Элита
Шрифт:
Ты не могла бы передать это офицеру Леджеру?
—
Офицеру Леджеру?
—
Я хотела поблагодарить его за доброту, но подумала,
что отдать ему письмо собственноручно будет неудобно. Ну, ты
понимаешь.
Объяснение звучало не слишком убедительно, но это был
единственный способ объяснить Аспену, зачем я сделала то, что
собиралась сделать, и попрощаться с ним. Едва ли я надолго
задержусь во дворце после эфира.
—
В
него, — с жаром пообещала она.
—
Спасибо.
К горлу подступили слезы, но я проглотила их. Мне было страшно,
но сделать это необходимо по множеству причин.
Мы заслуживали лучшей судьбы. Моя семья, Марли и Картер,
Аспен и даже мои служанки — все оказались в тупике из-за планов
Грегори. Я буду думать о них всех.
В студию «Вестей» я вошла со стопкой переложенных закладками
книг и досье к моему плакату. Обстановка была точно такая же, как
всегда: кресла для короля, королевы и Максона прямо у входа,
места для избранных слева. Только посередине, где обычно
возвышалась кафедра, с которой выступал монарх, или стояли
кресла для интервью, на этот раз разместилась площадка для
наших презентаций. Я увидела столик и мою подставку, а также
экран: видимо, кто-то из девушек собирался показывать слайды.
Это выглядело внушительно. Интересно, у кого хватило на это
выдумки?
Я подошла к последнему свободному креслу — к несчастью, оно
оказалось рядом с Селестой — и положила свое досье поближе, а
<-Ф 263 <Ъ->
КИР А КА С С
книги пристроила на коленях. У Натали тоже было при себе
несколько книг, а Элиза снова и снова проглядывала свои
конспекты. Крисс, подняв глаза к потолку, повторяла про себя
речь. Селеста подправляла макияж.
Сильвия тоже присутствовала в студии; такое иногда случалось,
когда нам приходилось обсуждать что-то, чему она нас учила, а
сегодня наставница просто была сама не своя. Пожалуй, за все
время нашего пребывания во дворце это задание оказалось самым
серьезным, и результаты неминуемо должны были на ней
отразиться.
Я начисто забыла про Сильвию! Увы, сейчас слишком поздно
что-то менять.
— Девушки, вы выглядите просто фантастически, — произнесла
она, подойдя ближе. — Теперь, когда вы все в сборе, я хочу
объяснить вам порядок. Сначала король сделает несколько
заявлений, а потом Гаврил объявит тему вечера: ваши
благотворительные
проекты.
– —
Сильвия,
обыкновенно
невозмутимая,
возбуждении. Она прямо- таки подпрыгивала на месте. — Знаю,
что все вы усердно работали. У каждой из вас будет восемь минут.
Если у кого-либо из присутствующих возникнут вопросы, Гаврил
даст им слово. Вам необходимо быть собранными и не
расслабляться. Не забывайте, на вас смотрит вся страна! Если
потеряете нить, сделайте глубокий вдох и продолжайте. Вы все
отлично справитесь. Да, выступать вы будете в том порядке, в
котором сидите, так что, леди
«-6s 264 •'Э~>
Э ЛИ ТА
Натали, вы первая, а вы, леди Америка, последняя. Удачи,
девушки.
Сильвия поспешила прочь, чтобы еще раз перед эфиром проверить,
все ли в порядке, а я попыталась успокоиться. Последняя.
Наверное, это и к лучшему. Натали, пожалуй, куда хуже. Я
покосилась на нее и увидела, что лицо несчастной покрыто
испариной. Должно быть, нелегко ей было сосредоточиться в таких
условиях. Я против воли взглянула на Селесту. Она не подозре-
вала, что я застукала их с Максоном, и приходилось только ломать
голову, почему она никому не растрезвонила о свидании. Вывод
напрашивался сам собой: это был уже далеко не первый раз.
Тем хуже.
—
Нервничаешь? — спросила я, увидев, как она ко-
выряет ноготь.
—
Нет. Это дурацкая затея, и всем все равно без
разницы. Я буду рада, когда это закончится. К тому же я модель, —
произнесла она, наконец взглянув на меня. — Я чувствую себя
перед зрителями непринужденно.
—
Да уж, играть на камеру ты умеешь, — пробормотала
я и прямо-таки услышала, как закрутились у нее в голове
шестеренки.
Она попыталась решить, счесть эти слова за оскорбление или нет,
но в итоге лишь молча закатила глаза и отвернулась.
Тут вошла королевская чета. Они вполголоса о чем- то
переговаривались с очень важным видом. Следом за ними
показался Максон, на ходу поправляя запонки. В своем костюме он
казался таким чистеньким и невинным, что мне пришлось
напомнить себе, каково его истинное лицо.
Он бросил взгляд в мою сторону. Я не собиралась позволять ему
себя запугать и заставить первой отвести глаза, поэтому уставилась
на него в упор. Тогда Максон нерешительно поднял руку и потянул
себя за ухо. Я медленно покачала головой с выражением, которое