Эмма
Шрифт:
Кончив этот монолог и положив третрадку на стол, гость поспешно откланялся, и Эмма вздохнула с облегчением: как ни благонравен и ни любезен мистер Элтон, напыщенность его речей пробуждала в ней почти необоримое желание рассмеяться. Не в силах более противиться означенному позыву, она выбежала прочь, предоставив Харриет в одиночестве упиваться сладостными предчувствиями.
Глава 10
Была уже середина декабря, однако до сих пор погода не чинила барышням серьезных препятствий в регулярном совершении моциона, а потому утром следующего дня Эмма решила посетить бедную семью, жившую в небольшом отдалении от Хайбери.
Путь
— Ну вот, Харриет, сюда вы в скором времени отправитесь вместе с вашей тетрадкой.
— Ах какой миленький, какой чудесный дом! Мисс Нэш так хвалила эти желтые занавески!
— Теперь я нечасто хожу этой дорогой, — сказала Эмма, — однако, когда появится повод, постепенно освоюсь среди многочисленных изгородей, ворот, прудов и аллей этой части Хайбери.
Харриет, доселе, как оказалось, никогда не бывавшая в доме викария, выказала до того живое любопытство, что Эмма, взвесив все обстоятельства, могла усмотреть в этом лишь свидетельство любви, ибо здание было в той же степени «чудесно», в какой ум мисс Смит «быстр».
— Хорошо бы войти, но не могу подыскать благовидного предлога. Нет никакого слуги, о котором я могла бы расспросить экономку, нет и записки от папеньки.
Эмма задумалась, но ничто не шло ей на ум. Прождав в молчании несколько минут, Харриет заговорила:
— До чего все же удивительно, мисс Вудхаус, что сами вы такая прелестная, а до сих пор не вышли замуж и даже не обручены!
Эмма, смеясь, ответила:
— Собственная моя прелесть еще не причина для вступления в брак. Прелестными должны казаться мне другие, вернее, другой. Кстати сказать, я не только теперь не намерена выходить замуж, но и в дальнейшем едва ли пожелаю.
— Ох! Неужто вы можете так говорить? Ушам своим не верю!
— Чтобы я переменила свое мнение относительно замужества, мне должен встретиться кто-то такой, что будет много превосходить всех, кого я знала до сей поры. Мистер Элтон, — пояснила Эмма, исправляя невольную оплошность, — не в счет. Да я, пожалуй, и не желала бы видеть такого необыкновенного мужчину. Искушение мне ни к чему, ведь сделаться еще лучше моя жизнь уж не может. Значит, выйдя замуж, я вскоре должна буду пожалеть об этом шаге.
— Боже мой! До чего странно слышать подобные речи от женщины!
— Я чужда всего того, что обыкновенно побуждает девиц к замужеству. Будь я влюблена, это, само собой, меняло бы дело. Однако ж я никогда не была влюблена прежде и, наверное, никогда не влюблюсь впредь. Любовь не сообразна ни с укладом моей жизни, ни с моей натурой. А без любви мне нет причины отказываться от нынешнего положения, которым я вполне довольна. Состояние, простор для деятельности, положение в свете — все это у меня есть. Полагаю, лишь немногие женщины в той же мере чувствуют себя хозяйками в имениях своих мужей, в какой я вольна распоряжаться у себя дома. Нигде, нигде меня не будут так любить и так ценить. Кроме папеньки, нет мужчины, в чьих глазах я всегда была бы так хороша и так права.
— Но ведь в конце концов вы сделаетесь старой девой, как мисс Бейтс!
— Ах, Харриет,
— Однако ж старой девой вы все-таки станете, и это ужасно!
— Не печальтесь, Харриет, бедность мне не угрожает, а только она и делает безбрачие жалким в глазах добрейшей нашей публики. Одинокая женщина, если очень стеснена в средствах, и в самом деле неизбежно превращается в глупую и докучливую старую деву, предмет насмешек соседских детей, но ежели имеет приличный доход, то люди смотрят на нее с уважением, находя в ней разумную и приятную собеседницу. Сперва может показаться, будто порочность света — единственная тому причина, однако бедность и вправду иссушает ум, а также портит нрав. Кто едва сводит концы с концами, кто вынужденно ограничивает свои знакомства узким кругом необразованных простолюдинов, тому недолго самому сделаться грубым и сварливым. К мисс Бейтс мои слова, однако, не относятся. Бедняжка чересчур добродушна и чересчур глупа, чтобы быть мне ровней, в остальном же мила, и все ее любят, невзирая на малый доход и стародевичество. Стесненные обстоятельства не сделали из нее скряги: я убеждена, что, будь у ней всего шиллинг [7] , она бы шесть пенсов раздарила. У людей нет причин ее сторониться, и это славно.
7
Один шиллинг (была в обращении до 1971 г.) равен двенадцати пенсам.
— Боже правый! Но что вы станете делать? Чем будете себя занимать, когда состаритесь?
— Если я сколько-нибудь знаю свою натуру, Харриет, у меня деятельный ум, и пищи для него имеется в избытке. Полагаю, лет в сорок-пятьдесят я найду ему применение с той же легкостью, что и в двадцать один год. То, чем обыкновенно бывают заняты женские руки и головы, останется так же доступно мне, как и теперь. Во всяком случае, едва ли меня ждут большие перемены. Пожалуй, рисовать я стану меньше, зато читать — больше. Заброшу музыку, но займусь плетением гобеленов. Что до предметов любви и участия, отсутствие коих вправду составляет одно из зол незамужнего положения, то и в них я не буду испытывать недостатка: забота о детях дорогой моей сестрицы, полагаю, даст мне все, в чем только может нуждаться стареющая душа. Изведаю я и надежды, и опасения. Чувства мои не будут, конечно, равны материнским, но пылкой слепой любви я и не хочу — она лишила бы меня покоя. Ах, мои племянники и племянницы! Девочки могли бы часто гостить в моем доме…
— А знаете ли вы племянницу мисс Бейтс? Вернее, вы, должно быть, раз сто ее видали, но представлены ли вы друг дружке?
— О да, нас вынуждают знакомиться всякий раз, когда она приезжает в Хайбери. Вот уж, кстати сказать, что охлаждает мое желание становиться любящей теткой. Не дай мне бог так докучать людям разговорами обо всех маленьких Найтли вместе взятых, как мисс Бейтс — болтовней о своей Джейн Фэрфакс. Мне уже от одного имени делается тошно! Каждое ее письмо перечитывается по сорок раз, все любезности, какие она просила передать знакомым, повторяются снова и снова, ну а если она пришлет рисунок для корсажа или подвязки для бабушки, то целый месяц кряду ее тетенька ни об чем другом не говорит! При всей моей благожелательности к Джейн Фэрфакс она утомляет меня до смерти!