебе же бесплатный пиар!
— Деточка! — зло сказал Арсений. — Мне пиар уже давно не нужен, не находишь?
— Да Мила-то тут при чем? — заметила Марика. — Та психованная сама на нее набросилась.
— И ты, дорогой, пропустил такие интересные кадры! — ехидно добавила Мила. — А то, что твоя бывшая так агрессивно настроена, говорит лишь о том, что ты все еще с ней встречаешься! Ты мне изменяешь? — напрямую спросила она.
— Ты решила при детях выяснять отношения? — нахмурился Арсений. — Впервые чувствовал себя комфортно с девушкой, думал, что такое воспитание, которое ты получила, избавит меня от ненужных склок. Но и тут ошибся! Этот бизнес накладывает отпечаток даже на самых лучших!
— Ах, значит, Я еще и виновата? — крикнула Мила, вскочила и запустила стаканом в Арсения. Да пошел ты!
Он увернулся, стакан полетел за стойку. Бармен начал убирать осколки. Мила развернулась и стремительно направилась к выходу из зала.
— Догоните ее, — сказал Кирилл. — Ведь вы не правы!
Но Арсений не сдвинулся с места.
— И это любовь? — пробормотала Марика после длительной паузы, во время которой они молчали.
— Это не любовь, — сказал Кирилл и глянул пристально в глаза Арсения.
— Ошибаетесь, дети, — тихо проговорил он. — И это любовь.
В Москву они выехали около двух часов ночи. И всю дорогу проспали. Арсений довез их до дома. Перед тем как попрощаться, отдал конверты.
— Это за работу, — пояснил он. — И вы оба молодцы!
Он покопался в кармане куртки, достал визитку, и протянул ее Кириллу.
— Пусть у тебя будет, — сказал он. — Мало ли!
Вдруг надумаешь поработать моделью. Я буду всегда рад. Ты нереально фотогеничен. И грех этим не воспользоваться. Уверен, и видеокамера тебя любит. Так куда думаешь после школы поступать? — задумчиво спросил он.