Эмбарго
Шрифт:
Кто-то знавший о связи конгрессмена с исполнительницей стриптиза решил, вероятно, шантажировать его, неизвестно, с ведома или нет Аниты.
Судя по поспешному отъезду, она была в курсе шантажа. Спустя пять минут Малко и Крис вышли из дома. Как только они сели в свою машину, прикрывавшие их бригады ДОД и ФБР исчезли.
Крис Джонс взял направление на Вашингтон и связался по радио с ДОД, чтобы сообщить о результатах операции. Выходя из дома, он сказал:
– Мы ничего не можем изменить. Девица имеет право оставить работу и поехать отдыхать.
По мере того как Крис Джонс слушал, выражение лица его менялось. Он повесил трубку довольный, радостно воскликнул:
– ФБР
– В Хьюстоне, – спокойно ответил Малко.
– Тьфу! – «горилла» был недоволен. – Откуда вы знаете? – Но все же добавил: – Они сейчас занялись компьютерами авиалиний, обслуживающих Хьюстон. Хотят знать, не было ли зарезервировано место на ее имя на сегодня. Там, где она работает, даже не знают, что она уехала. Через десять минут выезжаем...
Они проехали через мост Теодора Рузвельта. Когда поднимались по 23-й улице, загорелась красная лампочка радиосвязи. Крис схватил трубку.
– Рейс Дельта 876, – сообщил не известный им голос, – посадка в Атланте и Хьюстоне, вылетел сегодня утром в шесть часов тридцать четыре минуты. Мисс Диир ехала автобусом авиакомпании. Билет в одну сторону оплачен чеком.
Крис Джонс медленно ехал вверх по улице, разглядывая номера на выцветших и прогнивших почтовых ящиках. Миновали строение, выкрашенное красной краской, напоминающее амбар. Здесь каждую субботу играл оркестр «Кантри Мьюзик». На Стрэнфорд-стрит в квартале Монроз все дома были похожи один на другой. Обветшалые деревянные строения с верандами в глубине неухоженных садов. Процветающий Хьюстон сюда еще не добрался.
– Это здесь! – объявил Грег Остин.
Они остановились напротив веранды, заполненной неграми. Малко выскочил из машины первым. ДОД выделил им «лифтджет», чтобы они быстрее добрались до Хьюстона. Теперь официальные органы занимались этим делом на законном основании. Впервые в рапорте для служебного пользования Ближневосточного отдела ЦРУ было заявлено, что дело, которое оно расследует, может иметь связь с расследованием Малко и с нефтяным эмбарго.
Малко постучал в деревянную дверь. С другой стороны улицы за ним с любопытством наблюдали. Малко услышал сначала шаркающие шаги, затем дверь отворила толстая женщина испанского типа, у которой во рту не хватало многих передних зубов. Женщина испуганно посмотрела на пришельцев и тут же хотела захлопнуть дверь. Но Грег Остин мгновенно вставил ногу в образовавшееся отверстие.
– Мадам Диир? Мы ищем вашу дочь.
Женщина со страхом смотрела на троих мужчин.
– Иисусе, что...
– Успокойтесь, – вмешался Малко. – Она не сделала ничего плохого, но у нас есть основания полагать, что ей угрожает опасность. Мы хотим отыскать вашу дочь в ее же собственных интересах. Вы знаете, где она?
– Кто вы?
Крис Джонс достал свое удостоверение Секретной службы. Женщина мельком взглянула на него, словно боясь прочитать то, что в нем было написано.
– Аниты нет, – едва слышно ответила она. – Она вышла.
Внезапно, опершись о старую дверь, разрыдалась.
– Я не понимаю, что происходит. Она прилетела вчера утром без предупреждения, она чего-то боится. Бросила работу. Сегодня утром звонила вон из той телефонной кабины, а полчаса тому назад уехала. Сказала, что идет на свидание с каким-то другом, встречается с ним где-то в подземной галерее в центре...
– С кем? – спросил Малко.
– Не знаю. Я не знаю.
