Элита

Касс Кира

Каролине было холоднее, чем здесь, в Анджелесе. Через руку я

перебросила пелерину с капюшоном, чтобы не замерзнуть после

приземления. Высокий воротник был призван защитить шею от

ветра, а волосы служанки уложили в такую элегантную прическу,

что я была совершенно уверена: никогда еще за все время моего

пребывания во дворце я не выглядела так великолепно. Жаль,

нельзя было зайти попрощаться с королевой Эмберли: уверена,

даже

она была бы под впечатлением.

—- Нет смысла затягивать. Долгие проводы — лишние слезы. Я

просто хочу, чтобы вы знали, как сильно я благодарна вам за все,

что вы для меня делали. Не только за то, что заботились о моем

внешнем виде, но и за то, что проводили со мной время и болели за

меня душой. Я никогда вас не забуду.

—

Мы тоже всегда будем помнить вас, мисс, — по-

обещала Энн.

Я кивнула и принялась обмахивать ладонью лицо.

307

КИР А КА С С

—

Все, все, для одного дня слез уже и так было доста-

точно. Не могли бы вы сказать водителю, что я уже скоро? Я буду

через минутку.

—

Конечно, мисс.

—

Если мы обнимемся на прощание, это все равно будет

нарушение этикета? — нерешительно спросила Мэри, переводя

взгляд с меня на Энн.

—

Кому какая разница? — отозвалась та, и все трое в

последний раз сгрудились вокруг меня.

—

Берегите себя.

—

И вы тоже, мисс, — сказала Мэри.

—

Вы всегда были настоящей леди, — добавила Энн.

Они отступили, но Люси продолжала меня обнимать.

—

Спасибо вам, — выдохнула она, и я увидела, что

девушка плачет. — Я буду очень скучать.

—

И я тоже.

Она отпустила меня. Девушки подошли к двери и остановились.

Потом сделали прощальный книксен, а я помахала им.

Сколько раз в последнее время мне хотелось уехать? Теперь, когда

до отъезда оставались считаные секунды, он страшил меня. Я

вышла на балкон и остановилась у перил, глядя вниз, на сад. Я

нашла скамейку, ту самую, на которой мы познакомились с

Максоном. Не знаю почему, но я безотчетно ожидала увидеть его

там.

Но принца там не было. Видимо, у него нашлись дела поважнее,

чем рассиживаться и думать обо мне. Я коснулась браслета на

запястье. Впрочем, он все-таки будет обо мне вспоминать время от

времени. Эта мысль меня утешила. Ведь все это было наяву.

Я вернулась в комнату, заперла балкон и вышла в коридор. Шла

медленно, пытаясь запечатлеть в памяти красоту дворца, пусть

даже ее немного

портили разбитые зеркала и расколотые рамы.

308

Э ЛИ ТА

Мне вспомнилось, как я спускалась по этой лестнице в самый

первый день, растерянная и восхищенная одновременно. Тогда нас

здесь было так много.

Очутившись перед дверями, чуть помедлила. Я настолько

привыкла находиться под защитой этих массивных деревянных

створок, что покинуть их казалось чем- то неправильным.

Я сделала глубокий вдох и собралась открыть дверь.

—

Америка!

Я обернулась.

В дальнем конце коридора стоял Максон.

—

Привет, — произнесла я беспомощно.

Я не ожидала увидеть его снова.

Он быстро подошел ко мне:

—

Ты выглядишь сногсшибательно!

—

Спасибо.

Я погладила ткань платья.

Мы молча стояли, глядя друг на друга. Наверное, он просто решил

воспользоваться последней возможностью меня увидеть.

Максон вдруг кашлянул, вспомнив о своей цели:

—

Я поговорил с отцом.

—

Да?

—

Да. Он был рад, что я жив. Как ты можешь дога-

даться, продолжить королевский род для него очень важно. Я

объяснил, что едва не погиб из-за его несдержанности, и сказал,

что отыскал убежище только благодаря тебе.

—

Но я не...

—

В курсе. А вот его об этом информировать необя-

зательно. — (Я улыбнулась.) — Потом сообщил ему, что серьезно

поговорил с тобой о твоем поведении. Опять- таки ему

необязательно знать, что это неправда, но ты могла бы сделать вид,

как будто это так, если бы захотела.

об4- 309 ^

КИР А КА С С

Я не очень понимала, зачем мне делать вид, как будто что-то такое

произошло, если я буду находиться на другом конце страны, но

кивнула.

—

С учетом того, что я, как он думает, обязан тебе

жизнью, он согласился, что мое желание оставить тебя во дворце

не лишено оснований, при условии что ты будешь вести себя

идеально и научишься не высовываться.

Я смотрела на него во все глаза, не в силах поверить, что не

ослышалась.

—

На самом деле нужно позволить уехать Натали. Она

сделана совсем не из того теста. Сейчас, когда в ее семье такое

горе, ей лучше всего быть с родными. Мы уже переговорили. Мне

объяснять дальше?

—

Да, пожалуйста. — Я все еще не могла опомниться.

Максон взял меня за руку: