Элита

Касс Кира

— спросил один из гвардейцев.

Я взглянула на нашивку с именем. Марксон. Я не уверена, но он,

кажется, был из высших чинов.

—

Нет. Офицер, который проводил нас сюда, должен

был сообщить моим родителям, что я в безопасности. Я приказал

отправляться прямиком к ним, — объяснил Максон, пытаясь

пригладить волосы. Если бы я не знала, что ему больно

шевелиться, то никогда не догадалась бы об этом по его лицу.

Лишь

однажды он себя выдал.

—

Какой офицер?

—

Я не спросил, как его зовут, — вздохнул Максон и

вопросительно взглянул на меня.

—

Я тоже. Но у него на большом пальце было кольцо.

Такое серое, вроде оловянного.

—

Таннер, — кивнул Марксон. — Его нет в живых. Мы

потеряли около двадцати пяти гвардейцев и десяток слуг.

297

КИР А КА С С

—

Что? — Я прикрыла рот руками.

Аспен. Только бы он был жив. Всю прошлую ночь я была так

поглощена собственными переживаниями, что мне и в голову не

пришло беспокоиться за него.

—

Что с моими родителями? И с остальными девушками

из Элиты?

—

Все живы и здоровы, сир. Впрочем, у вашей матушки

случился нервный срыв.

—

Она уже вышла из убежища?

Мы двинулись на выход. Максон шел первым.

—

Все уже вышли. Мы пропустили несколько мелких

убежищ и обходили все по второму кругу в надежде найти вас и

леди Америку.

—

О господи, — сказал Максон. — Я сейчас же иду к

ней.

С этими словами он вдруг застыл как вкопанный.

Я проследила за его взглядом и увидела, во что повстанцы

превратили дворец. На стене были нацарапаны те же самые слова,

которые я видела в прошлый раз.

мы Уже БЛИЗКО

Снова и снова, написанные всем, что попалось под руку, эти

зловещие слова смотрели на меня со стен коридора. Повсюду

царил невообразимый разгром. Я никогда не видела, во что

повстанцы превращали первый этаж, только коридоры рядом с

моей комнатой. Огромное бурое пятно на ковре свидетельствовало

о том, что кто-то — беззащитная служанка или бесстрашный

гвардеец — погиб на этом месте. Окна были разбиты и щерились

острыми осколками стекол.

Немногочисленные уцелевшие светильники упрямо моргали, не

желая сдаваться. К своему ужасу, я заметила в стенах выбоины.

Может, они видели, как люди прятались в убежищах, и пытались в

298

Э ЛИ ТА

них прорваться? Кто знает, насколько мы с Максоном были близки

к гибели?

—

Мисс? —

обратился ко мне кто-то из гвардейцев,

вернув к реальности. — Мы взяли на себя смелость связаться с

родными всех девушек. Судя по всему, нападение на семью леди

Натали было прямой попыткой сорвать Отбор. Они наносят удары

по вашим родственникам, чтобы заставить вас уехать.

Я зажала рот руками.

—

Нет!

—

Король распорядился приставить охрану к родным

всех девушек. Он настаивает на том, что все должны остаться во

дворце.

—

А если они сами захотят уехать? — возразил Максон.

— Не можем же мы держать здесь кого-то против воли!

—

Разумеется, сир. Вам необходимо переговорить с

королем.

Гвардеец, похоже, не ожидал, что мнения короля и наследника

столь кардинально разойдутся.

—- Мою семью не придется долго охранять, — произнесла я,

надеясь разрядить напряжение.
– — Сообщите им, что я скоро буду

дома.

Гвардеец перевел взгляд с меня на Максона. Явно искал

подтверждение тому, что меня исключают. Принц молча кивнул.

—- Да, мисс, — с поклоном отозвался гвардеец.

—

Моя мать у себя? — остановил его Максон.

—

Да, сир.

—

Передайте ей, что я сейчас приду. Можете идти.

Мы остались в одиночестве.

Принц снова взял мою руку:

299

КИР А КА С С

—

Не торопись уезжать. Попрощайся со служанками и с

кем захочешь из девушек. И поешь что-нибудь. Ты ведь так

любишь здешнюю еду.

—

Обязательно, — улыбнулась я.

Максон провел языком по губам, с трудом держа себя в руках. Вот

и все. Настал прощальный момент.

—

Ты навсегда меня изменила. И я никогда тебя не

забуду.

Свободной рукой я погладила его по груди, поправляя пиджак.

—

Не тяни себя за ухо с кем-то другим. Это лишь мое. —

Мне удалось выдавить улыбку.

—

И не только это.

—

Мне нужно идти. — Я сглотнула.

Он кивнул.

Потом поцеловал меня, всего один раз, в губы, и побежал по

коридору. Я провожала его взглядом, пока он не скрылся из виду, и

только потом направилась к себе в комнату.

Каждый шаг по парадной лестнице превращался в пытку, как из-за

того, что я оставила позади, так и из- за того, что ждало меня там,

на втором этаже. А вдруг я позвоню в колокольчик, а Люси не