Элита

Касс Кира

показалось, но в его взгляде промелькнуло паническое выражение.

—

Или, — предложил король, — я могу просто по-

говорить с ней сам. — Он кивнул в мою сторону.

—

Нет, — поспешно ответил Максон, вскидывая руку в

защитном жесте. — Это излишне. — Девушки, — добавил он,

поворачиваясь к нам, — почему бы вам всем не подняться к себе?

«-6s 271 -So

КИР А КА С С

Ужин подадут в ваши комнаты. — Он помолчал. — Америка,

думаю,

тебе стоит собрать вещи. Просто на всякий случай.

Король улыбнулся. На фоне недавней вспышки это выглядело

зловеще.

—

Превосходная идея. На выход, сын.

Я посмотрела на Максона. Вид у него был убитый. Мне стало

стыдно. Принц открыл рот, чтобы что-то сказать, но лишь покачал

головой и двинулся прочь.

Крисс ломала руки, провожая его взглядом. Я ее понимала. Во всем

этом было что-то угрожающее.

—

Кларксон, — негромко сказала королева Эмберли. —

Осталось еще одно дело.

—

Какое еще дело? — раздраженно бросил он.

—

Ну, новости же, — напомнила она ему.

—

Ах да. — Он опять подошел к нам.

Я поспешила вернуться в свое кресло, чтобы не оказаться снова

совсем рядом с ним. Голос короля звучал твердо и спокойно.

—

Натали, мы не хотели сообщать тебе об этом перед

эфиром, но мы получили плохие новости.

—

Плохие новости? — эхом отозвалась она, беспокойно

теребя ожерелье.

Король подошел еще ближе:

—

Да. К моему огромному сожалению, похоже, сегодня

утром твою сестру захватили повстанцы.

—

Что? — прошептала она.

—

Днем было обнаружено ее тело. Прими наши со-

болезнования.

К чести короля, в его голосе и в самом деле звучало что-то близкое

к сочувствию, хотя он произнес эти слова так, словно тренировался

выражать соболезнования, а не демонстрировал подлинные

чувства.

Он быстро вернулся к Максону и грубо вывел его за дверь. Натали

душераздирающе закричала. Королева бросилась к ней, принялась

об4- 272

Э ЛИ ТА

гладить по волосам, пытаясь успокоить. Селеста, никогда не

отличавшаяся сострадательностью, молча вышла. Ошеломленная

Элиза последовала за ней. Крисс задержалась и попыталась уте-

шить Натали, но когда стало понятно, что ее усилия не дают

никаких результатов, тоже вышла. Королева сказала Натали, что на

всякий случай к ее родителям приставят охрану и что она может

поехать на похороны, если захочет. Все это время она не выпускала

Натали из объятий.

Все так стремительно и так зловеще изменилось, что я оцепенела в

своем кресле.

Когда

перед самым лицом у меня мелькнула чья-то рука, я от

неожиданности шарахнулась.

—

Не пугайтесь, пожалуйста, — сказал Гаврил. — Я

просто хотел помочь вам подняться.

Булавка на лацкане у него поблескивала, отражая свет.

Я протянула ему руку и поразилась тому, как нетвердо держусь на

ногах.

—

Должно быть, он очень вас любит, — заметил Гаврил,

когда я кое-как поднялась.

Я не смогла заставить себя взглянуть на него.

—

Почему вы так говорите?

Гаврил вздохнул:

—

Я знаю Максона с детских лет. Никогда еще он не

давал такого отпора отцу.

об4- 273 ^

КИР А КА С С

Гаврил отошел от меня и велел членам съемочной группы не

распространяться о том, свидетелями чего им довелось сегодня

стать.

Я подошла к Натали. Нельзя сказать, что я очень хорошо ее знала,

но если я в чем-то и была уверена, так это в том, что она любила

свою сестру так же сильно, как я любила Мэй. Сложно

представить, какую боль она испытывала.

—

Натали, мне очень жаль.

Она кивнула в ответ. Это было самое большее, на что Натали

сейчас была способна.

Королева сочувственно взглянула на меня, не зная, как выразить

свою печаль.

—

И еще... Простите, что так получилось. Я не пы-

талась... просто...

—

Я знаю, милая.

В свете того, что случилось с Натали, требовать прощания было бы

слишком эгоистично, поэтому я в последний раз сделала перед

королевой реверанс и медленно вышла за дверь пожинать все

последствия собственноручно организованной катастрофы.

Последнее, чего я ожидала, переступая через порог комнаты, —

небольшая овация, которой встретили меня мои служанки.

Я стояла, неподдельно тронутая их поддержкой. Их светящиеся

гордостью лица немного исправили настроение. Энн взяла меня за

руки:

—

Отлично сказано, мисс.

Она легонько сжала мои пальцы, и я на мгновение почувствовала

себя не так ужасно.

—

Мне просто не верится, что вы это сделали! За нас

никто никогда не заступается! — добавила Мэри.

—

Максон должен выбрать вас! — воскликнула Люси.

— Вы единственная, кто дает людям надежду.