Эльва
Шрифт:
Глава 3
БОГ
Мага я все же нашел, и не какого-то там, а специализирующегося на самодвижущихся конструкциях. Притащив его в замок едва ли не за шиворот, я сбросил с себя золотую кожуру и на глазах изумленных обитателей слепил из нее скульптуру, отдаленно напоминающую человека. Поставив непонятный памятник перед лестницей замкового особняка, я уставился на сжавшегося мага, как коршун на попавшего в капкан зайца.
— Ну что, — обратился я к нему, — приступим к уроку? Начнем с азов. Как и чем големы видят мир? Давай объясняй… учитель!..
Двери
— Ты знаешь, что произошло?! — с порога воскликнул он.
Первожрец поднял на него потухший взгляд, но смолчал.
— Ингус мертв! Его отряд сметен! Немногие уцелевшие Воины рассказывали, что видели перед собой бога. Они не знали — какого, но чувствовали, что он чужой. Мы ошиблись! Этот Звездный демон вовсе не разведчик, он настоящий бог! Твой ручной демон обманул нас. Кстати, где он?!
Лицо Верховного жреца скривилось, помертвело и стало похоже на гротескную маску, Турсия от неожиданности отступил на шаг, но жрец подал голос:
— Нет больше послушника. Нет больше доброго Звездного демона. Фарк, будь проклято его имя, предал нас всех! Меня, магов… весь мир. Летучие корабли остались недостроенными, и хотя, по заверениям глав ковена, они могут закончить работу без демона, я в это не слишком верю…
— Что случилось? — перебил его Турсия. — Что натворил этот демон?
— Демон исчез, точнее, переместился в Темный мир. В записке, найденной в его келье, едва понятно написано, что он отдает себя, свой разум, тело и душу демонам Темного мира. Он жертвует собой во спасение нашего, полюбившегося ему мира и ради спасения еще многих, неизвестных ни ему, ни нам. Он утверждал, что его жертва принесет «свободным мирам» надежду в войне с его бывшими друзьями… Но я не понимаю, каким образом.
Турсия прикрыл веки и потер пальцами глаза.
— Скажи, Верховный, почему он вдруг изменил свою жизнь настолько кардинально? Почему он отважился пойти на это безумие, что важного произошло перед тем?
Сутулая фигура, сидящая на престоле, устало пожала плечами.
— Ковен создал артефакт, позволяющий взглянуть за облака. Я смотрел. Смотрел и Фарк. Там страшно! Там всегда ночь и пустота. Но в этой пустоте кем-то подвешено много-много железных кораблей, доверху заполненных Звездными демонами. Я не все понял, но там есть несколько шаров, как сказал демон, и один из них, тот, что синего цвета, и есть мир, в котором мы живем. Красный шар — Темный мир, а блестящий серебром — Светлый. Так вот, из Темного мира к железным кораблям летели непонятные кроваво-красные щупальца, которые пытались ухватить их. Но Звездные демоны стреляли в щупальца из огненных баллист и не подпускали к себе. Фарк тогда промолвил нечто, на что я не обратил внимания. Он сказал, что Темному миру надо помочь, пока не поздно. Он спрашивал меня, как можно поделиться знаниями с его жителями. Я ответил, что вряд ли демоны станут его слушать. Единственный способ общаться с ними на равных — быть богом или стать одним из них, стать демоном. На вопрос, как можно стать демоном, я лишь рассмеялся. Я думал, он шутит… А он не шутил. Он принял в себя суть Темного мира и переместился туда с помощью запретного ритуала!
— Проклятье! —
Первожрец ничего не ответил и лишь отвел глаза. Много-минутное молчание снова нарушил Турсия:
— Что сделано, назад не воротишь. Забудь о своем послушнике — твоей вины тут нет. Сейчас надо разобраться с демоном, убившим Ингуса. Я все же думаю, что он не может быть богом. Зачем богу обворачиваться в золото и прятаться в нем, подобно черепахе, скрывающейся в панцире? Нет, он, наверное, просто мастер-демон. А раз так, то маги ковена справятся с ним в два счета…
Все с тем же мертвенным выражением на лице первожрец покачал головой, но, видя, что он не торопится продолжать, Турсия попытался его утешить:
— Ни о чем не беспокойся, Верховный, подготовку порталов для переброски Соколиного полка, в котором, кстати, больше всего ветеранов-мастеров, я возьму на себя. В прошлый раз мы недооценили противника, за что и поплатились. Я понимаю, что потеря отряда паладинов — тяжелый удар для тебя, но…
— Нет, Турсия, — бросил первожрец. — Нет. Ты не все знаешь!
— Что я еще должен знать?
Верховный жрец набрал в грудь воздуха и заговорил глухим голосом:
— Не более чем несколько минут назад со мной говорил наш бог, Ануид! Он рассказал мне про этого демона. Он сказал, что это действительно бог Звездных демонов. Этот бог очень молод и не вошел еще в полную силу, но становится сильнее с каждым часом. Он показал мне, что будет, если он, Ануид, вступит в схватку с богом Звездных демонов, и зрелище это поистине ужасно! Ануид с легкостью победит в бою, но в мире закипят реки, высохнут озера, сдвинутся со своих мест горы. И поэтому убить бога-демона должны мы, его слуги! Он велел мне собрать неслыханную армию и атаковать немедля, не давая демону ни минуты на увеличение своих сил… Это и печалит меня, Турсия. Я предвижу цену, которую — мы заплатим в обмен на смерть бога.
Турсия молчал несколько драгоценных минут и молчал бы еще, если бы не жалящая мысль, что бог Звездных демонов за это время становится все сильней.
— Не скорби о еще живых, Верховный. Если великомудрый Ануид говорит, что мы сможем одолеть бога-демона, то ты должен вдохновиться. Тебя не должны страшить потери — ведь все павшие за Ануида попадут в Светлый мир! Я пошлю против демона всю свою армию!
Турсии показалось, что первожрец несколько приободрился.
— Это я и хотел услышать от тебя, друг мой! Но одних Воинов, солдат и паладинов будет мало. Ануид обещал помощь эльвийских войск. Начинай атаку волнами, потрепи демона, а когда его силы истощатся, ударь мастерами и воинами народа эльвий!
Турсия кивнул, и на этом разговор был окончен.
Как оказалось, свобода мысли и человечность хороши далеко не во всех случаях. Вместе с личностью к Эльве пришла и нестабильность. Нет, в программах не было сбоя, но было странное и пугающее явление. Обычно любой не сверхсложный вопрос Эльва обдумывала не более одной-двух секунд. Этого времени с лихвой хватало на просмотр всей доступной информации, на создание прогнозов всех вариантов развития событий и принятия одного-единственного и самого оптимального решения. А теперь…