Элли

Баррет Мария

Он заметил искорки смеха в ее глазах.

— Это слишком рано для меня. Обычно я не думаю о работе до окончания ленча. Проходи в гостиную, сейчас займемся делом.

Оказавшись в гостиной, Элли подошла к широкому окну, рассматривая открывшийся вид. Пока Эдвард разбирал на столе бумаги, раскладывая их по порядку, Элли нервничала. Он изучил все документы, поработал с ними и пришел к выводу, что прогноз может быть благоприятен. Теперь многое зависело от того, что он обнаружил. Она готова уплатить любые деньги, но только

один Эдвард мог сказать ей — реально ли то, что она задумала.

— Прекрасно. Давай сядем.

Элли повернулась к нему, пытаясь что-нибудь прочесть на лице Эдварда, но оно было непроницаемо. Она села напротив него, и он расстелил на длинном столе компьютерную распечатку.

— Это список всех акционеров. Быстренько просмотри его, — сказал он, разглаживая бумагу.

Она пробежала глазами по листу с именами акционеров и их долями.

— Ты заметила, что там много фиктивных имен, включая твои последние приобретения?

Она кивнула.

— Хорошо. А дальше все просто. Вот с этой стороны компании, владеющие большим количеством акций. Здесь четыре основных акционера. А отсюда идут акции, находящиеся в частной собственности. Среди них есть крупные акционеры и более мелкие, явно подставные. Именно их будет очень трудно отыскать и убедить расстаться с акциями. Но если мы завладеем акциями одной или двух компаний, то получим перевес над частными акционерами. Это единственный доступный нам путь.

Элли вдруг запаниковала. Если индивидуальные акции в кармане Лоренцо, тогда… Она попыталась вспомнить множество имен, которые Брайндли связывал с Лоренцо.

— Что случится, если…

— Если все они откажутся от продажи? — прервал ее Эдвард и улыбнулся. — Мы должны убедить их ценой или совместной работой, которая принесет им большую прибыль. Так всегда бывает. Но это всегда на грани риска.

Она надеялась, что ей удастся перехитрить Лоренцо.

— Не волнуйся. — Эдвард заметил сомнение в ее глазах. — Давай посмотрим, что я предлагаю. — Он опять улыбнулся, уже с азартом думая о предстоящей борьбе. — А теперь, черт возьми, вот с чего мы начнем работу.

Через несколько часов кропотливой возни с каждым словом и каждой цифрой Элли убедилась, что он прав. Это было очень сложно и в то же время невероятно просто. Она перевернула последнюю страницу доклада и взглянула на него. Он с нетерпением ожидал ее оценки.

— Хорошо?

— Хорошо… — Она не сводила с него глаз. — Не знаю, что и сказать… Просто блестяще, Эдвард.

Она замолчала. Это было настолько блестяще, что только теперь она была полностью уверена в том, что может выполнить задуманное.

— Видишь ли, это несколько претенциозно. Как ты считаешь, правление купится на это? — Она пыталась скрыть свою личную заинтересованность.

Это была ее личная вендетта, и она знала, что пойдет до конца!

— Я не думаю, что правление отвернется от столь заманчивой идеи. Без

сомнения, все это очень дерзко, но ведь в этом вся соль. Предполагаю, что они захотят получить свой кусок пирога. «Хэдли Тейлор Йорк» всегда была очень консервативной инвестиционной компанией. Благодаря тебе они получат приличную прибыль без особой борьбы. Но ты так должна убедить их в этом, чтобы у них не осталось ни тени сомнения. Особенно в том, что этого требуют интересы компании. И вот, что особенно важно для тебя, Элли. Я со всеми аргументами могу еще раз вернуться к финансовой стороне, но ты должна в этом же убедить правление. — На минуту он задумался. Хотя, как мне кажется, это будет очень нелегко.

Элли прямо взглянула на него.

— Но ты веришь, что я смогу это сделать? — Она не знала почему, но для нее вдруг стало чрезвычайно важно его мнение.

Эдвард смотрел на нее: глаза ее сверкали, выказывая внутренний огонь. И ему захотелось, чтобы эта страсть была обрушена не на дела, а на него. Он знал, на что она была способна, и это волновало его.

— Здесь чертовски много предварительной работы; потом, ты забываешь про Рождество… Все это пройдет на следующий год, но… Я думаю, что ты сможешь сделать это. — Он отошел от Элли, уж слишком сильные чувства она вызывала у него. — Фактически я знаю, что ты сможешь.

— Тогда ты мне поможешь?

Он кивнул. Она знала, что он не откажется, он никогда ни в чем не мог отказать ей. И это вдруг взбесило его.

— Я помогу тебе только потому, что это действительно стоящая сделка. А я предполагаю хорошо получить за свою работу. — Голос его был неестественно тверд.

Она вскинула на него глаза и тут же отвела их.

— Конечно.

— Надеюсь, тебе это понятно.

Через окно Элли заметила, что бледно-голубое небо покрылось облаками и солнце исчезло.

— Мне все понятно, Эдвард.

— Прекрасно.

Возвратясь к столу, он стал собирать бумаги.

Совещание закончилось, и говорить им больше не о чем.

Громадный главный зал для совещаний в «Хэдли Тейлор Йорк» располагался на втором этаже. Стены его были отделаны панелями из красного дерева, и вся мрачная комната выглядела сугубо мужской. Большой стол был рассчитан на шестнадцать человек, но в это утро, на деловом совещании директоров, стол был занят только наполовину.

Над камином в массивной раме висел портрет прадеда Чарльза, который надменно взирал на происходящее. Комната была освещена падающим из окна светом. Элли вздрогнула, когда вошла и посмотрела на портрет.

Она повернулась к своему новому секретарю.

— Эмма, попросите кого-нибудь разжечь в камине огонь и позвоните в цветочный магазин, чтобы доставили мой заказ. Я заказывала два букета желтых роз для этого стола и один для буфета.

Эмма сделала пометки в своем блокноте: