Элита

Касс Кира

разделение людей на касты помогло организовать общество,

которому в противном случае угрожало полное исчезновение. Но

мы давно уже не та страна. Мы прошли огромный путь. Позволить

бездарностям наслаждаться непомерными привилегиями и

угнетать тех, кто мог бы стать величайшими умами мира ради

сохранения архаичной системы, — жестоко. Это лишает нас

возможности превратиться в ту прекрасную страну, которой мы

могли бы быть.

«-6s 268 •'Э~>

Э

ЛИ ТА

Я упомянула увиденные в одном из журналов Селесты результаты

очередного голосования по итогам той программы, в которой мы

говорили о переходе на добровольный призыв. Шестьдесят пять

процентов сочли, что это хорошая идея. Зачем лишать людей

возможности избрать для себя это поприще? Затем я процитиро-

вала один старый отчет о результатах всеобщей аттестации в

общественных школах. В нем акцент делался на том, что хороший

уровень знаний продемонстрировали всего три процента Шестерок

и Семерок, а поскольку показатели были такими низкими,

перспективы у них отсутствовали. Я же сделала акцент на том, что

нам всем должно быть стыдно за то, что эти люди обречены всю

жизнь копать канавы, хотя вполне могли бы, к примеру, преуспеть

в кардиохирургии.

Наконец я закончила излагать суть:

— Может, у нашей страны и есть недостатки, но никто не станет

отрицать, что у нее огромный потенциал. Боюсь, что без перемен в

обществе этот потенциал будет растрачен впустую. А я слишком

сильно люблю нашу страну, чтобы позволить этому случиться, и

слишком сильно в нее верю. — Я сглотнула, радуясь, что хотя бы с

этим покончено. — Благодарю за внимание, — произнесла я и

вполоборота повернулась к королевскому семейству.

Дело было худо. Максон сидел с таким же каменным лицом, как в

день экзекуции Марли и Картера. Королева избегала смотреть на

меня, но вид у нее был разочарованный. Король, напротив, сверлил

меня взглядом.

Не дав мне опомниться, он кинулся в бой.

—

И каким же образом вы предлагаете избавиться от

каст? — осведомился он. — Вот так просто взять и отменить?

—

Э-э... Не знаю...

—

А вам не кажется, что это вызовет бунты? Повергнет

страну

в

хаос?

Позволит

повстанцам

воспользоваться

неразберихой в обществе?

об- 269 --So

КИР А КА С С

Эту сторону я не продумала. Слишком сильно была возмущена

несправедливостью.

—

Я думаю, образование нашей страны тоже сопро-

вождалось изрядной неразберихой, но мы как-то справились. На

самом деле, — я потянулась к

своей стопке книг, — у меня тут есть

описание.

Я вытащила дневник Грегори и принялась искать нужную

страницу.

—

Мы еще в эфире? — проревел король.

—

Нет, ваше величество, — отозвался кто-то.

Я вскинула глаза и увидела, что лампочки, которые обычно

сигнализировали о том, что работают камеры, не горят. Каким-то

жестом, которого я не заметила, король распорядился прервать

выпуск «Вестей».

Он поднялся:

—

Направьте их на пол.

Все камеры уткнули объективами в пол.

Король подлетел ко мне и вырвал у меня из рук дневник.

—

Где ты это взяла? — рявкнул он.

—

Отец, перестань! — подскочил встревоженный

Максон.

—

Где она это взяла? Отвечай!

—

Это я ей дал, — признался Максон. — Мы искали, что

такое Хеллоуин. Он писал об этом в дневниках, и я подумал, что ей

интересно будет узнать об этом побольше.

06s 270 -Ъ^

Э ЛИ ТА

—

Идиот! — выплюнул король. — Так я и знал, что надо

было тебе дать их прочитать раньше. Никакого от тебя толку! Ты

понятия не имеешь о своих обязанностях!

Ох, только не это. Только не это.

—

Чтобы к вечеру духу ее во дворце не было! —

распорядился король Кларксон. — Я по горло сыт ее выходками.

Я съежилась и отступила, пытаясь очутиться как можно дальше от

короля, но чтобы это не бросалось в глаза. Постаралась даже не

дышать

слишком

громко.

Посмотрела

на

девушек,

сосредоточившись почему-то на Селесте. Я ожидала увидеть на ее

лице улыбку, но ей явно было не по себе. Никогда еще король не

впадал в такую ярость.

—

Ты не можешь отправить ее домой. Это мой выбор, и

я говорю, что она остается, — спокойно возразил Максон.

—

Максон Калике Шрив, я король Иллеа, и я говорю...

—

Можешь хотя бы на пять минут перестать быть

королем и побыть просто моим отцом?! — заорал Максон. — Это

мой выбор. Ты принимаешь свои решения, и я тоже хочу

принимать свои. Никто никуда не поедет, пока я не скажу!

Я заметила, как Натали прижалась к Элизе. Обеих, похоже, била

дрожь.

—

Эмберли, отнеси это на место, — сказал король,

сунув дневник ей в руки. Королева кивнула, но никуда не пошла.

— Максон, я жду тебя в моем кабинете.

Я не сводила с принца глаз, и, возможно, мне это только