– В чем она одета?
– В желтом платье и...
Мужчины уже спускались по скрипучим ступенькам, бегом направляясь к машине. Когда они на всей скорости неслись к Даун-Тауну, Малко заметил:
– Нам
Грег Остин отрицательно покачал головой:
– Уйдет масса времени, пока мы задействуем местную полицию. Я хорошо знаю эту кухню. Попробуем сами отыскать ее.
Крис вел машину с максимальной скоростью, останавливаясь только на красный свет. У всех троих мысли были заняты одним: к кому на свидание пошла Анита? Почему она так быстро покинула Вашингтон? Уже через десять минут они были на Луизиана Роуд. Остановились у большого крытого моста. Грег Остин первым вышел из машины.
– Сюда, – позвал остальных.
Малко и Крис Джонс последовали за ним. Открывшаяся их взору панорама могла соперничать с Одиссей-Спейс. Длинный коридор с красным ковровым покрытием до самого потолка, тихая музыка. В глубине расположились магазинчики.
– Мы на пересечении Луизианы и Далласа, – пояснил Грег Остин. – Эта система туннелей состоит из трех северных блоков и трех восточных. Но есть и другие, не связанные с этими. Это в Капитолии и Маккинни. Хотите, я возьму их на себя?
– Хорошая идея, – одобрил Малко.
Если они не разделятся, то не смогут вовремя отыскать пуэрториканку. У каждого была пачка фотографии, большая часть которых сделана во время спектакля. Главное – они будут искать женщину в желтом платье.
Малко вошел в подземную галерею, по обе стороны которой расположились магазины. Создавалось впечатление, что ты в Токио. Город троглодитов. Веселая оживленная толпа мирно двигалась по туннелю. Да, Аниту отыскать будет нелегко.
Анита Диир пересекла подземный зал банка Саусвест, остановилась, раздумывая, куда направиться. Ее охватила паника, она никак не могла побороть ее. Последние часы – сплошной кошмар. У нее в ушах все еще стоял телефонный звонок, раздавшийся в тот момент, когда она предавалась любви с Уилбером Стоктоном. Она не узнала, кому принадлежал голос, попросивший ее пригласить к телефону конгрессмена. Уилбер Стоктон побледнел, Анита испугалась, подумав, что ему плохо. Конгрессмен быстро оделся и приказал тоном, не терпящим возражений:
– Ты должна немедленно покинуть Вашингтон. Это очень серьезно. Уезжай, куда можешь, но никому ни слова. Завтра позвони моей секретарше.
Он уехал домой, вернулся и вручил ей семьсот долларов. Он сам наблюдал, как она складывает вещи в чемодан, дождавшись, пока она не села в машину и не отъехала. Он не позволил ей оставаться дома даже до утра. Она провела ночь в машине на автостоянке аэропорта. И вылетела первым самолетом в Хьюстон. Она могла укрыться только у матери.
Когда утром она позвонила секретарше Стоктона, та ей сообщила, что Уилбер Стоктон заболел, а ей лучше не оставаться у своей матери. Это сообщение окончательно свело с ума Аниту. Ей надо было хорошенько все обдумать. Матери она сказала совершенно машинально, что едет в подземные галереи, куда она ходила глазеть на витрины, когда была молодой девушкой. Но там ее никто не ждал. Она чувствовала, что попала в историю, в которой ничего не понимала. Проходя мимо телефонной кабины, замедлила шаг: может, позвонить в ФБР. Испугалась. А вдруг с Уилбером случится что-нибудь плохое? Она любила его, как отца. Он был так добр к ней. Ему нужна была ласка даже больше, чем секс. Когда они стали встречаться, Уилбер сказал Аните, что она именно та женщина, о которой он мечтал всю жизнь, но он увяз в политике. Он строил с ней планы на будущее. Между тем Анита ничего не требовала. Пусть все будет как есть. Случайно она сняла дом рядом с домом конгрессмена. Так же случайно она встретила другого мужчину, из-за которого сейчас и начались все беды.